Мы с Сэнди вышли из машины возле домика садовника рядом с храмом и начали подниматься по крутым каменным ступенькам. Французские полицейские и солдаты, которые шли бок о бок с нами, казались не только уставшими. Они были напуганы и выглядели так, словно их всех, как одного, контузило. Этот эпизод запомнится навсегда каждому из них. Когда я еще учился в Гарварде, мне довелось прочитать книгу Джона Вебстера «Белый дьявол». Это жуткое сочинение семнадцатого века просто кишит всевозможными чертями, демонами и оборотнями, и все они – люди. Я верил в то, что мистер Смит – это тоже что-то вроде демона, но в человеческом обличье. Причем самый худший вариант.

Нам приходилось раздвигать густые ветви кустарника, чтобы продвигаться вперед. Где-то поблизости уже слышался визгливый лай полицейских ищеек. Вскоре я увидел и самих собак: тощие, костлявые, они, натянув поводки, уверенно вели нас к цели.

Я уже чувствовал, что новое место преступления будет по-своему уникальным. Здесь было удивительно красиво. С горы открывался вид на Монмартр и Сен-Дени. Днем сюда приходило множество людей, чтобы просто погулять, пройтись с собачкой, подышать свежим воздухом и полюбоваться чудесной панорамой. Одним словом, чтобы насладиться жизнью. Парк закрывался в одиннадцать вечера по соображениям безопасности.

– Там, впереди, – прошептала Сэнди. – Там что-то есть.

Я увидел, что полицейские и солдаты стояли маленькими группами. Вполне очевидно, что здесь побывал мистер Смит. На траве были выложены «посылки»: с дюжину аккуратных газетных свертков.

– Мы уверены в том, что это как раз то, что мы ищем? – спросил меня по-французски один из инспекторов по фамилии Фольк. – Что это такое, черт возьми? Он что же, издевается над нами? Это какая-то шутка!

– Нет, это не шутка, я вам обещаю. Разверните один сверток. Любой, – проинструктировал я француза. Он смотрел на меня, как на ненормального, и не шевелился.

– Как говорят у вас в Америке, – продолжал Фольк по-французски, – это ваше шоу.

– А вы умеете говорить по-английски? – поморщился я.

– Разумеется, – резко буркнул он.

– Прекрасно. Тогда пошел ты… – я добавил достаточно известный адрес и направился к кучке свертков.

Наверное, сам мистер Смит назвал бы их подарками. Они оказались различной формы, но каждый бережно и тщательно обернут газетой. Мистер Смит – настоящий артист. Я сразу выделил круглый сверток, в котором, по моим предположениям, должна была находиться голова доктора.

– Французский мясной магазинчик. Вот лейтмотив сегодняшней ночи. Для него это просто куски мяса, – пробормотал я, обращаясь к Сэнди Гринберг. – Он в открытую издевается над французской полицией.

Я осторожно развернул газету одного из свертков и ужаснулся:

– Господи, Сэнди, ты только посмотри! Внутри оказалось не совсем то, что я думал. Это была только половина головы.

Голова доктора Абеля Санта была осторожно отделена от тела, как самый дорогой кусок мяса, а потом распилена на две части. Лицо было вымыто, кожа аккуратно снята. Теперь нам беззвучно кричала только половина рта доктора, и лишь один глаз отражал момент нечеловеческого ужаса и боли.

– Да, пожалуй, ты прав. Для него это не более, чем мясо. Как же ты можешь выносить то, что каждый раз ты оказываешься прав, когда речь идет о нем? – удивилась Сэнди.

– Я не могу, – прошептал я. – Я совсем этого не выношу.

Глава 97

Седан ФБР остановился в пригороде Вашингтона, чтобы забрать Кристину Джонсон из ее квартиры. Она уже была готова и ждала машину, заняв «боевой пост» у входной двери. Кристина нервно обхватила себя руками. В последнее время этот жест стал привычным. Она постоянно находилась на грани нервного срыва, постоянно боялась, что ей сообщат страшную новость. Сейчас она уже выпила два стакана красного вина и с трудом заставила себя остановиться.

Торопливо подходя к спецмашине, она оглянулась вокруг: не дежурит ли у ее дома какой-нибудь назойливый репортер? Они напоминали ей гончих, взявших кровавый след зверя. Всегда настойчивые, упорные и частенько просто бесчувственные.

Из машины тут же вышел чернокожий агент и открыл дверцу для Кристины. Она знала его. Это был Чарльз Дэмпьер, умный и милый человек.

– Добрый вечер, миссис Джонсон, – произнес он вежливо, совсем как ее собственный ученик. Ей даже показалось, что она ему понравилась. Правда, Кристина уже давно привыкла к тому, что нравится мужчинам.

– Спасибо, – поблагодарила она Чарльза, устраиваясь на сиденье светло-серой кожи. – Добрый вечер, ребята, – поприветствовала она Чарльза и водителя, которого звали Джозеф Денжо.

Во время поездки никто из троих не разговаривал. Очевидно, агенты получили инструкцию не болтать по пустякам, если только сама Кристина не заведет безобидной беседы. «В каком же странном и холодном мире приходится жить этим людям, – рассуждала Кристина. – Похоже, что теперь я и сама поселилась в нем. И мне это очень не нравится».