Читаем Кошка Белого Графа полностью

От этого грохота все мои шерстинки встали дыбом, по коже ознобом пробежал ужас, но… словно бы ненастоящий, а такой, какой чувствуешь, читая страшную книгу при слабенькой свече.

– Я пришла за своим телом!

– Твое тело здесь? Так здесь и останется!

Сияние из недр коридора растеклось по стенам, осветив говорящего, и я узнала морщинистое лицо Двуликого-старца.

– Мне обещали, что ты поможешь!

– Кто обещал?

– Свен и Свяна.

– Вот у них и проси.

– Свен! Свяна! – позвала я.

На лицо старца словно бы упала вуаль, а в следующий миг на меня взглянул светлобородый Свен.

– Ты не выполнила уговор, не сослужила нам службу, – объявил он, сдвинув брови.

– Но вы так и не сказали, чего хотите!

Свена сменила Свяна.

– Ты не выполнила уговор, – подтвердила она.

А меня вдруг затрясло. Я одна в неизвестности, где живым не место, лицом к лицу с богами, и мне нечего им предложить, нечем убедить. Может быть, я никогда не вернусь в земной мир, может, меня уже нет и все это бред угасающего сознания?

– Нежа!

Ночные глаза взглянули с холодного лика:

– Меня не проси. Я дала тебе все, что могла.

– Двуликий!

Теперь на меня смотрело веснушчатое девичье лицо.

– Так и быть, – сказал звонкий голос. – Отгадай загадку и сможешь пройти. Кто я?

– Двуликий…

– Неверно.

– Многоликий!

Девушка рассмеялась и вновь стала старцем, потом бородатым мужчиной, потом женщиной с зеленой кожей и снова девушкой, только черноглазой…

– Еще одна попытка.

Лица продолжали меняться, и это было так жутко, что я зажмурилась. Боги, старые и новые, известные и неведомые, сотни лиц – сотни имен, и каждое вновь будет неверным! Единственная мысль, за которую я могла уцепиться… Если на один безумный миг допустить, что Гелеона права и все зависит от нас самих, если это мы делаем богов тем, что они есть, если в эту ночь нет ни границ, ни заслонов, и все, что ни существует на свете, становится одним…

– Ты – это я.

Лабиринт распался и собрался вновь, пространство залил свет. Теперь вокруг было просторно, а стены превратились в зеркала, и из каждого глядело мое лицо – лицо Карин Эльс.

Лабиринт отражений. В сказках о таком тоже говорилось.

Что мне делать? Угадать, какое из лиц по-настоящему мое? Но их тысячи!

Лица засмеялись в ответ, а я поняла, что плачу. Слезы катились вдоль носа, холодя кожу сквозь короткую в этом месте шерстку. Я – кошка, которая плачет, шла мимо бесконечных отражений и искала человеческое лицо, которое тоже плачет. А когда нашла, поняла, что меня опять обманули. Потому что мое лицо заговорило со мной как чужое.

– У тебя есть три желания, – сообщило оно и превратилось в лик Двуликого-старца. – И у тебя есть выбор. Это последнее испытание. Загадай верно, выбери без ошибки и получишь искомое.

Но я уже не верила…

Может, в этом все дело? Шаманка сказала: «Надо верить!»

Надо понять, чего я хочу. Кроме своего тела. Что я могу, маленькая кошка, дочь модистки, отказавшейся от своей природы, и плотника, который боялся оборотней?

Не мне тягаться с богами, королями, великими магами и владыками стихий. Но разве я многого прошу? Вернуться назад человеком. И чтобы Рауд был цел. И чтобы все стало… правильно. В нашем, людском, мире по ту сторону зеркала!

Зеркальная стена сделалась прозрачной, и я увидела зал Храма Всех Богов – с высоты, словно из-под потолка. Прямо подо мной черно-белой змеей вился Лабиринт, и там, где сходились его кольца, в самом центре неподвижно лежал Рауд, а над ним возвышался ошарашенный Альрик.

– Что с ним? Он жив? – я обернулась к Двуликому. – Помогите ему!

– Это твое желание? – спросил он.

– Да, да! Спасите его!

Внезапно я осознала, что до сих пор думала о богах, как о людях, только старше, сильнее, мудрее – особой безжалостной мудростью. Однако сейчас, глядя в бесстрастный пепельный лик, поняла, что ошибалась. Боги – это нечто иное… Голос самого мира, который строит себя из неведомых и непостижимых сил, используя наши устремления как связующий раствор. Мира, который хочет сделать себя лучше и от нас ждет лучшего…

За зеркальной стеной было видно, как в храмовый Лабиринт вступил еще один служитель-ули. За ним тенью следовал Двуликий.

И Двуликий стоял передо мной.

Но мой был старцем, а там, внизу, гостям явилась юница, чтобы замкнуть круг богов, заново запустив цикл времени.

– …в сей миг узрите начало начал…

– Прошу вас! – закричала я. – Он сможет! Дайте ему шанс!

Тень с девичьим лицом склонилось над Раудом, и сейчас же скрюченное тело на полу зашевелилось и село. Гости, замершие в испуге и потрясении, разразились радостным гулом. Может быть, кто-то из них даже решил, что это часть церемонии?

Рауд сморщился, потер лицо и…

Все провалилось в кромешную темноту.

Не стало ни храма, ни богов, ни зеркал, ни лабиринтов.

Я позвала Нежу, Свена, Свяну, Двуликого. Позвала Рауда…

Не может быть, чтобы все закончилось вот так!

Двуликий сказал, это испытание, проверка. Я прошла ее, разве нет? Неужели я не достойна, чтобы мне хотя бы указали путь в мир людей?

Никто не спешил ответить. Я исполнила свою службу, и меня бросили, как ненужное орудие.