Читаем Колючка полностью

О Мелькиоре почти ничего не вспоминается. Высокий, с широкой улыбкой и жесткими глазами. Я копаюсь в памяти, пытаясь отыскать еще хоть что-нибудь значимое, но остаюсь ни с чем.

Снаружи покашливает лакей. Я прихожу в себя и усмехаюсь – похоже, мне суждено все время медлить. Лакей помогает мне спуститься, и я шагаю к парадным дверям. Юноша в придворном наряде открывает их и пропускает меня в небольшую прихожую, богато украшенную мозаикой. Он не представляется и не говорит, только с поклоном приглашает меня за дальнюю дверь в роскошную гостиную и остается позади.

Здесь сразу заметна рука хозяйки, Мелькиор наверняка женат. Странно, что приглашение при этом не подписала его супруга. Комната обставлена изящно: низкие бирюзовые с позолотой диванчики по стенам и столики разных форм и размеров, на которых ждут серебряные подносы с деликатесами.

Кестрин отдыхает на одном из диванов. Одет он в изысканную темно-зеленую тунику, подпоясанную кремовым кушаком. Весь наряд сдержанно украшен вышивкой, светлой по манжетам туники и зеленой вдоль пояса. Над невысокими сапогами видны заправленные в них кремовые штаны.

Он смотрит на меня, и я приседаю в реверансе. Встретить его здесь я ожидала. Что удивляет, так это отсутствие Мелькиора.

Кестрин сразу встает и отвечает учтивым поклоном:

– Вериана, позволите вас пригласить? Наши хозяева вскорости присоединятся.

– Благодарю вас, заид. Надеюсь, что не потревожила его светлость.

Кестрин разводит руками и улыбается:

– Верин Мелькиор не ожидал вас так скоро. Мы грешим тем, что начинаем наши встречи намного позже означенного.

– Понимаю, – любезно отвечаю я. Он подстроил это свиданьице с глазу на глаз. Не собираюсь брать вину на себя. – Я не имею привычки заставлять карету ждать. Полагаю, в будущем стоит научиться и не злоупотреблять радушием хозяев.

Мои слова вызывают у него искренний смех. Он указывает на диванчики, широко улыбаясь:

– Присоединитесь ко мне?

– Кто еще ожидается сегодня вечером? – спрашиваю я, усаживаясь. – Почтит ли нас присутствием ваша дама?

Он подходит к столику, на котором расставлены напитки и поднос с бокалами.

– Принцесса в обществе самых близких друзей отправилась на пару дней на юг, в загородное путешествие.

– Я не лучшая замена ей, заид, хоть и говорю на том же языке.

– Не стал бы об этом волноваться. – Он опускает бокал с соком на мой столик и тоже присаживается. – Что до остальных, верин Мелькиор и верия Динари нас принимают, а вот обе их дочери и сын ужинают где-то в гостях. Зато мой кузен верин Гаррин должен присутствовать. Он обычно так же обязателен, как вы.

Я смутно припоминаю, что слышала о нем – единственном члене правящей Семьи, кроме короля и принца. До сих пор мне не приходило в голову размышлять о том, что стало с его родителями.

– Не думаю, что виделась с ним раньше.

– Он находился в своих западных владениях, когда вы прибыли. К зиме вернулся во дворец, но возможности познакомить вас пока не представлялось.

– Да, – отвечаю я, пытаясь придать голосу легкость. – Я склонна избегать дворца, покуда мне не назначают встреч, а он, вероятно, питает схожие чувства к сараям с гусями.

– Однако встречи ваши здесь были весьма любопытны, – отмечает Кестрин.

– Мои встречи или мое имущество, заид?

– И то и другое, признаться. Ваши тайны занимают мои праздные часы вот уже несколько месяцев.

Да неужели:

– Не для того ли меня пригласили сегодня, чтобы вы могли развеять скуку очередного зимнего вечера?

– Я счел, что вам будет нелишним обрести союзников при дворе, – говорит Кестрин мягким голосом.

Союзников? Когда все знают меня как отверженную компаньонку принцесски-интриганки?

– Сомневаюсь, что смогу завести здесь настоящих друзей, учитывая мое положение.

– Думаю, вы себя недооцениваете, вериана.

– Так, значит, я снова леди? – спрашиваю я. Если он считает, что я слишком глупа и уже забыла, что может грозить простой служанке во дворце, то я без всякого стеснения напомню, как он обращался ко мне раньше. – Помилуйте, когда же меня восстановили в этом звании вместо «колючки»?

Он изображает любезную усмешку, но черты застывают в привычной безликой маске. Настроение у него явно поменялось.

– Вы сами признались, что всегда были колючкой.

– Нет, заид, не всегда. Только с прибытия сюда. Видите ли, это что-то вроде предназначения – беспокоить принца.

– Полагаю вероятным, что вы всегда были дамой с высоким предназначением.

Я кусаю губу. Разум давно отвык от острот и шпилек, принятых за правило в придворных беседах, так что теперь отчаянно роется в пыльных кладовых двусмысленных ответов и ничего пригодного не находит.

– Не думала, что приехала настолько рано, – говорю я наконец, бросая прежнюю тему вовсе.

– Наши хозяева вот-вот появятся.

Я разглаживаю складку на юбке и поднимаю глаза:

– Заид, для чего вы действительно меня позвали?

– Мелькиор… – начинает принц.

– …пригласил меня по вашему настоянию, – заканчиваю за него я.

Кестрин коротко кивает.

– Он тоже может стать вам другом.

– Тоже? – повторяю я. Глаза Кестрина мерцают карим и золотым в свете ламп. – У меня есть другой друг при дворе?

– Вы удивлены?