Читаем Король Шломо полностью

Источник Тихон исправно поил жителей и гостей Ерушалаима. Его воды хватало и Храму, а ему требовалось немало для обмывания жертвенных животных, особенно в праздничные дни, для постоянных жителей и паломников. Вторым по значению был родник Эйн-Рогел на западе от Храмовой горы. И его вода была хороша, правда, он не был таким обильным, как Тихон. Стирали одежду в ручье Кидрон, оживавшем с началом зимних дождей. Для домашних нужд ерушалаимцы выкапывали возле каждого дома водохранилище, оштукатуривали его и даже обмазывали асфальтом из Солёного моря. Вода зимних дождей и потоков с ближних холмов, скапливавшаяся в таких водоёмах, бывала мутной, ею поили скот и птицу, её использовали для приготовления извести, которой теперь крепили кладку стен. На случай осады иерушалаимцы устроили водохранилища под башнями городской стены. Сюда тоже собиралась вода от проливных дождей и снега, который хотя бы раз за зиму выпадал и быстро таял.

Ни одна зима в Ерушалаиме не обходилась без того, чтобы во внезапных потоках, порождаемых дождём, не захлебнулась овца или даже ребёнок. Эти же потоки за столетия прорезали у оснований холмов долины, по руслам которых вода весенних и зимних дождей уносилась в Солёное море. Долина Сыроделов проходила через центр города, а с юго-запада его ограничивала долина Ге бен-Хеном, круглый год наполняемая водой из подземных ключей. Долина называлась ещё и «Крокодильей», потому что, по преданию, в ней когда-то водились крокодилы, воровавшие у местных жителей кур и овец.

В воротах городской стены всегда толпились люди. Они приходили узнать городские новости, поглазеть на входящие в город караваны или купить какую-нибудь мелочь у торговцев, раскладывавших свои товары по обе стороны стены.

Среди нищих, постоянно сидевших в тени Овечьих ворот, был старый солдат Шимон, искалеченный во время войны короля Давида за Иорданом. Мальчишки дразнили его «Розовым Шимоном», потому что в уголках глаз у него всегда блестела розоватая влага. Розовой была и сетка сосудов на его носу и щеках, а солнце, поднявшись за спиной Шимона, неизменно окрашивало его остроконечные уши в ярко-розовый цвет. Шимон много и охотно говорил с каждым, кто соглашался его слушать, давал советы по части лечения или ведения хозяйства, искал женихов для дочерей на выданье, предсказывал судьбу. Хотя он и не был пророком, ему всё же сходили с рук высказывания о мздоимстве властей, за которое их ждёт Божий суд – неотвратимый и страшный.

– Старик – сумасшедший! – говорили городские стражники. – И чего вы его слушаете!

Но у горожан по поводу терпимости властей к Розовому Шимону было другое объяснение, передававшееся шёпотом: он знает тайну гибели Ури – первого мужа Бат-Шевы, которого король Давид послал на смерть. Ури был убит под стенами Раббы в том же бою, в котором Розовый Шимон получил удар по голове куском жернова, сброшенного со стен. Несмотря на просьбы, Шимон никогда не рассказывал о войне за Иорданом, и для ерушалаимцев это было потверждением слухов о тайном договоре между домом Давида и нищим калекой.

Как-то рано утром, едва Шимон занял своё место в Овечьих воротах и вытащил из пояса луковицу, полученную от возвращавшегося с городского базара купца, в воротах появился человек с закутанным в шерстяной платок лицом. «Идёт из пустыни», – сообразил Шимон.

Вместо того чтобы поспешить в Храм к утренней молитве, человек уселся рядом с Шимоном, достал из пояса лепёшку, переломил её и протянул половину нищему вместе с флягой. Шимон разделил свою луковицу и тоже протянул половину незнакомцу. Они молча закусывали, согреваясь на поднимавшемся над городом солнце.

Незнакомец не спешил назвать себя и открыть лицо. Шимон заметил, что он любуется Храмом на вершине горы. Нищий не мог дольше молчать.

– Ты, наверное, думаешь, его люди построили? – спросил он, указывая рукой на Храм, и шёпотом сообщил: – Это всё червь Шамир! Не слыхал о таком? Я тебе расскажу[24]. Размером он с ячменное зерно, не больше, но может разрезать и обтачивать каменные плиты, да так, что люди теперь смотрят на стены Храма и спрашивают: «А где же швы?» У нас в Ерушалаиме удивлялись: «Почему мы не слышим грохота инструментов, когда Шломо строит Храм?» Теперь понял, почему?

– Откуда же у Шломо такой червь? – спросил незнакомец.

– Как откуда? Из рая. Его принёс орёл прямо в комнату к нашему королю.

Пока они беседовали, в Овечьих воротах собрался народ, начался обычный ерушалаимский день. Мимо Розового Шимона и незнакомца гнали овец на базар, девушки шли с кувшинами на головах к источнику Тихон, торговцы тащили в башню городской стражи пойманного на воровстве мальчишку. Какая-то женщина колотила старика в рваной рубахе, тот молчал и только старался прикрыть руками голову.

– Это – его жена, – сказал Шимон. – С утра уже такая злая! У нас шутят: «Каждый день они решают развестись, и каждую ночь ложатся в одну постель».

– За что же она его так? – спросил незнакомец.

– За бедность, – ответил Шимон и добавил: – Люди говорят так: «Богатого любят все, а бедного ненавидят даже в его доме».