Итак, раньше, чем ожидалось… Скорее всего, псионик капитана Данзеллана «услышал» послания, которые «Искатель» и «Буян» посылали на Морроувию. Данзеллан почти наверняка постарается приземлиться на месте посадки «Корги». И куда теперь прикажете отправляться?

В Мельбурн. Капитан попытался вызвать в памяти карту земной Австралии. Балларат не слишком далеко от Мельбурна. Будем надеяться, что на этой планете они расположены так же. При таком раскладе удастся убить одним выстрелом двух зайцев… вернее, двух собак.

Лейтенант Саул присмотрит за лавочкой в его отсутствие. За Дронго Кейном нужен глаз да глаз.

Глава 10

Граймс был готов немедленно отправляться в Мельбурн и дожидаться там появления «Шнауцера». Но сначала надо было сделать очень и очень многое. Встреча с представителями властей; подготовка и оснащение катера для длительного путешествия… И еще рассчитать координаты приземления корабля капитана Данзеллана. Конечно, последнее их спутник-шпион на орбите мог сделать сам — но если бы дело не касалось «Шнауцера». На борту этого невинного торгового суденышка был установлен мощный генератор помех — не хуже, чем на военных кораблях. И этот факт никогда не относился к разряду секретных.

Вскоре после полудня Граймс и Мэгги Лэзенби в сопровождении королевы Майи и ее свиты отправились в город. К счастью для поселенцев, опьянение после мороженого с алкоголем пошло на убыль, тем не менее, Граймсу было весьма трудно поддерживать их.

Капитан взмок, хотя был в «тропической» униформе. Вдоль реки росла высокая трава с чрезвычайно острыми листьями, которые немилосердно царапали его голые голени. В довершение всего он пребольно потянул правую щиколотку и был вынужден наложить тугую повязку.

Морроувианцы пребывали в состоянии, близком к летаргическому сну, но это оказалось им только на пользу. Граймс с завистью обнаружил, что на их обнаженной коже не появилось ни царапины. Казалось, остроконечные листья-лезвия по какой-то причине не касаются ее.

Как только группа вышла за пределы видимости корабля, Мэгги скинула рубашку и отдала Граймсу. Подобно местным жителям, она совершенно не стеснялась обнажить грудь. Граймс хотел было последовать ее примеру… но понял, что не настолько избавился от комплексов.

Он был просто счастлив, когда группа сделала привал. Одна из лучниц что-то крикнула и указала в сторону реки, где на спокойной поверхности угадывался водоворот. Девушка отцепила моток веревки от ремня, опоясавшего ее тонкую талию, и привязала один ее конец к стреле, у хвостового оперения. Щелкнула тетива, и веревка устремилась за стрелой, словно змея в броске. Дальнейшее выглядело невообразимо. Казалось, неглубоко под водой произошел взрыв, и столб брызг взметнулся на высоту человеческого роста. Двое поселенцев побросали свою амуницию и схватили лежащий на земле конец веревки. Они тянули ее медленно, вполголоса переругиваясь — словно играли с невидимой водяной тварью. Так рыбак ведет пойманную рыбу на отлогий берег.

Граймс и Мэгги пристально наблюдали, как тварь появляется на отмели, причем Мэгги — через видоискатель своей камеры.

— Лосось, — объявила Майя. — Отличная еда.

Лосось? Граймс никогда не видел лососей такого размера. Возможно, это создание приходилось рыбам каким-нибудь дальним родственникам, но больше всего напоминал чешуйчатого тюленя. Однако тот, кто окрестил его «лососем», поступил мудро. Очень, очень давно, кто-то — может быть, даже Морроу сказал: «Давайте всему, что видите, земные имена. И когда эту планету откроют вновь, не у кого не возникнет сомнения, что это — колония Земли».

Один взмах жутковатого кривого ножа — и тварь была мертва. Двое из мужчин привязали ее к копью и взвалили на плечи. Переход продолжался.

Наконец они достигли города. Это было аккуратное скопление низких домиков из необожженного кирпича, удобно расставленных вдоль пыльных улиц. Каждый дом окружали деревья — яркие пятна изумрудной зелени и багряного цветения. Дом Майи следовало назвать дворцом, но… Он был немногим больше остальных. Перед фасадом стоял высокий столб, на вершине которого сияла пятиконечная звезда из серебристого металла, отполированного до зеркального блеска.

Мужчины, женщины и дети рассматривали вновь прибывших с любопытством, которое не имело ничего общего с бесцеремонностью, и демонстрировали совершенно восхитительное спокойствие. Исключение составляли лишь юноши, игравшие в мяч. Увлеченные игрой, они даже не обернулись, когда королева и ее гости проходили мимо.

В доме Майи царила приятная прохлада. Небольшое окошко было не застеклено, а задернуто занавеской, трепещущей на ветру, сквозь которую прорывалось горячее солнце. Комната, куда Майя провела их, была просторной, но обставлена очень просто: внушительных размеров стол и шесть крепких квадратных табуреток. На стене висела карта планеты. Моря были окрашены голубым цветом, земля зеленым или коричневым — кроме белых полярных шапок.

Майя степенно проследовала к карте. Ее палец коснулся тонкой голубой прожилки.