– В НИИ, который после перестройки стал именоваться Центром психического здоровья, до сих пор служит Надежда Васильевна Чернова, – торжественно объявил Филипп, – я поинтересовался, есть ли у них там ветераны, те, кто еще при советской власти работал. Выпало три имени. Кирилл Евсеевич Маркин, доктор наук, Варвара Петровна Губкина, академик международной академии знаний о человеке…

– Есть такая? – поразилась я.

Макс махнул рукой.

– Да их сейчас тьма. Куда ни плюнь, везде академики. Ты тоже можешь им стать. Центр психического здоровья предлагает обучение, получение диплома и поступление в академию знаний о человеке. Вся цена вопроса триста тысяч. Занятия длятся шесть месяцев, звание академика на всю жизнь. Хочешь?

– У меня консерватория по классу арфы, – уточнила я.

– Им все равно, – захихикал Костин, – только плати. Лампа – академик! Красиво! Роскошно!

– Впечатляет, – подхватил Филипп, – ты получишь удостоверение в стразах. О! Они предлагают оплату в рассрочку. И советуют банк, который даст кредит на обучение под разумный процент. Ну-ка, глянем, что за финансовое учреждение?

– Вернемся к теме, – велел Макс. – Кто третий ветеран?

– Надежда Васильевна Чернова, некогда председатель месткома НИИ, – продекламировал компьютерщик, – адрес и все телефоны я добыл на раз-два. Коренная москвичка, всю жизнь обитала в одной квартире, в Глазовском переулке на Старом Арбате. Ее туда из роддома принесли. В центре работает заведующей техотделом. Лампа! Дама – бездонный колодец с живой водой сплетен. Опускай ведро и зачерпывай.

– Дай ее мобильный, – попросила я.

Глава 18

– Извините, Надежда Васильевна, – затараторила я, снимая туфли, – что приехала к вам так поздно.

– Душенька, – запела дама, – я сама вас позвала. И умоляю, без отчества, просто Надин! Мы же с вами одногодки и девочки из одного социального круга интеллигенции. К чему нам церемонии? Вы так удачно появились! Только что я достала из духовки пирожок! Увлекаюсь кулинарией! Ручки помойте, вон там дверца, полотенчико чистое у раковины. Мыльце с маслом какао. Обожаю его во всех проявлениях. Кстати, пирожок мой называется «Пять шоколадок». М-м-м! Рецептик звездный! Им певица Антонина поделилась в журнале «Правда о всех». Вы его, конечно, читаете. Понравилось интервью актера Фолкина? Оказывается, он внебрачный сын композитора Барутина! Вот это поворотец! Наверное, чайку попьем? Для кофейка поздновато! Ну, ополосните ручки!

Я вошла в ванную и глянула в зеркало. Надежда Васильевна дама стройная, ни одного седого волоса на голове. Меня она встретила в красивых брюках и модной кофточке. Но я-то знаю, что Надин в прошлом году справила восьмидесятилетие. Мы с ней совершенно точно одногодки. Я всмотрелась в свое отражение. М-да. Может, не стричься так коротко? На тетушку, которой перевалило на девятый десяток, госпожа Романова все-таки пока не похожа, но выгляжу я сейчас не лучшим образом.

– Душенька, – постучала в створку хозяйка, – как делишки?

Я быстро открутила кран.

– Сейчас прибегу.

– Не торопитесь, не торопитесь, – зачирикала Чернова, – я испугалась, что вам плохо стало. Вы такая бледненькая, тощенькая!

Я нажала на дозатор. По санузлу поплыл удушающий запах шоколада.

– Ну? – поинтересовалась хозяйка, приоткрывая дверь и всовывая голову в щель. – Чаек стынет! Фруктовый.

Я быстро ополоснула руки и очутилась в гостиной, которая соединялась с кухней.

– Пирожочек, – пропела Надежда, – маленький кусочек!

На моей тарелке появился огромный ломоть, размером с ботинок Макса. Для тех, кто не знает, поясню: мой муж носит сорок восьмой размер обуви.

– Чай «Страсть дракона», – не умолкала хозяйка, – из натуральных фруктов. Никаких там ароматизаторов, «ешек», улучшителей вкуса. Покупаю у Анны Сергеевны, она его у одной китаянки из Твери берет. Попробуйте скорей. Чем могу помочь? О! Знаю! Кто-то из нашего института что-то мерзкое сделал, поэтому вы из детективного агентства приехали! А я-то думала, что там только мужики служат. Съешьте пирожок! Так кто начудил? Ася Баранова? Опять в магазине что-то украла? Хоть маленькую крошечку-то попробуйте! Без сладкого говорить плохо, оно мозгу помогает. Ой! У вас диабет? Бедняжечка! Как с такой болезнью живете? Ужас! Говорят, она не лечится, живехонько от недуга на тот свет улетают!

Я отковырнула ложкой кусок пирога.

– Я совершенно здорова.

– Чудесная новость! – обрадовалась Чернова. – Тогда кушайте!

Я положила в рот пирог и чуть не выплюнула его назад. На языке растеклась столь сладкая масса, что зачесалось в носу.

– Вижу, вижу, вкусненько вам, – пришла в восторг Надин. – Шоколадику в начиночке хватает?

Я нашла в себе силы кивнуть.

– Глоточек чайку, хлюп-хлюп, – посоветовала Чернова, – насладитесь китайским дорогим изыском.