Читаем Космический госпиталь полностью

Вряд ли космический сапиенс будет похож на те бесчисленные модели и карикатуры, которые создали фантасты Земли. Вряд ли поведение и эмоции — если они вообще будут иметь место — у этих биообъектов напомнят нам хотя бы одно земное существо. Природа разнообразна, и нам не измерить ее возможности узкой меркой маленькой планеты, обращающейся вокруг небольшой звезды. Но иных мерок мы не знаем, их у нас просто нет, а в центре фантастики, ибо фантастика — прежде всего литература, стоит человек.

Такое ясное осознание изначальных слабостей фантастических аналогий я почувствовал в рассказе Джеймса Шмица “Сбалансированная экология”.

Этот рассказ, действие которого развертывается весьма неторопливо на далекой планете Урак, в первую очередь повествует о Земле. Алмазные деревья, чистильщики, передразники и обросшая зеленым мхом черепаха — это даже не театральный реквизит, а откровенная условность. Так в шекспировском театре “Глобус” декорации средневекового замка отлично заменяла обыкновенная надпись: “Замок”. Автора волнует вполне земная и, к сожалению, очень непростая проблема. На языке науки она называется сохранением среды обитания — экологией. Экология же сбалансированная — это пока недостижимый для нас идеал. Люди уже поняли, что химикалии, которыми травят вредителей сельского хозяйства, по сложной живой цепи возвращаются в их собственные кости. Они уже убедились, что гибель надоедливых комаров на осушаемых болотах отзывается гибелью птиц, биологическим взрывом распространяющих эпидемии грызунов, массовыми налетами всевозможных долгоносиков и плодожорок. Экология подобна буддистскому колесу кармы. Она вся состоит из причин и следствий. Бездумно касаясь одного из ничтожнейших звеньев ее, мы необратимо изменяем всю карму, всю свою судьбу.

В рассказе “Сбалансированная экология” речь идет не о том, быть алмазным деревьям или нет, тем более, что мы с трудом можем представить себе, что это такое. Но за чисто условными алмазными деревьями мерещатся иные картины: заболоченные гниющие реки с мертвой рыбой, изуродованные эрозией пашни, мертвые сухостойные леса, океанские берега, залитые нефтью, где на ветру дрожат облепленные вязкой коричневой жидкостью птичьи перья… Мертвые перья мертвых птиц.

Экология поставила вопрос: “Что нужно сделать, чтобы спасти среду обитания? Что нужно сделать “прежде, чем умрет природа?” Фантастика дала вариант ответа: “Сбалансированная экология”… Дж. Шмиц с предельной ясностью расшифровывает идею рассказа:

“Единственной защитой от человека был сам человек. И, осознав это, алмазный лес выработал свою линию поведения. В мире, принадлежащем теперь человеку, он принял человека, включил его в экологический цикл, приведя к новому, оптимальному балансу”.

Так решает проблему старая замшелая черепаха по кличке Сэм. Видимо, автор нарочито низводит инопланетный разум до примитивного уровня. И действительно, сама по себе идея сохранения среды обитания суперинтеллекта не требует.

Таким образом, лишь один Арпад Балаж показал нам некий образец сверхчеловеческого разума, умолчав, однако, о соматических, так сказать, подробностях. Материальная основа шарообразного существа, особенности его размножения, тип обмена веществ, то есть все чисто биологические характеристики — остаются за кадром. И это понятно. Трудно, если вообще не невозможно, представить себе принципиально иную жизнь. Можно, конечно, как это сделал Балаж, предоставить все читательскому воображению или ограничиться крайне общей, ничего не говорящей характеристикой: кристалл, океан Соляриса, дух в колодце у Бредбери, почему-то полюбившаяся многим фантастам плесень. Но читательское воображение не заполнит созданный писателем вакуум, а общая характеристика будет столь же обще и формально воспринята. Попытка же дать конкретную разработку тоже не сулит писателю особых успехов. “Придуманное” инопланетное существо либо пополнит собой смешной список чудовищ, либо окажется полностью геоморфным, земным по природе и привычкам. Вот, по сути, все мыслимые варианты. Как мы видим на примере этого сборника, им была отдана надлежащая дань.

Земные фауна и флора и на Ураке, земные они и на планете, где живет Хищник, где растут красные кровожадные цветы и бегают всевозможные звери, удивительно похожие на кроликов, крыс и собак. И даже Длинный Меч с планеты Лямбда не поражает нас ни специфическими инопланетными формами (у него глаза лемура и крылья летучей мыши), ни своей биоэнергетикой (это, так сказать, одушевленное растение).