Читаем Кома полностью

- Даже нож - себя порезать, мне пришлось потом брать с кухни. Следователь его забрал, пальцы на нём я обеспечил те, которые нужно... С тобой-то, Колька, так запросто не справиться, - он посмотрел на Николая доброжелательно, что после всего сказанного показалось тому просто страшным, - Но ни пистолета, ни ножа в кармане... Просто так, вроде бы, -проходили мимо, да зашли. Но как он стукнул меня... Никогда я такого не чувствовал...

Алексей Степанович начал по новой растирать грудь, и Николай не удержался - подсел поближе и посмотрел ещё раз, разведя руками лацканы потёртой «олимпийки». Кожа покрасневшая, но это наверняка от того же растирания. Его пробила дрожь. Подобное он видел до сих пор только в кино. Одно дело, сломать ударом рёбра - в таком возрасте, как у деда, это даже не особо трудно, но вот так, лёгким и небрежным толчком костяшками практически его отключить... Таким людям оружие не нужно. В отличие от него.

Минут через пятнадцать после начала «беседы», когда дед начал повторяться, оба гостя поднялись с мест и обменялись спокойными взглядами.

- Знаешь, у меня такое уже было раньше, - заметил Алексей Степанович, дойдя до этого места. - Когда ты понимаешь, что жить тебе осталось одну-две минуты, не больше. Кристально так, без каких-то предположений. Просто ясно, и всё. И Наташку жалко, и Пашку с ребятами. И самое обидное, лежит пистолет на полке, за журналом, и не добраться до него - перехватят. Такое чувство безнадёжности, мёртвое, знаешь... Как будто умираешь во сне...

Николай знал. Он помнил, как это бывает: какая накатывает смертельная тоска. Знал это и сам дед, который за свою долгую и бурную жизнь не раз, наверное, видел такое и у себя, и у других. Судя по тому, что на фотографии на стенах «гости» посмотрели, они тоже могли предположить, что он человек бывалый, но больно уж не вязалось это с его робостью, суетливостью в голосе, желании ответить на всё - лишь бы не убили. Возраст... Можно догадаться, что в 83 года человек превращается в мумию самого себя, молодого.

- Да я покажу! - закричал он, суетливо вскакивая с дивана. - У меня его фотография есть, ещё прошлогодняя. Да, Наташа?

И именно тогда, когда оба убийцы посмотрели на неё своими стеклянными глазами, молчавшая до этого, борясь с рыданиями, Наталья Евгеньевна - полненькая румяная старушка в домашнем халате с цветочками, начала визжать. Дико, пронзительно, без слов, во весь объём грудной клетки. Именно этой секунды, когда они полностью сфокусировались на ней, сделав даже уже первый шаг, чтобы заткнуть, как обещали, - именно этого деду Лёше хватило, чтобы сбросив вытянутой рукой поставленный на попа, «птичкой» альманах с обложкой, украшенной рисупком броненосца в штормовом море, дотянуться до своего ТТ. Он развернулся уже как мёртвый, на ходу досылая патрон в патронник, и уверенный, что не успевает, - старший, прыгнув, уже цеплял его жену растопыренными пальцами рук, приседая, чтобы укрыться за ней. Последней доли секунды ему хватило, чтобы до упора прожать спусковую скобу сроду не имевшего предохранительных механизмов пистолета, - как он делал сотни раз начиная с начала сороковых, с первой командирской нашивки на рукаве кителя... Стрелять дед начал не колеблясь, не думая о возможности промаха. Две пули. Ствол задрало вверх. Пуля на метр выше головы отброшенного, валящегося на спину человека, в которого он выстрелил первым, - следов этого промаха Николай не заметил. Доворот на второго, перемещающегося в противоположную сторону, собирающегося нырять под обеденный стол. Промах. Попадание. Второй, точнее уже третий промах, пришедшийся в стену.

Упавший начал хрипеть, закатывая глаза. Капитан 1-го ранга в отставке Алексей Вдовый, сдвигаясь приставным шагом вбок, по дуге, оттащил закатывающуюся теперь уже в нормальных, со слезами рыданиях жену себе за спину, и подошёл на метр ближе.

- Допросить думал, - признался он. - Но ему уже не до того было. С минуту покатался по полу, и умер. Рычал перед смертью.

- Рычал?

- Да. Такое бывает, когда в верхнюю часть живота ранят. Я видел. Потом или сознание теряешь, или сразу - всё. Целиться по ногам уж некогда было, да и в живых я бы его не оставил, после всего, но допросить... Жалко, что я так метко попал. Из ТТ его чуть не насквозь должно было пробить, сейчас таких пистолетов почти нет.

Оба посмотрели на пятна на стене, - эксперт выковыривал пули из-под обоев.