Читаем Контракт Паганини полностью

– Не знаю, – устало ответила она. – Вечно одно и то же. Йоран вообще не имеет к этому отношения, он никогда не занимался борьбой с террористами.

– И что ты собираешься предпринять?

– Ничего…

Сага замолчала – Стуне закончил разговор и поднимался к ним. Сага протянула руку за ключом от двери Пальмкруны:

– Ключ.

– Что?

– Расследование веду я.

– Ну, и как тебе это нравится? – рассмеялся Стуне, поворачиваясь к комиссару.

– Йоран, ты ни в чем не виноват, – начал Йона. – Но я только что с собрания, там были наши шефы. Они решили, что я буду работать вместе с Сагой Бауэр.

– Ну ладно, пускай тоже войдет.

– В качестве руководителя расследования, – пояснила Сага.

– Хотите от меня отделаться? Да что вообще происходит? – изумился Стуне, пытаясь выдавить улыбку.

– Если хочешь, идем с нами, – спокойно сказал Йона.

Сага вынула ключ из руки Йорана.

– Я звоню Вернеру. – Стуне зашагал вниз по лестнице.

Сага и Йона услышали, как он звонит шефу и как его голос становится все раздраженнее. Под конец он так завопил в трубку «б…ство!», что по подъезду пошло эхо.

Сага подавила улыбку, сунула ключ в замок, два раза повернула и открыла тяжелую дверь.

Полицейское ограждение убрали, когда стало ясно: преступления не было. Предварительное следствие прекратили сразу же, как только был готов отчет патологоанатома Нильса Олена; каждый пункт этого отчета подтверждал предположение комиссара Линны о самоубийстве. Карл Пальмкруна повесился у себя дома на бельевой веревке, закрепленной на крюке от люстры. Исследование места преступления прекратили, а анализы отпечатков и прочего, взятые на месте преступления и отправленные в Государственную криминалистическую лабораторию в Линчёпинг, так и не были сделаны.

Однако теперь выяснилось, что за день до того, как Пальмкруна повесился, Бьёрн Альмскуг написал ему письмо.

Вечером того же дня на яхте Альмскуга убили Виолу Фернандес.

Бьёрн – вот нить, связывающая два преступления. Две смерти – самоубийство и несчастный случай. Если бы яхта затонула, никто так и не узнал бы, что они связаны между собой.

В прихожей стало ясно: почта не приходила. В квартире пахло душистым мылом. Сага с Йоной прошли по просторным комнатам. В окна лился солнечный свет. Сияла красная черепица дома на другой стороне Гревгатан. Из эркера можно было взглянуть на блестящую гладь залива Нюбрувикен.

Метки, расставленные экспертами, убрали, пол под крюком в пустом салоне чисто вымыли.

Комиссар с Сагой медленно шли по скрипящему паркету. Удивительно, но в жилище Пальмкруны больше не ощущалось, что здесь кто-то повесился.

Квартира вовсе не казалась необитаемой. Йона и Сага подумали об одном и том же. Большие, почти без мебели комнаты были полны домашнего спокойствия.

– Она все еще ходит сюда, – вдруг сказала Сага.

– Точно, – отозвался комиссар и улыбнулся. Домработница. Она была здесь, убрала, проветрила, забрала почту, перестелила постель…

Когда кто-то внезапно умирает, такое поведение не так уж необычно. Нелегко смириться с мыслью о том, что жизнь изменилась, и вместо того, чтобы принять перемены, люди цепляются за привычное поведение.

Прозвенел дверной звонок. Сага немного встревожилась, но пошла за Йоной в прихожую.

Человек с бритой головой, одетый в черный мешковатый комбинезон, успел уже открыть входную дверь.

– Йона велел бросить гамбургер и ехать прямо сюда, – объяснил Юхан.

– Это Юхан Йонсон из IT-отдела, – объяснил комиссар.

– Йо-она ме-ечет стрел-лы, – проговорил Юхан с утрированным финским акцентом. – Дорога может свернуть в сторону, комиссар – никогда.

– Это Сага Бауэр, комиссар Службы безопасности, – представил Йона.

– Поболтаем или косячок? – спросил Йонсон.

– Перестаньте, – оборвала его Сага.

– Надо посмотреть компьютер Пальмкруны. Это долго?

Все трое двинулись к кабинету. По дороге Юхан спросил:

– То, что мы найдем, можно будет использовать как доказательство?

– Да.

– Значит, вы хотите, чтобы я клонировал компьютер?

– А сколько времени это займет?

– Успеешь рассказать пару анекдотов Службе безопасности. – Йонсон остановился.

– Да что с вами? – разозлилась Сага.

– А вы с кем-нибудь встречаетесь? – смущенно улыбаясь, спросил Юхан.

Сага посмотрела ему в глаза и серьезно кивнула. Юхан опустил взгляд, что-то пробормотал и скрылся в кабинете Пальмкруны.

Йона одолжил у Саги перчатки и приоткрыл щель почтового ящика, однако там не оказалось ничего особенного – пара писем из банка и от аудитора, письмо из правительственной канцелярии, результаты обследования у вертебролога больницы «Софиахеммет»[25] и протокол заседания жилищного кооператива.

Они вернулись в комнату, где, когда Пальмкруну нашли мертвым, играла музыка. Йона сел на диван и осторожно повел рукой перед тонкими голубоватыми лучами, идущими от музыкального центра. Из динамиков неожиданно полилась музыка – скрипичное соло. Виртуоз выводил высокую воздушную мелодию со страстностью нервной птицы.

Йона посмотрел на часы, оставил Сагу возле музыкального центра и вышел в кабинет. Йонсона там не было. Программист сидел на кухне, на столе перед ним стоял плоский ноутбук.

– Ну как? – спросил Йона.

– Что?