Читаем Красный Ярда полностью

Гашеки стали изучать кинологию и прочли множество трудов по собаководству. Теперь они козыряли перед своими друзьями и знакомыми различными «собачьими» словечками и терминами, поражая их кинологической эрудицией.

Родоначальница собачьего питомника Кинология болталась под ногами посетителей, вызывая у них немалое изумление. На вопросы любопытных, откуда у Гашеков эта фантастическая собачка, писатель совершенно серьезно отвечал:

— Я сшил ее из четырех разных собак.

Вскоре явился Чижек. Гашек в это время сочинял тексты рекламных объявлений и плакатов — он рекомендовал дарить детям собак — самую полезную и дешевую игрушку. «Пусть ваш ребенок попробует сломать или разобрать на части эту игрушку!» — написал Гашек и взглянул на человечка, подошедшего прямо к столу.

— Я — Чижек! — представился посетитель.

Уже с первых слов Чижека Гашек понял, что соискатель прекрасно разбирается в собаках. Он с большим воодушевлением рассказывал о том, как сам торговал ими. Лицо Чижека, изрытое оспой, раскраснелось, глаза горели. Гашек внимательно слушал его, а потом спросил:

— Кто поставлял вам собак?

Чижек пожал плечами и, удивленный странным вопросом хозяина фирмы, промычал что-то. Гашеку понравилась эта неопределенность — она придавала фигуре Чижека комичную таинственность.

— Приступайте к исполнению обязанностей кинолога, — сказал Гашек. — Жалованье будет назначено в зависимости от вашей активности. Проявите ее лучшим образом. Ваша задача: своевременно просматривать газетные объявления о продаже собак и покупать животных для нашего института.

— Какие нужны вам, пан шеф?

— Любые. Пока нет никаких. Надо срочно искать собак. Клиенты осаждают меня, ругаются, вот-вот разнесут институт в пух и прах.

— Понимаю… — сказал Чижек и пошел покупать собак по объявлениям.

Тем временем Гашек принимал клиентов и заговаривал им зубы.

— Мы, уважаемый пан профессор, держим кинологический питомник в деревне, — объяснял Гашек, когда его просили показать собаку. — Собакам вредно жить в городе, взаперти и без воздуха. Наша фирма служит не мамоне, а науке. Самые последние кинологические труды рекомендуют содержать собак прямо на свежем воздухе. Сейчас наши питомцы резвятся на загородной ферме, среди них и тот пудель, которого вы ищете. Какой вам нужен?

— Белый, карликовый, — ответил профессор.

— Оставьте нам заявку на белого карликового пуделя, залог пять крон и почтовую марку.

Владельцу мясной лавки был нужен сенбернар.

— Поставщики из Швейцарии обещали прислать нам партию сенбернаров через неделю или немного позже. Вам большого?

— Возить тележку…

— Тогда большого. У нас был один такой. Его хотела купить владелица горного санатория в Татрах — ей потребовалась собака для разыскивания заблудившихся туристов. Чутье у него было первоклассное. Дрессировал собаку наш сотрудник. Перед тем как забрать сенбернара, она решила сделать ему экзамен, надела на него попонку с карманчиками для лекарств и фляги с коньяком. Пес понюхал флягу и зарычал. Хозяйка перепугалась. Оказалось, что наш сотрудник дрессировал сенбернара с настоящим французским коньяком, а она налила во флягу какой-то подкрашенной сивухи. Пес чуть не растерзал бедняжку. Вот это чутье, не правда ли? Если вам нужен сенбернар, оставляйте заявку, залог в десять крон и почтовую марку.

Гашек не покидал салона, пока не вернулся Чижек. Кинолог привел свору разнопородных собак, а за пазухой держал полуслепого щенка добермана, для которого ловко прикрепил в кармане пузырек с соской.

— Вам не нужны кролики? — весело спросил Чижек своего шефа. — Один в Збраславе продает старого шпица и дает бесплатно прекрасную крольчиху.

Писатель посмотрел на своего кинолога. Тот моментально угадал, что хочет сказать Гашек.

— Иначе, пан шеф, ничего не получается. Приходится ставить пиво, разговаривать… Вот этого сеттера, например, я выпросил за кружку портера.

В салон вошла владелица Кинологического института.

— Целую ручки пани хозяйке! — завопил Чижек. — Хороший сеттер, правда?

— По-моему, это не сеттер, а пойнтер, — тихо, но твердо сказала Ярмила.

Чижек низко поклонился собаке, едва не ткнувшись носом в худую таксу, вертевшуюся у ног Ярмилы, и сказал:

— Сеттер или пойнтер… Кто их разберет. Сама собака не знает, какой она породы…

Чижек достал ножницы. Он стриг собак, купал их и кормил варевом из крупы и костей.

Ярмила внимательно рассмотрела собак и напомнила Чижеку, что заявка была оставлена на черного, а не на белого шпица.

— Пани хозяйка, вы говорите, что он придет за собакой завтра? — спросил Чижек и, получив утвердительный ответ, сказал: — Успеем. К утру он будет черным!

Супруги с интересом наблюдали за его работой и смеялись.

— Господь бог, создавая мир из ничего, напрасно не привлек к этому делу нашего кинолога, — заметил Гашек.

— Он боялся конкуренции, — в тон ему сказала Ярмила.

Гашек занялся составлением рекламных объявлений о дрессировке и ломбарде для собак. Он писал:

Перейти на страницу:

Все книги серии Новинки «Современника»

Похожие книги

Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза
Адмирал Советского флота
Адмирал Советского флота

Николай Герасимович Кузнецов – адмирал Флота Советского Союза, один из тех, кому мы обязаны победой в Великой Отечественной войне. В 1939 г., по личному указанию Сталина, 34-летний Кузнецов был назначен народным комиссаром ВМФ СССР. Во время войны он входил в Ставку Верховного Главнокомандования, оперативно и энергично руководил флотом. За свои выдающиеся заслуги Н.Г. Кузнецов получил высшее воинское звание на флоте и стал Героем Советского Союза.После окончания войны судьба Н.Г. Кузнецова складывалась непросто – резкий и принципиальный характер адмирала приводил к конфликтам с высшим руководством страны. В 1947 г. он даже был снят с должности и понижен в звании, но затем восстановлен приказом И.В. Сталина. Однако уже во времена правления Н. Хрущева несгибаемый адмирал был уволен в отставку с унизительной формулировкой «без права работать во флоте».В своей книге Н.Г. Кузнецов показывает события Великой Отечественной войны от первого ее дня до окончательного разгрома гитлеровской Германии и поражения милитаристской Японии. Оборона Ханко, Либавы, Таллина, Одессы, Севастополя, Москвы, Ленинграда, Сталинграда, крупнейшие операции флотов на Севере, Балтике и Черном море – все это есть в книге легендарного советского адмирала. Кроме того, он вспоминает о своих встречах с высшими государственными, партийными и военными руководителями СССР, рассказывает о методах и стиле работы И.В. Сталина, Г.К. Жукова и многих других известных деятелей своего времени.

Николай Герасимович Кузнецов

Биографии и Мемуары
100 мифов о Берии. Вдохновитель репрессий или талантливый организатор? 1917-1941
100 мифов о Берии. Вдохновитель репрессий или талантливый организатор? 1917-1941

Само имя — БЕРИЯ — до сих пор воспринимается в общественном сознании России как особый символ-синоним жестокого, кровавого монстра, только и способного что на самые злодейские преступления. Все убеждены в том, что это был только кровавый палач и злобный интриган, нанесший колоссальный ущерб СССР. Но так ли это? Насколько обоснованна такая, фактически монопольно господствующая в общественном сознании точка зрения? Как сложился столь негативный образ человека, который всю свою сознательную жизнь посвятил созданию и укреплению СССР, результатами деятельности которого Россия пользуется до сих пор?Ответы на эти и многие другие вопросы, связанные с жизнью и деятельностью Лаврентия Павловича Берии, читатели найдут в состоящем из двух книг новом проекте известного историка Арсена Мартиросяна — «100 мифов о Берии».В первой книге охватывается период жизни и деятельности Л.П. Берии с 1917 по 1941 год, во второй книге «От славы к проклятиям» — с 22 июня 1941 года по 26 июня 1953 года.

Арсен Беникович Мартиросян

Биографии и Мемуары / Политика / Образование и наука / Документальное