Читаем Король Иоанн полностью

Но брата твоего в законном браке Жена отца произвела на свет. А вышел грех - ну что ж, ее вина: С любым женатым может быть такое. Но ты скажи мне: как бы мог мой брат, Приживший сына по твоим словам, Его потребовать у Фоконбриджа? Тот был бы вправе удержать теленка От собственной коровы, в полном праве! Мой брат, хоть сына и прижил, не мог Его признать, а твой отец отвергнуть Его не мог. И вот мое решенье: От сына матери моей рожден Наследник твоему отцу: он должен Отцовское наследье получить.

Роберт

Неужто воля моего отца Не может прав лишить чужое семя?

Бастард

Не больше может, сэр, чем помешать Могла в то время моему рожденью.

Элеонора

Скажи, кем хочешь быть? Как Фоконбридж Владеть землей и жить, подобно брату? Иль признанным потомком короля, Хоть без земли, своей гордиться честью?

Бастард

Когда бы, государыня, мой брат Стал обликом, как я, а я, как он, Верней - как батюшка его, сэр Роберт, И ноги были бы мои, как жерди, А руки, словно чучела угрей, А рожа так худа, что я б не смог На людях за ухо заткнуть цветок, Не услыхав: «Ни дать, ни взять - монета!», И если бы при этом вся земля Досталась мне, - я, не сойти мне с места, Клочок последний отдал бы за то, Чтобы себе вернуть свое лицо!

Элеонора

Ты молодец! Ну как, отдашь именье? Пойдешь искать удачи? Мы готовим Поход на Францию - пойдешь за мной?

Бастард

Вперед, за счастьем! Брат, владей землей. Полтысячи твоей достались роже, А ей цена - пять пенсов, не дороже. За вами до могилы, госпожа!

Элеонора

Нет, лучше ты меня опереди.

Бастард

У нас, у деревенских, пропускают Вперед знатнейших.

Король Иоанн

Как тебя зовут?

Бастард

Филипп я, мой король и господин, Супруги Фоконбриджа старший сын.

Король Иоанн

Прими же имя гордое того, Чей облик принял. Преклони колени, Филипп, и встань. Имен славнее нет: Сэр Ричард, признанный Плантагенет!

Бастард

Подай же руку мне, товарищ детства! Я - честь, ты землю получил в наследство. На благо нам обоим, сводный брат, Без сэра Роберта я был зачат.

Элеонора

Вот остроумие Плантагенета! Тебе я бабка, Ричард, помни это.

Бастард

Родство случайное, но все равно! Пришло мне счастье левой стороной. Нельзя в ворота - смело лезь в окно; Не можешь днем - иди сквозь мрак ночной; Как ты ни взял - а приз отныне твой; Как ни стрелял - задета цель твоя. Кем ни рожден, а я уж верно Я!

Король Иоанн

Ступай же, Фоконбридж. Владей землею По воле Безземельного. За мною, Сэр Ричард! Матушка, пора уж нам К французским устремиться берегам.

Бастард

Ты, брат, на божий свет родился честно: Тебе-то счастья пожелать - уместно.


Уходят все, кроме Бастарда.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Няка
Няка

Нерадивая журналистка Зина Рыкова зарабатывает на жизнь «информационным» бизнесом – шантажом, продажей компромата и сводничеством. Пытаясь избавиться от нагулянного жирка, она покупает абонемент в фешенебельный спортклуб. Там у нее на глазах умирает наследница миллионного состояния Ульяна Кибильдит. Причина смерти более чем подозрительна: Ульяна, ярая противница фармы, принимала несертифицированную микстуру для похудения! Кто и под каким предлогом заставил девушку пить эту отраву? Персональный тренер? Брошенный муж? Высокопоставленный поклонник? А, может, один из членов клуба – загадочный молчун в черном?Чтобы докопаться до истины, Зине придется пройти «инновационную» программу похудения, помочь забеременеть экс-жене своего бывшего мужа, заработать шантажом кругленькую сумму, дважды выскочить замуж и чудом избежать смерти.

Таня Танк , Лена Кленова

Детективы / Иронический детектив, дамский детективный роман / Драматургия / Самиздат, сетевая литература / Иронические детективы / Пьесы
Калигула
Калигула

Порочный, сумасбродный, непредсказуемый человек, бессмысленно жестокий тиран, кровавый деспот… Кажется, нет таких отрицательных качеств, которыми не обладал бы римский император Гай Цезарь Германик по прозвищу Калигула. Ни у античных, ни у современных историков не нашлось для него ни одного доброго слова. Даже свой, пожалуй, единственный дар — красноречие использовал Калигула в основном для того, чтобы оскорблять и унижать достойных людей. Тем не менее автор данной книги, доктор исторических наук, профессор И. О. Князький, не ставил себе целью описывать лишь непристойные забавы и кровавые расправы бездарного правителя, а постарался проследить историю того, как сын достойнейших римлян стал худшим из римских императоров.

Зигфрид Обермайер , Михаил Юрьевич Харитонов , Даниель Нони , Альбер Камю , Мария Грация Сильято

Биографии и Мемуары / Драматургия / История / Исторические приключения / Историческая литература
Том 2: Театр
Том 2: Театр

Трехтомник произведений Жана Кокто (1889–1963) весьма полно представит нашему читателю литературное творчество этой поистине уникальной фигуры западноевропейского искусства XX века: поэт и прозаик, драматург и сценарист, критик и теоретик искусства, разнообразнейший художник живописец, график, сценограф, карикатурист, создатель удивительных фресок, которому, казалось, было всё по плечу. Этот по-возрожденчески одаренный человек стал на долгие годы символом современного авангарда.Набрасывая некогда план своего Собрания сочинений, Жан Кокто, великий авангардист и пролагатель новых путей в искусстве XX века, обозначил многообразие видов творчества, которым отдал дань, одним и тем же словом — «поэзия»: «Поэзия романа», «Поэзия кино», «Поэзия театра»… Ключевое это слово, «поэзия», объединяет и три разнородные драматические произведения, включенные во второй том и представляющие такое необычное явление, как Театр Жана Кокто, на протяжении тридцати лет (с 20-х по 50-е годы) будораживший и ошеломлявший Париж и театральную Европу.Обращаясь к классической античной мифологии («Адская машина»), не раз использованным в литературе средневековым легендам и образам так называемого «Артуровского цикла» («Рыцари Круглого Стола») и, наконец, совершенно неожиданно — к приемам популярного и любимого публикой «бульварного театра» («Двуглавый орел»), Кокто, будто прикосновением волшебной палочки, умеет извлечь из всего поэзию, по-новому освещая привычное, преображая его в Красоту. Обращаясь к старым мифам и легендам, обряжая персонажи в старинные одежды, помещая их в экзотический антураж, он говорит о нашем времени, откликается на боль и конфликты современности.Все три пьесы Кокто на русском языке публикуются впервые, что, несомненно, будет интересно всем театралам и поклонникам творчества оригинальнейшего из лидеров французской литературы XX века.

Жан Кокто

Драматургия