Читаем Край чудес полностью

По «Звездным войнам» он не фанател, но если по телику начинали крутить старую трилогию, то подсаживался к отцу и смотрел вместе с ним. Даже поискал в сети инфу для поддержания беседы во время рекламы. Ту самую, которую с таким кичливым видом преподносил Южин. Ссылка на статью оказалась первой в поиске: «звездные войны интересные факты». Тарас тогда вернулся к видосу Южина, нашел самый популярный коммент от блогера-геймера, мол, играть ты не умеешь, конечно, но факты хорошие, пару штук не знал. Подумал немножко и ответил на него: «Играет Южин чуть лучше, чем гуглит интересные факты по сабжу. Первая же ссылка». И снова нахватал лайков. Даже от крутого геймера.

Вроде бы ничего криминального. Но лучше удалить – кто его знает, этого заказчика, вдруг просечет в новом операторе старого хейтера? Всякое бывает.

– Чего творишь? – раздалось из-за двери.

Тарас дернулся от неожиданности, ноут сполз с коленок на пол. Эдик стоял на пороге, но смотрел на Тараса беззлобно.

– А, Тараска, делаешь чего, говорю? – не унимался Эдик. – Глаза испортишь, сидишь в компьютерах своих… – Сбился, пожевал сухие губы. – А Кира где?

Тарас давно уже не слышал, чтобы тот называл внучку правильным именем. Все Маруся да Маруся.

– За хлебом пошла, – соврал Тарас. – Вы б присели…

Эдик внимательно посмотрел на диван, потом на Тараса.

– Насиделся я уже. Постою.

Тарас кивнул, судорожно соображая, что бы еще сказать.

– Как себя чувствуете?

Эдик недовольно поморщился.

– Паршиво, как еще. Помираю.

Испуг пришел раньше жалости. Ею можно было захлебнулся, но Эдик шагнул ближе и застыл, разглядывая Тараса.

– Схуднул, – констатировал он. – А Кира где?

– За хлебом пошла, – повторил Тарас.

Эдик немного подумал.

– А ты чего не пошел?

И правда? Чего он не пошел? Мог ведь сорваться и догнать, шли бы сейчас во «Флакон» пить горячий шоколад с красным перцем.

– Да вот, комментарии ищу старые, надо удалить, – зачем-то начал объяснять Тарас.

Эдик покивал. На голове у него остался только седой пух.

– Долго еще искать?

– Их много, часа два убью… – пробормотал Тарас.

– А ты по одному не ищи, ты их скопом!.. – подсказал Эдик и растянул рот в улыбке, обнажая голые десны. – Ладно, пойду я. Спать хочу.

Развернулся и побрел к себе, тяжело опираясь о стену. А Тарас остался сидеть, прислушиваясь к шаркающим шагам Эдика, пока тот не заскрипел диваном. Потом перевел глаза на потухший экран ноута, разбудил его и полез в настройки аккаунта. Комменты и правда можно было удалить скопом.

Кира вернулась домой к закипевшему чайнику. Где она пропадала целый час, Тарас решил не уточнять. Поставил перед ней кусок остывшей шарлотки, сам глотнул чая и сел напротив.

– Значит, стольник?

Кира равнодушно ковырялась в пироге, задумчивая до отстраненности. Хотелось схватить ее за плечо и встряхнуть, оживить немного, чтобы вернулась в себя, в кухню, в их с Тарасом вечер, который он мог провести с жующей шпинат Деточкиной, но приехал сюда. От таких мыслей стало совсем уж неуютно, Тарас сделал еще один глоток и только потом понял, что чай горячий, а обожженный язык ничего не чувствует.

– За меньшее я туда не сунусь, – наконец ожила Кира. – Там какая-то хтонь непонятная. Сектанты даже…

– Начиталась уже? – хмыкнул Тарас.

– А ты вообще гуглил, что это за место?

– Ну, стоит себе недострой, по нему лазают маргиналы. Ничего такого.

– А про подвал читал?

Тарас покачал головой. От шарлотки тянуло сладкой корицей. Он отпил чаю, чтобы сглотнуть слюну. Все равно ошпаренный язык не почувствовал бы особой разницы – ему что чай, что пышный бисквит с яблоком.

– Там тусовались сектанты, – начала Кира. – Самый настоящие. Проводили черные мессы. Жертвы всякие. Только представь, в черте Москвы…

– Если это было в девяностых, то вообще не удивлен, – вставил Тарас, но Кира не стала слушать.

– Они вначале животных мучили. Со всего района там пропадали то собаки, то кошки. Их потом находили с лапами перебитыми. Жуть же!

– Жуть.

Тарас подпер кулаком щеку там, где уже начиналась борода. Он и сам не знал, зачем ее отрастил. Наверное, чтобы казаться себе старше, самостоятельнее. Хоть как-то отличаться от мальчишки, что вырос с Кирой в одном дворе. Иногда он смотрел на себя в зеркало и думал, что кто-то в шутку наклеил на него темные волосы и надо бы поскорее оторвать, пока мама не заметила. Правда, маме борода нравилась. «Совсем мужичок», – говорила она, гладила его по щеке и тут же уходила, смущаясь этой нежности.

– Ты меня не слушаешь, – дернула его Кира. – Потом люди стали пропадать! Понимаешь? Сектанты перешли на людей! И тогда к ним нагрянул ОМОН. Пишут, что попали они прямо на черную мессу в подвале…

– И радостно присоединились? – не удержался Тарас.

– Да ну тебя, – сморщилась Кира. – Их перебили прямо там. В подвале. От всей этой шумихи подвал рухнул. А потом его еще и водой затопило.

– И откуда там вода?

– Так подземная речка течет прямо под больницей. Знаешь, как называется?

Кира даже порозовела от удовольствия.

– Как?