Читаем Ковчег. Новый дом полностью

Паника среди сектантов превратилась в настоящий хаос. Некоторые члены экипажа начали саботировать собственные оружейные установки, считая, что это избавит их от кары. Кто-то пытался отправить сигнал о капитуляции, но их передатчики уже не слушались их голосов. Всё это время Серг стоял на мостике своего корабля, глядя на умирающее сопротивление. Он даже не усмехнулся.

– Сима. Зафиксируй координаты и высылай предупреждение в Службу безопасности Республики. Пусть они забирают этих уродов. Нам тут делать больше нечего.

Сима тут же отозвалась с мягким холодом:

“Вторжение предотвращено. “Паутина” свёрнута. Цели обездвижены. Готова к следующему этапу, капитан.”

Тяжёлый крейсер, который явно выполнял в этом месте роль ловушки, и изувеченный по плану, всё ещё дрейфовал у границ астероидного поля, словно покинутый или брошенный. Его корпус был искусственно надрезан и оплавлен – на скорую руку, но достаточно убедительно, чтобы сыграть роль “терпящего бедствие”. Весьма слабый сигнал “SOS” еле – еле пульсировал в эфире. Внутри всё было иначе. В сердце корабля, в затенённой рубке управления, где пахло старым маслом, тлеющими курениями и дешёвым горьким ладаном, сидел он – Глас Тьмы, глава одной из самых скрытных и жадных к разрушению ветвей культа. И сейчас он смотрел на голографическую проекцию, где величественный, тёмный и явно чуждый в дизайне корабль – “Клинок Пустоты” – приближался к ним с пугающей грацией. Никаких слов. Никаких сигналов. Ни угроз, ни дипломатического этикета. Только поступь силы, неспешной и уверенной, словно сам этот корабль был судом и приговором в одном лице. Глава секты – худощавый, с лицом из складок и татуировок, искажённых под кожей шрамами и ритуальными надрезами – не отрываясь смотрел на то, как его ловушка превращается в петлю на собственной шее.

– …почему… почему он идёт прямо на нас… медленно… он знает… знает, что это мы… – глухо прошипел он сквозь зубы, хрипло и гневно.

За его спиной несколько помощников молча замерли у консолей, ожидая без указаний, без дерзости заговорить первыми. Один из них осмелился:

– Господин… наши крейсеры… они – не отвечают…

– ЗНАЮ! – Коротко рявкнул глава, и его голос отдался по переборкам. – Кто сдал их?! Кто предупредил?!

Он повернулся к голограмме, где уже можно было различить выпуклые щиты, тёмные проекции бронеколпаков орудийных систем корабля Серга. Даже свет, казалось, неохотно отражался от этой тени в форме клинка.

– Это не просто корабль… Это Воля, пришедшая с Чужого Предела… это Слуга Великого Иного… – но не нашего… нет… нет… не из Тьмы…

Он быстро облизал пересохшие губы, и лицо его стало звериным. В глазах металось настоящая ярость, замешанная на фанатичном ужасе.

– Он должен был быть нашим! Нашим судном! Нашим рупором! – Задыхаясь, он ударил кулаком по постаменту перед собой. – Почему он идёт к нам, как судья?

Тут же изображение на их экранах начало дрожать. Всего лишь по той причине, что Сима “постучалась” в их системы. Сначала – медленно, вкрадчиво, как скальпель между позвонками. Потом в рубке замигали консоли. Один из техников завопил:

– Мы… Мы под наблюдением! Наши архивы… копируются…

– Ублюдки… Вы куда смотрели? Они с нас читают всё! – Тут же прохрипел один из сектантов. Но глава Секты уже замер. Он вдруг замолчал, почувствовав… Зов. Не сигнал. Не звук. Не фразу. А намерение. Будто сам этот чуждый корабль смотрел на него, не нуждаясь в словах.

– …он знает. Он уже здесь не из интереса. Он идёт завершить… – Хрипло проговорил он, словно уже не сам с собой, а с чем-то иным, что находилось за пределами рубки, экрана и даже звезд. А осознав это он медленно выпрямился.

– Подготовить реакторы корабля к перегрузке.

– Ч… что?! Вы хотите взорвать корабль?!

– Если мы попадём к ним… Мы все будем мертвы. Но если он погибнет вместе с нами – это… будет дар. Дар в Тьму. Вечная жертва! – И при этих словах на лице главаря проступила безумная, сладостная улыбка.

– Я стану тем, кто остановил “Клинок Пустоты”… Или хотя бы… Оставил на нём болезненный шрам.

В это же время на мостике “Клинка Пустоты” царила спокойная сосредоточенность. Сама атмосфера казалась отточенной, как клинок. Никакой паники, только чистый анализ. Сима, та самая нейросеть, на данный момент контролирующая систему управления огромным кораблём, работала почти в абсолютной тишине, ускользая в цифровую тень, чтобы не только наблюдать, но и вмешиваться.

Сигналы о перегреве реакторного ядра корабля – ловушки пришли почти сразу – но не как тревожное сообщение, а как тонкий импульс по закрытым контурам энергетической системы повреждённого корабля. Структура сигнала выдавала – перегрузка была намеренной, с тщательно продуманной логикой обхода предохранителей.

“Они хотят уничтожить себя вместе с нами. Корабль – капкан. И ядро – нож под рёбра,” – Мысленно отметила Сима. Она немедленно проникла глубже, обходя затычки и примитивные шифры. Устройство управления старое – третье поколение, с предсказуемыми протоколами безопасности. Но кто-то пытался их «улучшить», в спешке переписав участки кода.

“Самоделкины…”