Читаем Копье и кровь полностью

– Видать, очередного провинциала обрабатывает, – почти прокричал Граната сквозь музыкальный шум, продолжив продвигаться в сторону туалета. – Не внял моим предупреждениям. А носатый дружок где-то потерялся.

После этих слов Габлер наконец сообразил: это был один из тех охмуряльщиков, которых они с Гранатой не так давно крепко приструнили возле какого-то столичного кабака. Заставили вернуть деньги, выдуренные у Портоса.

«Блип, это же и есть тот самый кабак! – мысленно воскликнул Крис. – Ну да, «Лупа Капитолина»! Но вроде окрестности там какие-то не такие были…»

Впрочем, если учесть, сколько они тогда с Гранатой выпили, окрестности могли показаться какими угодно.

Ушастый скользнул взглядом по Гранате, продолжая что-то говорить. Вдруг замолчал, взглянул опять… Увидел еще и Габлера – и вздрогнул так, что питье в фужере колыхнулось. Пригнул голову, и у Криса сложилось впечатление, что ушастый вот-вот нырнет под стол. Граната растянул губы в улыбке и помахал ему рукой. Ушастый неуверенно улыбнулся в ответ, облегченно расправляя плечи, и тут Мхитарян сдвинул брови и на ходу погрозил ему пальцем, а Габлер укоризненно покачал головой. Местный прохиндей торопливо поставил фужер на стол, поднял плечи, чуть ли не прижав их к ушам, и быстро развел руками, заехав в бок оранжевому: мол, я ничем таким предосудительным не занимаюсь. Некоторые из сидящих и за этими двумя столиками, и за другими, в том числе и оранжевый, обратили внимание на этот обмен пантомимами и переводили недоуменные взгляды с ушастого на Гранату и Криса. Музыка смолкла, знаменуя завершение очередного танца, и во внезапной тишине на весь зал прогремели слова Мхитаряна, не рассчитывавшего на такое резкое исчезновение звукового наполнения зала:

– Мы вернемся! Аста ла виста, бейби!

В полной тишине он вышел из зала. Габлер догнал его уже в коридоре, возле туалета. Позади вновь грянула музыка. Коридор заканчивался распахнутыми дверями, и Крис, посмотрев туда, понял, что в прошлый раз они подходили к кабаку именно с той стороны. Потому он и не узнал это место. Ну и плюс, разумеется, тогдашнее его парящее состояние.

– Бесполезно, конечно, – сказал Граната, войдя в туалет и направляясь к кабинке. – Но пусть этот гад лопоухий постоянно в страхе живет.

– Такие гады будут до тех пор, пока будут те, кому можно задурить голову, – заметил Габлер и шагнул в соседнюю кабинку.

«А значит, всегда», – мысленно добавил он, расстегивая джинсы.

Когда они покинули туалет, Крис подошел к стоящему в коридорной нише банкомату и превратил часть своих сбережений в десяток гладких синих квадратиков с гербом Империи, обрамленным восьмиугольником Октагона.

– Держи. – Он протянул деньги Мхитаряну. – Сотня сестерциев, и на такси хватит, и на пиво останется.

Граната кивнул, взял деньги и сунул их в карман. И пообещал:

– Это я тоже не забуду.

– Да уж не забудь, – усмехнулся Габлер. – А если что, я напомню. Накроешь поляну при следующей встрече.

– Всенепременно!

Они направились к выходу из кабака, и тут у них за спинами раздался голос:

– Эй, мистеры!

Габлер и Мхитарян одновременно обернулись. Их догонял серв, с которым Крис недавно расплатился.

– Что такое? – недовольно спросил Граната, когда серв приблизился к ним. Нос его стволом гана нацелился в лицо парню в лилово-черной тунике и полусапогах-калигах.

– Вы что, уже уходите? – в голосе серва звучало недоумение.

– Не имеем права? – поднял брови Габлер.

– Вроде вилок не крали, – с серьезным видом добавил Мхитарян.

– Да у меня и в мыслях не было!.. – оторопело вытаращился на него серв. – Я насчет водки… Водку-то вы не допили! Полграфина оставили! Не понравилась вам водка?

– Ну, ты и сказанул! – в свою очередь, уставился на серва Граната. – Разве может водка не нравиться? Это же, блип, не борщ какой-нибудь. Это же водка! Мне ли тебе, специалисту, объяснять? Водка очень вкусная, да, Гладик?

– Лучше конфет, – незамедлительно подтвердил Габлер. – Сосал бы и сосал, как Ромул с Ремом волчицу…

– Но пришлось пересмотреть концепцию с учетом обстоятельств, – подхватил Граната. – Буквально на ходу. Не в каждое время водка – это благо.

– Так зачем заказывали столько? – По лицу серва было видно, что мозги у него вот-вот заскрежещут.

– Так нам что, забрать недопитое с собой? – осведомился Габлер. – Или нам деньги вернут?

– У нас не принято… – залепетал серв.

– Короче, – Граната выставил ладонь перед собой, – водка замечательная, но мы уходим и ее оставляем. Можете использовать в благотворительных или любых других целях. Нам все понравилось, мы всем расскажем о вашем замечательном заведении.

Вдалеке, из-за двери, ведущей в зал, высунулась чья-то физиономия – и тут же скрылась. Габлер узнал ушастого. Мхитарян тоже заметил прохиндея, потому что добавил:

– Если бы вы еще тут всяким прохвостам околачиваться не позволяли, цены бы вам не было.

Эти слова почему-то не вызвали у серва ни озадаченности, ни возмущения. Он молча опустил глаза, попятился, а потом развернулся и быстро зашагал к залу.

– Одна шайка-лейка, – мрачно усмехнулся Граната. – Подгнило что-то в Датском государстве…