Читаем Контрабандист полностью

Стоит ли говорить, что я тут же пошел на звук. Мне пришлось лезть через мешанину скрученного металла, рискуя застрять навеки, я посадил несколько синяков и ссадин на теле, но не остановился, пока не увидел источник звука.

Это была маленькая обезьянка в белой распашонке. Она сидела под изогнувшейся переборкой и плакала, прижав лапки к глазам, – совсем как маленький человечек. Она была какая-то тощая, облезлая, но я и сам сейчас выглядел, пожалуй, не лучшим образом.

Мне стало ужасно жаль ее. Всегда жаль зверьков, которые страдают по милости человека, хотя сами ни в чем не виноваты и даже не догадываются, за что их мучают.

Я протянул руки и вытащил ее. Обезьянка доверчиво прильнула ко мне и затихла. Я чувствовал, как бешено колотится ее крошечное сердце.

И тут я услышал голос. Кто-то не видимый мне очень внятно и спокойно произнес из темноты:

– Как странно. Люди и животные почти неотличимы друг от друга, если думать о животном, как о человеке, а о человеке, как о животном. И многое становится понятно, если взглянуть на мир под этим углом.

Честно сказать, у меня мурашки побежали по коже. Я невольно дернулся в сторону, приобретя еще одну ссадину на плече, но ничего не произошло. Невидимка вздохнул и притих.

– Кто здесь? – спросил я, замирая от ужаса.

– Мы здесь, – ответил голос. – Мы все здесь, где же еще?

В моем положении имелся один источник света – экран блокнота. Я осторожно, чтоб не напугать обезьянку, полез в карман, но невидимка остановил меня:

– Не трудитесь.

Что-то клацнуло, и над нами тускло зажглась люкс-панель, чудом уцелевшая на скрученной балке.

Я увидел незнакомца. Он сидел на накренившемся полу, притянув к себе колени и обхватив их руками. У него было очень странное лицо – невозможно было определить его возраст. С первого взгляда – мужик как мужик, но глаза, выражение лица, движения – все мальчишеское. И был совсем небольшого роста, волосы слегка всклокочены, словно он только что проснулся.

Я обратил внимание на его одежду. Длинная бумажная рубашка, но не такая, как надевали некоторые ученые перед работой. Его одеяние напоминало скорей накидку, в которые облачают пациентов перед операцией. Изначально она была белой, теперь всю ее покрывали грязные пятна.

– Вам помочь? – выдавил я.

Он рассмеялся.

– Научитесь сначала помогать себе, это важнее для всех, – в голосе просквозили твердые нотки. Он внимательно посмотрел на меня, улыбнулся. – А вас я не знаю, вы не из них.

– Из «кого»? – тупо спросил я. Потом добавил: – Вообще да, я сам по себе.

– Сам по себе, – как эхо повторил он. – Сам по себе – высшая форма ощущения себя, но, увы, недостижимая.

– Вы – Придумщик, – неуверенно проговорил я.

Я уже несколько раз слышал это странное прозвище, но так и не узнал, кто под ним скрывается. Всякий раз, когда кто-то заговаривал о Придумщике, а рядом оказывался я, разговор быстро прекращался. Но сейчас я почему-то был уверен, что передо мной именно он, загадочный Придумщик.

– Мы все – Придумщики, – серьезно проговорил он. – В этом смысле я ничем не лучше остальных.

– Да, наверно, так и есть, – пробормотал я. А что было ему отвечать? Честно говоря, этот незатейливый диалог с сумасшедшим меня совсем не забавил. Я думал, как побыстрее покинуть это местечко, но и оставлять его одного было бы нехорошо.

– Нам надо уходить отсюда, – сказал я. – Здесь все может обрушиться.

– Надо уходить, – кивнул он, – но никто не знает, куда.

– Идемте, – я повернулся и начал прокладывать путь из завала. Обезьянка принялась тихо повизгивать у меня на груди.

Мы без проблем и приключений выбрались в накренившийся коридор, где я остановился и прислушался. Вокруг стало потише. Нет, кое-какие звуки продолжались – например, далеко за стенами все так же истошно вопили люди, но скрежет прекратился. База больше не тряслась и не содрогалась.

Вообще в воздухе стало спокойнее, гораздо спокойнее. Хотелось верить, что все кончилось. Правда, я еще не знал, что кроется за этим «все».

– Вы не знаете, что случилось? – спросил я у Придумщика.

– Я спал, потом проснулся, – скучно ответил он. – Я испугался.

– Тут все испугались, – заметил я.

– Все испугались. Даже те, кто испугал всех. Правда, забавно?

– Обхохочешься, – вздохнул я. И, подумав немного, спросил: – Это вас привезли с Луны-один в железном ящике?

Он не ответил: мы оба прислушались. По коридору кто-то продвигался в нашем направлении, я ясно слышал переговоры. Еще несколько секунд – и я увидел Тасю.

– Ричард!!! – завизжала она и бросилась ко мне.

Я, конечно, не Ричард, но на всякий случай шагнул ей навстречу. Оказалось, ее интересует обезьяна. Она выхватила тщедушное тельце из моих рук и едва не разрыдалась от умиления. Ни дать ни взять любящая мамаша.

Потом она обернулась и крикнула кому-то:

– Он здесь, идите сюда! Все в порядке!

Я услышал топот армейских ботинок. Пятеро бойцов, увешанных оружием, как духи войны, вынырнули из полумрака и ринулись в нашу сторону. Я даже дернуться не успел, как один уткнул меня носом в стену и заорал в ухо: «Стоять, тварь с-сучья!!!»