Читаем Концессия полностью

— Конечно, вам знакомы эти слова? Эти стихи мы пели тогда, когда свергали маньчжуров. Старые, уважаемые друзья, о встрече с которыми я так долго мечтал! После свержения маньчжуров произошли события величайшей важности: новый враг вознамерился поработить нас. Опасность была грозна, почти смертельна. Среди нас оказались люди, покорные западному ветру. Снова! Вы слышите! Но мы во-время спохватились. Однако праздновать победу рано. Западный ветер не утих.

Легкий румянец ударил в щеки Лина, голос стал полнее, движения величественнее. Он заговорил о планах борьбы с западным ветром.

— Есть жила, по которой стекает в Китай зараженная кровь — КВЖД. Очень скоро китайская армия выбросит большевиков из Маньчжурии. Очень скоро русские патриоты перейдут Уссури и, как ножницами, отрежут Приморье. Уже и теперь патриоты заявляют о себе. Это смелые, решительные люди. Я вам прочту, что пишут советские газеты о них... Вот один смелый, решительный поступок.

Лин Дун-фын вынул из портсигара свернутую в трубку бумажку.

«Покушение на советского консула в Харбине.

Двенадцатого февраля, в три часа дня, в приемную генерального консульства СССР явился неизвестный русский в форме китайского полицейского. Неизвестный заявил дежурному сотруднику консульства, что он служит в третьем полицейском участке и хочет видеть генерального консула Мельникова, которого должен арестовать якобы по поручению полиции.

Возбужденное состояние неизвестного показалось дежурному сотруднику подозрительным. Он немедленно известил по телефону полицию и доложил Мельникову.

Когда Мельников вышел в приемную, неизвестный неожиданно вытащил из кармана револьвер и произвел два выстрела. Одна пуля попала в стену, другая — в перегородку, за которой находился дежурный сотрудник.

Сотрудники консульства обезоружили преступника и передали его прибывшим на место происшествия представителям полиции».

— Итак, русские патриоты готовы на все. Что же говорят иностранные газеты о большевиках в Китае?.. Они раскрывают большевистские тайны... Бывшая полоса отчуждения КВЖД, по их мнению, место, где действуют большевики. Что такое дорком, местком, женотдел? — спрашивает «Журналь де Шанхай». Это место, откуда большевики готовят завоевание Китая. Шанхайская «Норд Чайна дейли ньюс» сообщает, что Советский Союз хочет завоевать Китай. Все газеты кричат, что Советский Союз мечтает о войнах и завоеваниях. Первой жертвой должен пасть Китай.

Я приехал к вам, чтобы сообщить обо всем этом. Но, если бы я сказал вам только это, вы могли бы устрашиться. Не страшитесь, все обстоит благополучно. Красная Армия не завоюет Китая, потому что с Китаем весь мир. И прежде всего, англичане и американцы. Особенно американцы! Я хочу сообщить вам, что они друзья. Они поддержат нас всем — деньгами и пушками. Я хочу сказать, как все начнется. Русские патриоты перейдут Уссури и, как ножницами, отрежут Приморье. Старые друзья спросят: что будет потом? Потом в долинах «Хребта больших западных гор» — Сихотэ-Алиня, на равнинах Уссури будет русская народная республика. Туда съедутся миллионы русских эмигрантов, туда побегут из Советов. Богатая, грозная Уссурийская республика! Богатая рыбой, рисом, лесом, золотом, нефтью, серебром и железом. Грозная — союзом с Китаем и Америкой. Старые друзья спросят: что будет дальше? Нет, они не спросят, — они знают сами.

Худое, бледное лицо Лина не казалось уже ни худым, ни бледным. Он говорил, что скоро Китай вернет себе былое могущество и как раньше станет повелителем стран и народов. Тогда китайские купцы будут хозяевами рынков и людей... Китайские купцы Владивостока станут богаче американских купцов.

— Но, — сказал Лин, — для достижения всего этого от вас требуются некоторые усилия.

Он внимательно осмотрел все эти худощавые, полные и толстые лица, глаза, при его последних словах вдруг выразившие беспокойство, руки, вдруг в замешательстве потянувшиеся к веерам.

Лин усмехнулся.