Вдруг он заметил какое-то движение. Это была та самая отбившаяся от стаи собака с ушами овчарки. Она, хромая, ходила между корпусами с поджатой задней ногой. Видимо Хейхе своим тяжелым военным ботинком что-нибудь ей сломал, и в мгновении жалости он перевел прицел на животное. Рана на позвоночнике мгновенно набухла кровью, глаза выпучились от боли. У этого существа не было будущего. Потом он заметил, как что-то шевельнулось в подвале. Женщина из полиции, осмотрев подвал, подошла к окну. Остановилась и положила фонарь на подоконник. Свет осветил ее лицо. В ярких лучах кожа лоснилась. Хейхе нажал на спусковой механизм около прицела, услышал щелчок, подтверждавший, что фото отправлено, и стал ждать приказа.

Всего одно слово Кита. Одно. Этого будет достаточно.

Глава 32

— Так, значит, мы возвращаемся в управление?

Пропустив вопрос студента мимо ушей, Фредрик посмотрел в окно автомобиля на пустынное место, куда они подъехали. В колеях от колес трейлеров стояли лужи, а между ними талая вода заполняла следы от высоких каблуков женщины в кожаных штанах и искусственной шубе, удалявшейся от полицейской машины в сторону парковки.

Они находились на востоке города, на полуострове Шурсёя. Прямо на асфальтированной прямой кишке Осло-фьорда, где мысли о нефти и химикатах на складах и в бункерах, вид возвышавшихся кранов и рядов морских контейнеров портили впечатление от фьорда. Повернувшись, Фредрик увидел голые верхушки деревьев на вершине склона Экеберга. В сумерках вечернего неба ветви напоминали когти ворона.

Осмотрев печальные останки Рикарда Рейсса, полицейские вернулись к Маридалсваннет. Оттуда поехали по карте перемещения флешки к городу, ища иголку в стоге стена. Но что искал Фредрик? Важно ли, что флешку провезли всего в паре кварталов от квартиры Беаты Вагнер? Имело ли значение, что флешка, судя по всему, находилась в одном из переулков около здания ТВ2?

Они ехали неспешно, потому что каждый раз, увидев камеру наблюдения, останавливались, и Фредрик отмечал ее на карте. Получилась точечная линия через окраину Осло, в центр и потом сюда. Линия вела на парковку в нескольких сотнях метров от порта с контейнерами, где водители трейлеров приобретали хламидии, в ожидании, когда разгрузят их вагончики.

Фредрик раздраженно щелкнул ручкой.

— Возьми карту и выясни, кто владеет камерами наблюдения.

— Но сегодня же воскресенье… — взмолился студент.

— Тем лучше. Завтра понедельник. Начнешь собирать все видео. Как думаешь, в багажнике найдется пара резиновых сапог?

— Вы не поедете в управление?

— Мне нужно пройтись. Подумать, — ответил Фредрик.

— Идти неблизко.

— Если уж проститутки ходят, то и я смогу.

Сапоги оказались велики на пару размеров, но со своей функцией справлялись. Фредрик постучал в кабину одного из стоявших там трейлеров, но никто не открыл. С другой стороны парковки кто-то развлекся, соорудив конструкцию из картонных коробок, обломков досок и прочей ерунды. Рядом стояла обгоревшая бочка из-под нефти с вздувшимся лаком на стенках, в которой развели костер.

Фредрик наугад пошел вперед, пиная снежную кашу. Остановившись, посмотрел на порт полуострова Шурсёя. Туда прибывали грузовые суда и танкеры со всего света. Может, флешка уплыла на одном из них? Или уехала в трейлере через Швецию и далее на континент? А может, отправилась на пароме через Балтийское море? Зачем вообще было красть эти документы? У Фредрика было две версии. Целью могло быть обнародовать информацию. Использовать Бенедикте Штольц и ТВ2, чтобы помешать политикам купить самолеты-разведчики. Если это так, значит, что-то пошло не по плану. Совсем не по плану. Либо это шпионаж, похищение государственных тайн. Многие хорошо бы заплатили за такие сведения. Так хорошо, что вполне можно было пожертвовать чьей-то жизнью. Его мучила мысль, что, возможно, он увидел контуры дела какой-то большой политики?

Фредрик прислушался к гулу с шоссе E18 и запрокинул голову назад. Капли дождя падали на подбородок и щеки. Следователь уже почти погрузился в состояние покоя, как неожиданно вздрогнул.

Над парковкой и вдоль шоссе зажглись фонари, и все вокруг мгновенно озарилось золотистым светом. Трейлеры, слякоть под ногами, и даже капли дождя заблестели. Но за пределами света фонарей мир вдруг приобрел расплывчатые очертания.

Охота за тенью в безлунную ночь, подумал Фредрик.

Он прошел небольшой отрезок пути вверх по склону с другой стороны европейской трассы. В свете уличных фонарей показалось здание, которое еще пару минут назад Фредрик едва различал. На первый взгляд, это была одиноко стоящая вилла среди деревьев в самом низу склона. Одна ее сторона ярко освещена, а другая — погружена во тьму. Что-то показалось Фредрику очень знакомым в этой постройке. Он пересек парковку, вышел на дорогу, и… разве это не…? Да. Это она. Этот дом. Он уже видел его раньше. Именно эта вилла была на фотографии в сумочке Бенедикте Штольц. Вилла Равнли.

Движение было неплотным, но машины ехали быстро. Резиновые сапоги, скользя подошвами по льду, тормозили Фредрика, пока он перебегал дорогу.