Читаем Кредо жизни полностью

Вот почему войну начали в Дагестане и перевели в Чечню в 1999 году. Вот поэтому Россия ухватилась за срочное восстановление нефтедолларовой трубы, идущей через них, из Каспия в Черное море, любой ценой! А на них сидели давно жители Кара-махи, Чабан-махи и прочие «махи». Они, дагестанцы, не пускали ее до Чечни, где Ельцин за 9-10 лет до этого лично подготовил почву – посадил своего генерала Дудаева, заложив этим мину-ловушку замедленного действия. А 9 ноября 1999 года Гейдар Алиев срочно встретился в Баку с послом США и подтвердил, что пакет документов маршрута в обход России, на Джейхан (Турция), готов и будет подписан на саммите в Стамбуле. Они добились этого, и в июне 2006 года нефтепровод заработал. А Ельцин хотел удивить мир и своей неадекватностью, не владея ситуацией, развязал в конце августа 1999 года войну в Чечне – вторую! Нефтедолларовый дьявол, шайтан, доказал, что доллар дороже жизней россиян! Сатана им совладал!

Столкнул россиян в междоусобицу смертельной схватки и сбежал с поля брани, заявив: «Я сделал все, что смог». И все, что хотел, можно добавить – россияне поняли это. Правда, поздно.

Вот в чем вина чеченцев – нефтедолларовые интересы России! Зря, значит, воевали, чеченцев (россиян) уничтожая? А основную цель США и его союзников выразил вице-президент Америки Дик Чейни, решив со своей корпорацией 29 января 2001 г., как направлять нефть в обход России. Вначале у них был план-проект связать Каспийское море со Средиземным. Но Россия, говорят, опередила их на два дня, и 27 января 2001 г. задействовала нефтепровод свой – через Чечню (в море крови и по горам трупов невинных мирян Чечни).

Тьери Мейсон в книге «Чудовищная махинация» пишет: «Наиболее выгодный, многообещающий для США вариант нефтепровода – связать Каспийское море с Индийским Океаном». Но на этом пути был Талибан в Афганистане. США их свергли. Поставили своего – Хамида Карзая, и он с президентом Пакистана подписал документы на строительство этого нефтепровода. Наблюдать за этой стройкой поставили Залмай Хамида – сына советника Закир Шаха, воспитанника янки. При Буше-отце тот был замминистра обороны США, занимал ключевые позиции в войне с Ираком за Кувейт («Буря в пустыне»). А до этого совместно с ЦРУ (США) воевал против СССР в Афганистане. И здесь обошли янки нас – Россию.

Платон писал: «Все войны происходят ради стяжания богатств». А Рабле Ф. сказал, что «звонкие монеты – вот мышцы сражения». Великий Л. Н. Толстой писал, что: «Вопросы, не решенные дипломатами, еще меньше решаются порохом и кровью!»

Понимаешь, Петимат?

Доллар США правит миром! Только В. В. Путин смог избавиться от иглы янки, погасил все долги предшественников, разбазаривших СССР. Так что нечего обвинять чеченцев во всех грехах земных, когда они ни в чем не виновны, а бузотеры пришлые, террористы созданы Кремлем и кормятся с его руки издавна. А. Минкин («МК») писал об этом в статье «Школа ненависти». Лучше и правдивее не скажешь. Ведь война – сила разрушительная, разоряет и ведет подкоп под основы России. Вспомните доктрину А. Даллеса 1945 года – доктрину против России.

Я в первую схватку россиян, до 13 августа 1996 г., был в Чечне. В свое время, в 1993 г., когда Петимат училась в Медицинском институте Северной Осетии, она оказалась в центре во время схваток осетин с ингушами. Ее сестра Яхита училась тогда там же – в Северо-Осетинском университете. Они вдвоем спасли от неминуемой расправы двух студенток-ингушек и, укрывая (прикрывая собой) их, глубокой ночью выбрались из г. Орджоникидзе (Владикавказ) в Беслан. Они видели смерть. Смерть мученическую: изуродованные трупы женщин и молодых людей. И смотрела Петимат, автор письма в «АиФ», непосредственно смерти в глаза. А вокруг – зов о помощи изувеченных, залитых кровью, умирающих людей. И везде разбросаны трупы. Она и сама оказалась на грани жизни и смерти вместе с сестрой и подругами. Этот шок, стресс и ужас еще долго не покидали их. Но они своих подруг – двух ингушек – привезли таки в Назрань и «вручили» домочадцам их семей.

Когда развернулась первая война в Чечне, я, узнав об угрозе смертельной, нависшей над семьей дочери (она была с сыном двухмесячным на руках), рванул на своей «Волге» спасать их в Ачхой-Мартан. Навстречу шла броневая армада, плюющая во все стороны свой смертоносный груз, а я, презрев опасность, летел на предельной скорости навстречу смерти, петляя между танками и бронемашинами. И вот я на месте – в подвале глубоком, он как могила в этих условиях (я видел в Грозном много таких могил с заживо погребенными людьми, что искали спасения в нехитрых укрытиях). Дочь моя – силуэт былого, тень, худая; белое лицо, странное своей отрешенностью, глаза, впавшие, перепуганные, с потускневшим цветом, угасающие; а на руках у нее существо – новорожденный сын моей дочери, Адам. По сути, живые трупы. Я их спас и вместе с отцом семьи вывез срочно в Москву. Через Буденновск – Минеральные Воды.