Читаем Красный Ярда полностью

Молодые поселились в уютной двухкомнатной квартирке на Кламовке. Теперь Ярославу не надо было ночевать рядом со зверинцем пана Фукса — собаками и молодым павианом Юльчей. Фукс удвоил жалованье своему редактору и успокоился: сто двадцать крон были хорошей ставкой. Пан Фукс купил редактора и уехал отдохнуть.

Стоило ему покинуть Прагу, как в журнале начались чудеса. Из добропорядочного издания, которое давало подписчикам кое-какие биологические сведения, отвечало на вопросы о болезнях коз и кроликов, пропагандировало те или иные породы домашней живности, «Мир животных» сделался юмористическим журналом.

Любое сообщение Гашека вызывало бурную реакцию читателей, ибо каждая заметка была сенсацией. Просто непонятно, что было бы с человечеством или, по крайней мере, с теми чехами, которые выписывали «Мир животных», не открой Гашек сернистого кита, такс, беседующих по телефону, килиманджарскую домашнюю кошку, благуна продувного — родича кенгуру, скелеты допотопных чудищ «идиотозавров» и растения, танцующие кадриль. Он разражался серьезнейшей статьей на тему об экономических выгодах, которые таит гибрид свиньи и сороконожки: от одного животного можно будет получить сорок окороков! Некоторые статьи он для пущей важности снабжал пометками «перевод с такого-то языка». Сам не зная о том, переводчиком с пермяцкого стал хороший знакомый Гашека художник Йозеф Лада.

Для друзей и журналистов Гашек держал в редакции две диковинки: чучело трехногой курицы и два волчьих хвоста в железной клетке. История курицы бесконечно варьировалась, но обычно сводилась к жалобам на то, как трудно пришить к чучелу третью ногу. Хвосты же принадлежали вурдалакам из кршивоклатских лесов. Гашек рассказывал, что их забыли накормить и чудовища сожрали друг друга, оставив ему на память свои хвосты.

Гашеку не повезло с советами — пчеловоды, которые поверили его рекомендациям, погубили пчел и ополчились на «Мир животных». Их поддержали католическая газета «Чех» и масариковский журнал «Час» — в этих изданиях не понимали юмора. Перед лицом таких противников пан Фукс спасовал и уволил Гашека.

Расставшись с шефом-издателем Фуксом, Гашек не спеша шел домой и думал: «Бедняга Фукс, как долго он терпел меня!» Эти веселые размышления стали постепенно вытесняться грустными. Как примет его уход из «Мира животных» Ярмила? Гашек мысленно представил себе настроение тестя и тещи, когда они узнают, что он, едва женившись, нарушил слово — потерял постоянную службу. Ему нужно было срочно найти что-нибудь, и он стал соображать, кто бы мог помочь ему.

Гашек не заметил, когда и где увязалась за ним приземистая лохматая серая собачонка. Больше похожая на грызуна, чем на хищника, она обросла густой шерстью, которая свисала у нее на боках до земли и, казалось, вылезала даже из глаз. Он свистнул, и чудна́я собачонка поняла свист как приглашение следовать за ним. Она покрутилась у него в ногах, отбежала на несколько метров вперед, изогнула свое длинное тело полумесяцем и завиляла обрубком хвоста. Едва он поравнялся с ней, как она снова забегала у его ног, потом отбежала вперед и опять остановилась.

Писатель улыбнулся: беспризорная собачонка увидела в нем товарища по несчастью. Он погладил ее, строго сказал:

— Сиди! — и вошел в колбасную.

Выйдя на улицу со связкой сосисок, Гашек увидел, что его знакомая терпеливо ждет у дверей. Он бросил собачонке сосиску. Та сожрала ее и весело побежала за ним.

Собачка немного отвлекла его от невеселых дум. Может быть, она позабавит и Ярмилу…

Когда Гашек вошел в квартиру, жена отложила последний номер «Мира животных» и радостно бросилась к нему, но негромкое рычание, раздавшееся снизу, испугало ее. Собачка стояла возле Гашека и всем своим видом показывала, что он принадлежит только ей.

— Нравится тебе эта собачка? — спросил Гашек.

Ярмила брезгливо посмотрела на собачонку:

— Кто? Эта волосатая гусеница? Откуда она у тебя?

— Мне подарил ее на прощание пан Фукс. Это редкий гибрид гусеницы, крысы и собаки, химера во вкусе «Мира животных». В ее повадках, к счастью, преобладают собачьи черты…

Гашек хотел придумать что-то еще, но его слова о прощальном подарке пана шефа насторожили Ярмилу.

— Ты ушел от Фукса?

— Не совсем так… Он попросил меня уйти. Фукс больше не нуждается в открывателях новых животных. «Жизнь животных» Брэма для него то же, что Коран для мусульманина…

Ярмила опустилась в кресло. Сообщение Гашека сильно огорчило ее. Он взглянул на жену и увидел на ее лице то же выражение отчаяния, какое бывало на лице пани Катержины, когда она узнавала об очередной его неудаче.

Ярмила спросила с надеждой:

— Ты нашел какую-нибудь новую службу?

Гашек отрицательно покачал головой.

— Чем же мы будем кормить эту химеру?

— Что-нибудь придумаем, — уверенно сказал Гашек.