Читаем Конспект полностью

Лето 19-го года. Мама, Женя и я живем в Высоком поселке на даче у маминой тети — сестры ее отца. Тетя с мужем живут на даче круглый год. Запомнилось мало: молчаливый муж тети в черных очках и с палкой — полковник, потерявший зрение на фронте при газовой атаке; с Женей бегаем по саду; мама и кто-то из ее сестер идут с цветами на железную дорогу встречать белых; мама и ее тетя на веранде дико кричат друг на друга. Потом мы живем в соседнем поселке — Зеленом гаю. Домик с башенкой и двумя высокими стройными елями возле него, они видны с железной дороги. И теперь, проезжая эти места, я подхожу к окну вагона, чтобы на них посмотреть. Здесь мы с Женей налили воду в наши деревянные грузовики и возили их по комнатам — нам нравилось оставлять мокрые следы, похожие на рельсы. Пришла мама и расставила нас по углам. Затем мы живем у Гореловых на Нетеченской набережной. За обедом едим арбуз. Нас с Женей хотят ограничить, но дед за нас заступается: никакого вреда от арбуза быть не может, мы наслаждаемся, взрослые посмеиваются. На другое утро в доме суета: Женя заболел, у него высокая температура и сыпь, а Петю надо отправить к Юровским. Я убежден, что Женя заболел от арбуза.

Петр Трифонович иногда судился по своим делам, и однажды его адвокат — присяжный поверенный, какое-то дело Петра Трифоновича поручил молодому помощнику Сергею Сергеевичу Юровскому. Помощник побывал у Гореловых раз, другой, был приглашен к обеду, познакомился с их старшей дочерью Лизой и стал бывать у Гореловых уже не только по делам.

Елизавета Петровна родилась в июле 1882 года в Дубовке — воронежском имении, в то время принадлежавшем Горелову. Пройдет несколько лет с тех пор, как меня отвели к Юровским, я буду уже постоянно жить у них, и Лиза, вспоминая свое детство и свою юность, расскажет мне как ее сестренка Нина, увидев на столе новый блестящий самовар, поцеловала его и обожгла губы, как конюх в морозы спрашивал: «А сколько там градусей?», и другие подобные истории. И будет вспоминать подруг Клаву и Юлю. Клава училась с Лизой в одном классе частной гимназии, ее родители постоянно жили в деревне, а Клава каждый учебный год — в семье Гореловых. Она стала невестой Кости — старшего Лизиного брата, но Костя незадолго до свадьбы застрелился.

— А почему он застрелился?

— Этого никто не знает: он не оставил записки.

Юля жила в Дубовке. Лиза помогала матери по хозяйству и почти все свободное время проводила с Юлей. Юля вышла замуж за воронежского семинариста и, когда он стал священником и получил приход, уехала вместе с ним, но вскоре его перевели в Дубовку.

Лиза рассказывала мне, что за ней и раньше ухаживали, некоторые молодые люди ей нравились, но не настолько, чтобы выходить замуж, ей делали предложения, она отказывала, родители не настаивали, а когда она хорошо познакомилась с Сергеем Сергеевичем, стала бояться, что он не понравится ее отцу, и отец воспротивится их браку. Но Юровский — единственный зять, который пришелся по душе Петру Трифоновичу. Я удивлялся — почему других зятьев, которые казались мне ярче и интереснее Юровского, мой дед не любил, и чем привлек его Юровский. Но вскоре догадался, чем он понравился, и это подтвердила Лиза: исключительным, пожалуй, даже уникальным трудолюбием. А трудолюбие у Гореловых было в чести и являлось одним из главных критериев при оценке человека. Теперь же я понимаю, что Сергей Сергеевич был не только трудолюбив, но и предприимчив, а это, конечно, импонировало Петру Трифоновичу. Юровский бывал в гостях, принимал гостей, любил интересную беседу, театр и цирк, был хорошим музыкантом, увлекался новинками техники, водил автомобиль, разбирался в моторе и мечтал о своей машине, но на все это у него оставалось мало времени. Он постоянно был поглощен каким-либо делом: или что-то мастерил своими руками, или что-то, как теперь говорят, организовывал. Все делал с увлечением и большим шумом, даже говорить не умел тихо. Это вызывало шутки и подтрунивание, но его это не трогало.

Юровский родился в июле 1878 года в Бахмуте, в семье обедневших дворян. Окончил с золотой медалью 1-ю харьковскую казенную гимназию и с отличием — юридический факультет Харьковского императорского университета. В старших классах гимназии и в студенческие годы зарабатывал репетиторством, но больше — тапером в частных домах: там не только платили, но еще и кормили. Занимался и музыкальной композицией. В доме Юровских я видел изданные ноты его произведений — романсы, этюды, вальсы и оперетту, когда-то поставленную в Харькове и других провинциальных городах. Приезжала в Харьков известная певица Липковская, а ее аккомпаниатор заболел. Ей предложили на выбор местных профессиональных пианистов и Юровского. Липковская его и выбрала. Сергей Сергеевич играл и на других инструментах и одно время участвовал в профессиональном квартете, дававшем концерты в читальной зале публичной библиотеки.

Поженившись, Юровские поселились на отдельной квартире, а, накопив денег, купили в районе Москалевки на тихой Сирохинской улице маленький домик из светло-зеленого кирпича.