Перед приездом агентов Кристина решила принять ванну. Она забралась в теплую воду с бокалом вина и, нежась, вспоминала свою жизнь. Кристина хорошо понимала себя, все свои положительные и отрицательные черты характера. Она знала, что никогда не спрыгнула бы с высоты, чтобы избежать тупика. Когда дело доходило до принятия серьезных решений, миссис Джонсон немного трусила. Но это в прошлом. Ведь внутри она была несколько диковата, причем в самом хорошем смысле этого слова. Дикая и необузданная. Сейчас ей вспомнилось, как в первый год супружеской жизни она бросила Джорджа на полгода. Взяла билет до Сан-Франциско и умчалась изучать искусство фотографии. Ей приходилось жить в крохотном домике в горах. Но тогда одиночество пришлось ей по душе. Молодая женщина нуждалась в свободном времени. Там она могла сколько угодно долго обдумывать свои серьезные проблемы и по-настоящему оценить красоту природы, находясь наедине с ней целые дни напролет. Да еще с фотоаппаратом.

Затем она вернулась к Джорджу, некоторое время была простой учительницей, и вскоре ее пригласили на работу в школу Соджорнер Трут директором. Может быть, ей исключительно нравилось общение с детьми. Так или иначе, она с восторгом восприняла эту новость. Господи, как же она любила детей! И им тоже нравилось общаться с ней. Как же хотелось Кристине иметь своих собственных малышей!

О многом она вспоминала сегодня. Возможно, подействовал поздний час или второй стакан «мерло». Темный «форд» мчался по пустынным улицам. Маршрут хорошо известен. Именно так каждый день Кристина путешествовала от своего дома в Вашингтон. Сначала она подумала, что это не слишком разумно, но потом успокоилась, решив, что полицейские ребята знают свое дело.

Время от времени она посматривала на дорогу позади: не преследует ли их другая машина. Это было очевидной глупостью, но Кристина не могла сдержать себя.

Она сама теперь стала частицей очень важного и опасного дела, которое занимало все первые страницы газет. А репортеры совсем потеряли совесть и не давали ей прохода. Как будто ее личная жизнь могла стать достоянием общественности! Они дежурили у школы и домогались сведений у всех учителей. Бесконечные звонки домой так утомили Кристину, что ей пришлось сменить номер.

Где-то рядом взвыла сирена полицейской машины, а может быть, скорой помощи. Этот звук вывел Кристину из раздумий и вернул в реальность. Она вздохнула. Ну, вот, почти уже приехали.

Она закрыла глаза и сделала несколько глубоких вдохов, опустив голову на грудь. Она так устала за последние дни, и теперь чувствовала, что ей не мешало бы хорошенько выплакаться.

– С вами все в порядке, миссис Джонсон? – заволновался Дэмпьер. «Наверное, у него на затылке тоже глаза есть, – подумала Кристина. – Он все вокруг видит. Впрочем, это даже хорошо».

– Все прекрасно, – она открыла глаза и улыбнулась. – Я немного утомилась, вот и все. Встаю рано, а ложиться приходится за полночь.

– Простите, но в другое время мы бы не смогли за вами приехать, – после секундного колебания пояснил Дэмпьер.

– И за это вам спасибо, – прошептала Кристина. – Вы так добры ко мне, и я чувствую, что мне с вами легко. А вы отличный водитель, – добавила она, взглянув на Денжо, который все это время молчал, а теперь не мог сдержать смеха.

Седан въехал на крутой подъем и подкатил к госпиталю с заднего хода. Теперь Кристина знала, что сюда привозят больных на машинах скорой помощи. Только сейчас она обратила внимание, что снова обхватила себя руками. Эта поездка от начала до конца казалась ей какой-то нереальной.

Оба агента проводили ее наверх, до самой двери, где и остановились. В палату Кристина вошла одна.

Она тихонько закрыла за собой дверь и прислонилась к ней, чувствуя, как тревожно бьется в груди сердце.

– Здравствуй, Кристина, – произнес Алекс, и она тут же подлетела к нему и обняла его крепко-крепко. И все в этом мире стало вдруг добрым и приветливым. Она сразу почувствовала себя намного лучше, потому что жизнь внезапно снова обрела смысл.

Глава 98

Как только я вернулся в Вашингтон, в то же утро я решил снова наведаться в дом Кросса на Пятой улице. Мне было необходимо еще раз просмотреть все записи о Сонеджи. Меня не покидало чувство, что Алекс Кросс знал нападавшего, что ему когда-то раньше приходилось встречаться с этим человеком.

Проезжая по переполненным транспортом улицам города, я снова мысленно перебирал все имеющиеся у нас улики. Первым значительным фактом можно было назвать, пожалуй, то, что спальня, в которой произошло нападение на Алекса, практически оставалась в полном порядке. Мало что было потревожено или сдвинуто в комнате, ни о каком хаосе и говорить не приходилось. Следовательно, можно было смело делать вывод, что преступник контролировал себя, то есть находился в состоянии так называемой «холодной ярости».