Через десять минут носилки с телом Джоша Кемпера загрузили в машину, двойные двери захлопнулись, и тяжелый автофургон с натужным гудением выехал со стоянки перед общежитием.

Не успел он скрыться из виду, когда на узкой дорожке между домами из-за мусорного контейнера появился высокий черноволосый молодой человек в длинном плаще и бейсболке. Его движения были легкими и грациозными. Руки он держал в карманах, но внимательный наблюдатель заметил бы странную деталь — на одном из запястий, выглядывающем наружу, виднелся завернутый край резиновой перчатки.

Молодой человек проводил «скорую помощь» долгим взглядом. Правда, смотрел он не на машину, а на рыжеволосую женщину, утомленно привалившуюся щекой к дверному стеклу.

Молодой человек улыбнулся. Белозубая улыбка на лице цвета карамели казалась ослепительной. Он думал о том, какое потрясающее открытие ждет агента ФБР Дану Скалли через полчаса. Усталость наверняка как рукой снимет!

Уже не таясь, молодой человек извлек из кармана руку в резиновой перчатке — два пальца держали изящный предмет, напоминающий шариковую ручку. Молодой человек нажал большим пальцем на кнопку с тыльного конца предмета. Раздался тихий щелчок.

Молодой человек, задрожав от волнения, поднес предмет к глазам и стал с любовью разглядывать выскочившую из него иглу. Игла была необычайно тонкой — тоньше человеческого волоса, а диаметр острия не превышал диаметр кожной поры. Стоило развернуть предмет под другим углом — и игла становилась совершенно невидимой.

Какое изящество в сравнении с автоматом и даже с острым лезвием ножа! И вместе с тем — какая эффективность! Молодой человек с наслаждением прикрыл глаза, вспоминая то, что произошло пять часов назад в переполненном вагоне метро. Одно легкое движение запястьем — проходивший рядом студент даже ничего не заметил. И потом, чуть позже, на лестнице у дверей анатомической лаборатории медицинской школы… Молодой человек щелкнул языком от досады — как жаль, что ему не пришлось наблюдать все до конца.

Он обожал свою работу, как новичок-энтузиаст. Однако приходилось оставаться профессионалом. Он с сожалением нажал на кнопку — тонкая игла исчезла, и положил «авторучку» в карман. Затем снял резиновую перчатку и направился к голубому «Шевроле», припаркованному неподалеку.

Агенты ФБР возвращаются в клинику. Если как следует нажать на газ, можно подъехать туда сразу же вслед за «скорой», везущей тело Кемпера. Нельзя отпускать их слишком далеко — вдруг они окажутся сообразительнее, чем он предполагает? Но если они потеряют бдительность и приблизятся к нему на расстояние чуть меньше вытянутой руки… Молодой человек задрожал от сладкого предчувствия. К черту профессионализм! Только бы они не оказались тупицами, ведь тогда придется отказаться от величайшего удовольствия в мире.

7

— Я, например, перед сменой сорок минут бегал в баскетбол, — заявил Кэнтон. Забил немного, зато с подборами в этот раз было все в порядке.

Малдер улыбнулся и облегченно вздохнул. Кажется, здесь действительно все в порядке. Он, конечно, не медик, но непохоже, чтобы у санитаров наблюдались летаргические симптомы, о которых говорила Скалли.

Санитары решили пройти в раздевалку, чтобы не тратить время исключительно на разговор. Малдер согласился, но решил не прерывать беседу даже на ходу.

— Мне сообщили, что Джона Доу доставили прямо с места аварии на автобане.

— Совершенно верно, — подтвердил Кэнтон. — Мы нашли его на разделительной полосе, футах в двадцати от первой разбитой машины.

Он был без сознания, но стабилен. У нас в перевозке уже лежала женщина с проникающим ранением грудной клетки, но мы решили рискнуть и взять на борт еще одного. Что поделать. Когда такие аварии, дежурных машин никогда не хватает. Одних трупов набирается на целый штабель, о живых я уж не говорю.

Он сделал шаг в сторону и поймал проходящую медсестру за талию. Та кокетливо рассмеялась и высвободилась — впрочем, без особого рвения. «Да, этот парень действительно ни минуты даром не теряет, — подумал Малдер, — и успевает пользоваться успехом».

— И по пути в клинику его состояние оставалось стабильным?

— Я же сказал — он был без сознания, но стабилен. Причем мне лично показалось, что на месте аварии парень оказался случайно и не имел к ней прямого отношения. В смысле — никаких наружных повреждений. Ну, как вы думаете: может человек вылететь из машины и не получить ни одной царапины?

— Одна потертость все-таки была, — напомнил второй санитар. — Вернее, не потертость, а кожное раздражение. Вот здесь, на шее. Но это такая чепуха, что мы даже не стали сообщать, когда сдавали его в приемной.

Кэнтон выразительно покосился на напарника, и тот приумолк, опустив глаза.

— Бешеная была ночка, — объяснил Кэнтон Малдеру. — Надо было срочно шпарить обратно, за ходячими ранеными. Пацаны, как пить дать, заметили это пятнышко. Да и потом не от него же, в самом деле, умер этот Джон Доу.