Читаем Корабль находит гавань полностью

Ещё в 1997 году лучший шахматист мира и заслуженный мастер спорта СССР Гарри Каспаров проиграл компьютеру матч из шести партий. С тех пор технический прогресс сделал существенный рывок. У обычного человека нет шансов конкурировать с программами, терминалами, автоматами и роботами как трудовому, военному и интеллектуальному ресурсу. Даже очень образованный, умный и творческий человек с третичным сознанием не имеет шансов конкурировать с вычислительными возможностями современных компьютеров, с нейросетями и искусственным интеллектом, которые уже пишут музыку, стихи, книги и подражают человеку, уже имитируя эмоции.

Перед людьми стоит задача выжить как роду человеческому. Для этого необходимо сменить потребительскую идеологию на идею развития человека-творца, которому больше не нужно тратить время на рутинную деятельность для обеспечения выживания. Необходимо честно ответить на вопросы: «Кто мы?», «Откуда мы?» и «Зачем мы?» Принять свою биологическую сущность, пределы своих физических и умственных возможностей, что неизбежно приведёт нас к вере, духовности и откроет смысл жизни — стать лучшей версией себя. Развитие тела, ума и души в рамках здорового во всех смыслах общества при помощи ориентиров духовного натурализма позволит нам не только выжить, но и наконец стать обществом разумным и возвышающимся.

Финансисты, глобалисты, планировщики и организаторы нового мирового порядка ведут к трансгуманизму и цифровому концлагерю не потому, что они — исчадие ада и сатанисты, а потому, что их уровень интеллектуального и духовного развития слишком низок. Способствуя десятилетиями деградации общества, они сами деградировали и не в состоянии выдумать идею гармоничного развития в многополярном мире. Они действуют примитивно, а реализация их плана буксует, потому что они — верхняя часть того потребительского общества, которое сами построили. Они хотят продолжать потреблять ресурсы Земли и достижения человечества «узким кругом», не видя смысла делиться с теми, кто становится ненужным посткапитализму.

Чиновники, губернаторы, мэры, депутаты и прочие элементы системы, осознанно или нет реализующие переход к новому порядку, не с Луны свалились. Они — часть народа и судят о мире и обществе, исходя из своего уровня образования, ума и духовности. Основная их масса тоже не задумывается над происходящим и слепо исполняет указания. А те, кто задумался и что-то понял, видимо, решили, что им дадут «пропуск» в высшую касту. Это прошедшие отрицательный отбор служебные люди без должного образования и воли. Они бездумно исполняют указания манипуляторов. И так почти во всём мире.

Запад превратился в постзапад, когда перестал держаться за свои основные ценности — семья, христианство, общественные институты, национально ориентированное государство, всеобщее образование и трудовая этика. Судя по всему, Россия осталась носителем этих ценностей, и теперь от неё зависит сохранение человека как социокультурного типа. И к сегодняшнему экономическому, идеологическому, продовольственному и энергетическому кризису Россия подготовлена лучше западных стран. Ещё действуют энергетические системы СССР, сохранён ядерный потенциал, половина населения имеет советское образование. Ещё живы советские технари и сохранена память о жизни в Союзе со всеми его плюсами и минусами.

Постсоветское общество прошло через такие социально-экономические и идеологические потрясения, которые другие народы вряд ли бы выдержали. Всё даётся по возможностям, значит, у советских людей были силы, чтобы эти испытания пройти. Трагедия Запада в том, что их намного дольше, чем граждан СССР, дрессировали в человека служебного и обучали быть квалифицированными потребителями. Россия и бывшие советские республики живут при религии потребления всего полтора поколения, и её ценности хоть и сильно распространены в постсоветском обществе, но ещё не успели завладеть им так глубоко, как на Западе. И там, и тут есть те, кому не по душе потребительство, «демократия», трансгуманизм, локдауны и масочный режим, насекомые вместо еды, дрова вместо газа и свечи вместо электричества.


В этой ситуации вывести мир из экзистенционального тупика может только Россия, взяв за основу философию духовного натурализма, справедливости и создания человека-творца в Евразийском государстве. Россия может стать антиподом трансгуманизму, наполнив парус дрейфующего в идеологическом плане корабля — красивой планеты Земля с восемью миллиардами пассажиров — здравыми смыслами, натуральностью и духовностью.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Бомарше
Бомарше

Эта книга посвящена одному из самых блистательных персонажей французской истории — Пьеру Огюстену Карону де Бомарше. Хотя прославился он благодаря таланту драматурга, литературная деятельность была всего лишь эпизодом его жизненного пути. Он узнал, что такое суд и тюрьма, богатство и нищета, был часовых дел мастером, судьей, аферистом. памфлетистом, тайным агентом, торговцем оружием, издателем, истцом и ответчиком, заговорщиком, покорителем женских сердец и необычайно остроумным человеком. Бомарше сыграл немаловажную роль в международной политике Франции, повлияв на решение Людовика XVI поддержать борьбу американцев за независимость. Образ этого человека откроется перед читателем с совершенно неожиданной стороны. К тому же книга Р. де Кастра написана столь живо и увлекательно, что вряд ли оставит кого-то равнодушным.

Фредерик Грандель , Рене де Кастр

Биографии и Мемуары / Публицистика
Свой — чужой
Свой — чужой

Сотрудника уголовного розыска Валерия Штукина внедряют в структуру бывшего криминального авторитета, а ныне крупного бизнесмена Юнгерова. Тот, в свою очередь, направляет на работу в милицию Егора Якушева, парня, которого воспитал, как сына. С этого момента судьбы двух молодых людей начинают стягиваться в тугой узел, развязать который практически невозможно…Для Штукина юнгеровская система постепенно становится более своей, чем родная милицейская…Егор Якушев успешно служит в уголовном розыске.Однако между молодыми людьми вспыхивает конфликт…* * *«Со времени написания романа "Свой — Чужой" минуло полтора десятка лет. За эти годы изменилось очень многое — и в стране, и в мире, и в нас самих. Тем не менее этот роман нельзя назвать устаревшим. Конечно, само Время, в котором разворачиваются события, уже можно отнести к ушедшей натуре, но не оно было первой производной творческого замысла. Эти романы прежде всего о людях, о человеческих взаимоотношениях и нравственном выборе."Свой — Чужой" — это история про то, как заканчивается история "Бандитского Петербурга". Это время умирания недолгой (и слава Богу!) эпохи, когда правили бал главари ОПГ и те сотрудники милиции, которые мало чем от этих главарей отличались. Это история о столкновении двух идеологий, о том, как трудно порой отличить "своих" от "чужих", о том, что в нашей национальной ментальности свой или чужой подчас важнее, чем правда-неправда.А еще "Свой — Чужой" — это печальный роман о невероятном, "арктическом" одиночестве».Андрей Константинов

Евгений Александрович Вышенков , Андрей Константинов , Александр Андреевич Проханов

Криминальный детектив / Публицистика
Кафедра и трон. Переписка императора Александра I и профессора Г. Ф. Паррота
Кафедра и трон. Переписка императора Александра I и профессора Г. Ф. Паррота

Профессор физики Дерптского университета Георг Фридрих Паррот (1767–1852) вошел в историю не только как ученый, но и как собеседник и друг императора Александра I. Их переписка – редкий пример доверительной дружбы между самодержавным правителем и его подданным, искренне заинтересованным в прогрессивных изменениях в стране. Александр I в ответ на безграничную преданность доверял Парроту важные государственные тайны – например, делился своим намерением даровать России конституцию или обсуждал участь обвиненного в измене Сперанского. Книга историка А. Андреева впервые вводит в научный оборот сохранившиеся тексты свыше 200 писем, переведенных на русский язык, с подробными комментариями и аннотированными указателями. Публикация писем предваряется большим историческим исследованием, посвященным отношениям Александра I и Паррота, а также полной загадок судьбе их переписки, которая позволяет по-новому взглянуть на историю России начала XIX века. Андрей Андреев – доктор исторических наук, профессор кафедры истории России XIX века – начала XX века исторического факультета МГУ имени М. В. Ломоносова.

Андрей Юрьевич Андреев

Публицистика / Зарубежная образовательная литература / Образование и наука