Читаем Колдун 2 полностью

— Катюшку полосанули очередью сзади. И либо одновременно, либо сразу после этого рядом с ней взорвалась граната. Характер ранений говорит о том, что она еще стояла в этот момент. А потом ей в голову прилетел камень или балка… не знаю. Большой тупой тяжелый предмет. Видимо, девочка пыталась поднять бойцов в атаку… Я могу ошибаться, но раны… Она не бежала в этот момент, она именно стояла, — Максим Петрович задумался. Постоял, глядя в никуда, и, повернувшись, медленно отошел к окну. Уставившись куда-то за горизонт, он тихо продолжил: — Она герой. Маленькая героиня… К нам попадают с подобными ранами, но редко… Мало кто способен во время боя смело встать спиной к врагу и поднять людей в атаку… И еще реже после этого выживают, — он помолчал и продолжил громче и как-то увереннее: — Вообще, ей невероятно, просто совершенно чудесным образом повезло. Очередью ей пробило плечо, следующая пуля прошла в сантиметре от легкого, третья застряла в позвоночнике, четвертая прошла навылет аккурат под легким, пятая сквозанула, не задев поджелудочную… Осколками ей сильно посекло ногу, разворотило бедро и нижнюю часть брюшины, немного зацепив кишечник, четыре осколка застряли в руке, слегка, вскользь задело щеку. И только камнем либо балкой ей очень сильно пробило голову. Пожалуй, это самая серьезная рана из тех, что она получила.

Федор молчал. Он не отводил взгляда от врача, поражаясь силе характера этой девочки. И он понимал: да, Тамара вполне была способна попытаться поднять людей в бой. Это она могла… И, слушая о ее ранах, понимал: он сделает все, что будет в его силах, лишь бы она поправилась. И он будет бороться до последнего, но заберет Тамару. Он костьми ляжет, но не позволит сдать девочку в приют.

— Катюшка потеряла много крови, у нее начался перитонит… И снова повезло, что девочку на самолете доставили в эвакогоспиталь. Она была прооперирована вовремя. Врачи совершили чудо, достав пулю из позвоночника и не повредив спинной мозг. Они смогли сохранить позвонок, жестко зафиксировав его при помощи спиц и уложив девочку на вытяжку лицом вниз. Кроме того, они мастерски провели первую и самую важную операцию на головном мозге. Именно серия первых и самых срочных операций спасла ей жизнь, — полковник вновь замолчал, продолжая изучать то ли горизонт, то ли собственное отражение в потемневшем окне.

Федор, не дождавшись продолжения, заерзал на стуле. Доктор, вздрогнув, обернулся. Коротко глянув на мужчину, он прошел к своему столу и, резким движением отодвинув стул, уселся, сложив руки на столешнице в замок.

— Сергей Михайлович Ходин, наш нейрохирург, провел девочке еще три операции на мозге, две из них очень рискованных, — голос его снова стал официален, резок и сух. — Теперь Катюша понимает, что происходит вокруг нее, в состоянии отвечать на вопросы «да» или «нет» глазами, чувствует конечности, а это значит, что она не парализована. Рану на лице зашивать не стали, чтобы не изуродовать девочке лицо. Да, шрам останется гораздо большим, чем при зашитой ране, но зато лицо не будет перекошено из-за стянутой кожи. Сейчас он выглядит страшно — из-за того, что Катюшка очень долго пролежала лицом вниз, рана воспалилась, кожа прела под повязками, а сказать о том, что ей больно, она не могла. В результате рана загноилась, повредились более глубокие ткани. Но выбирая между параличом и раной на лице… Выбора просто не было. Со временем шрам побелеет, станет менее заметен… — Максим Петрович задумался, перебирая пальцами, и, вздохнув, продолжил: — Бедро мы максимально возможно восстановили. Возможно, понадобится еще одна операция, а возможно, и нет. Посмотрим. В любом случае ей потребуется длительная и серьезная реабилитация. Проблема в другом. Катюшка потеряла память. Она не помнит ничего. Абсолютно. Она сейчас как младенец. Ее придется заново учить двигаться, есть, разговаривать, ходить… Сергей Михайлович считает, что где-то в подсознании у нее остались воспоминания… И, возможно, когда-нибудь она вспомнит… В пользу его теории говорит и то, что Катюша видит сны. Плохие сны. Она кричит ночами, просыпается испуганная, в холодном поту. Поэтому ночью возле нее обязательно дежурят медсестры, чтобы успеть разбудить девочку, когда ей начинает сниться что-то плохое.

— Нам нужно будет приезжать к вам на лечение и операцию? — внимательно слушавший доктора Федор был готов на все.

— Где вы живете? — поднял на него глаза доктор.

— В Куйбышеве, — отозвался мужчина.

— Там прекрасный клинический госпиталь. Руководит им полковник Александр Иванович Козлов. Он замечательнейший специалист, лекарь от Бога. Он, сам не мыслящий себя без медицины, без того, чтобы лечить людей, смог собрать вокруг себя таких же буквально больных своим делом людей. Прекрасных специалистов. Там один Мишин чего стоит… — снова задумавшись, медленно проговорил Максим Петрович. — Странно, что вам там такой протез негодящий выдали…