– Слушай, Халворсен, – начал Вебер, продолжая смотреть на Харри с нескрываемым отвращением. – Курение – это свинская привычка и лишнее подтверждение тому, что человек ищет в жизни только одно – удовольствие. Парень, который был здесь, оставил нам полупустую бутылку с восемью окурками внутри. Сигареты «Тедди», без фильтра. Людям, которые курят «Тедди», нужна в день не сигарета и не две. Я предполагаю, что он мог высидеть здесь максимум сутки. Для шалаша он срезал нижние ветки ели, до которых в дождь вода не достает. Тем не менее на крыше шалаша – дождевые капли. Последний дождь был вчера в три пополудни.

– Значит, вчера он пришел сюда между восемью и тремя? – спросил Халворсен.

– Думаю, Халворсен далеко пойдет, – бросил Вебер, по-прежнему не сводя глаз с Харри. – Особенно если подумать, какой конкурс он выдержал, чтобы попасть в полицию. Черт возьми, с каждым годом все хуже и хуже. Ты видел, кого сейчас принимают в полицейскую академию? По сравнению с этим сбродом, в педучилище учатся просто гении.

Вебер, оседлав любимого конька, начал долгую речь о том, как деградирует полиция.

– Кто-нибудь из соседей что-нибудь видел? – успел спросить Харри, когда Вебер остановился, чтобы перевести дыхание.

– Тут четверо наших ребят обходят все дома в окрестностях, но люди в основном возвращаются домой поздно. Думаю, нового мы ничего не узнаем.

– Почему?

– Не думаю, что он показывался в округе. Сегодня мы пустили собаку по его следу – он на километр ведет в глубь леса, на тропинку – там собака скололась. Видимо, он пришел и ушел одним и тем же путем. Между озерами Согнсванн и Маридалсванн целая паутина этих лесных тропок. Он мог припарковать машину на какой-нибудь стоянке для туристов. Тут их много бывает, туристов, и половина из них ходит с рюкзаками. Ясно?

– Ясно.

– Теперь вы хотите меня спросить, удалось ли нам найти отпечатки пальцев.

– Ну…

– Ну-ну?

– А на той бутылке?

Вебер покачал головой:

– Никаких отпечатков. Ничего. Хотя он пробыл здесь и долго, но наследил на удивление мало. Мы продолжаем искать, но я на сто процентов уверен, что не найдем ничего, кроме следов его ботинок и кусочков ткани.

– Плюс гильза.

– Он оставил ее нарочно. Остальные следы он постарался замести.

– Хм. Может, это что-то вроде предупреждения? Как думаешь?

– Я? Я думаю, что у вас, молодых, в голове вообще ничего нет. Такое чувство, что сейчас в полиции все такие.

– Угу. Спасибо за помощь, Вебер.

– И бросай курить, Холе.

– С ним невозможно разговаривать, – сказал Халворсен, когда они возвращались в центр города.

– Бывает, – согласился Харри. – Но свою работу Вебер знает.

Эпизод 75

Кабинет Мёллера, 12 мая 2000 года

– Ну? – спросил Мёллер, когда Харри и Халворсен отпили из своих чашек и Харри, скорчив жуткую гримасу, высказал все, что он думает о кофе.

– По-моему, искать связь между газетной статьей и убийством не стоит, – сказал Харри.

– Почему? – Мёллер откинулся на спинку кресла.

– Вебер полагает, что убийца лежал в своем укрытии с утра, то есть самое большое – спустя пару часов после появления выпуска «Дагбладет». Но убийца действовал не импульсивно – покушение было тщательно спланировано. Этот человек давно собирался убить Браннхёуга. Он разведал местность, выяснил, когда Браннхёуг возвращается домой и уходит на работу, откуда лучше и безопаснее всего стрелять, как пройти к этому месту и как оттуда уйти, выяснил и сотни других мелких деталей.

– Значит, по-твоему, убийца купил винтовку Мерклина для этого?

– Может быть. А может быть, и нет.

– Спасибо, очень информативно, – язвительно сказал Мёллер.

– Я хотел сказать, что вероятность есть. Но с другой стороны, как-то получается несообразно. К чему заказывать контрабандой самую дорогую киллерскую винтовку, только чтобы убить высокопоставленного, но в принципе обычного бюрократа, у которого нет ни телохранителей, ни охраны дома. Убийца мог просто позвонить ему в дверь и пристрелить его в упор из пистолета. Это все равно что… что…

Харри начал активно жестикулировать.

– Стрелять из пушки по воробьям, – подсказал Халворсен.

– Именно, – сказал Харри.

– Хм. – Мёллер закрыл глаза. – А как ты оцениваешь свою функцию в расследовании, Харри?

– Суперагент, – улыбнулся Харри. – Я тот самый парень из СБП, который имеет право действовать самостоятельно, но по мере необходимости запрашивать помощь других отделов. Тот парень, что подчиняется непосредственно Мейрику и имеет доступ ко всем необходимым документам. Тот, кто задает вопросы и может не давать ответы. И так далее.

– Ты забыл про лицензию на убийство, – сказал Мёллер. – И суперавтомобиль.

– На самом деле я ничего не придумал, – ответил Харри. – Мейрик уже переговорил с начальником полиции.

– Начальником полиции?