Читаем Кол полностью

Лейн тоже так считала. В кроссовках, старых голубых джинсах, клетчатой рубахе и темных очках он вполне мог сойти за нормального парня. Но этот дипломат выдавал его с головой. Так же, как и странное жизнерадостное выражение на худощавом лице. А его голова сидела на туловище, так, что делала его похожим, по мнению Лейн, на ученую черепаху.

Без сомнения, Генри был занудой, но Лейн он чем-то нравился.

— Привет болельщикам!

— Ой! — приветствовала его Лейн.

Бетти вылезла, пригнула спинку переднего сиденья и села назад. Генри залез за ней. Перегнувшись через переднее сиденье, он ухитрился захлопнуть дверцу. После этого его голова повернулась к Лейн.

— Классный прикид, леди.

— Спасибо.

— «Тело ее было подобно горной тропе, — произнес он, — со множеством пещер и заманчивых уголков для пикника».

— Майк Хаммер? — спросила Лейн.

— Мак Донован. «Этот смертельный низкий прилив». — Он упал назад, или, возможно, его дернула Бетти.

— Мне ты никогда такого не говорил, — проворчала она.

Генри в ответ что-то прошептал, но Лейн не поняла из — за Ронни Милсана. Она сделала радио потише и услышала только, как Бетти захихикала. Сделав крутой разворот, Лейн направила машину вниз.

— Итак, у тебя был грандиозный уик — энд? — спросил Генри немного погодя.

— Нормальный, — ответила Лейн. — Ничего особенного. Вчера прошлась по магазинам.

— Без сказочных часов с Джимом Денди, королем школы?

— Ему пришлось поехать за город с родителями.

— Очень плохо. И, думаю, ему даже не хватило любезности оставить тебе свои бицепсы.

— Нет, мне пришлось обходиться своими.

— Паршиво. Тебе бы следовало прокатиться с нами. Посмотрела бы парочку потрясных фильмов: «Отбросы» и «Наступление королев зомби на Воскресную Школу».

— Жаль, что не посмотрела их.

— А мне жаль, что я их посмотрела.

— Ну, ты немного от них видела, это уж точно. Между набегами на буфет и тем франтом…

— Заткнись.

— Мы решили, что ей попалась недоброкачественная сосиска, — пояснил он.

— Генри! — взвизгнула Бетти.

— С другой стороны, это мог быть плохой буррито или чизбургер.

— Лейн совсем не интересны эти твои отвратительные подробности.

— А как там твой отец? — спросил Генри, опираясь обеими руками о спинку водительского кресла. — Он начал уже снимать «Зверя»?

— Нет еще. Хотя они уже заявили свои права.

— Ужасно. Люди, я не могу дождаться, пока посмотрю его. Мне уже приходится перевязывать книгу резинкой. Я читал ее раз пять — шесть. Это — классика.

— Ну, если бы ее написал не мой отец, а кто-то другой, она мне понравилась бы гораздо больше.

— Ах, он такой невозмутимый.

— И, явно, уже чуть — чуть тронулся, — добавила Лейн.

Генри расхохотался.

Выехав на холм, Лейн свернула на Прибрежное шоссе. Многие магазины вдоль шоссе были еще закрыты, и движение было еще небольшим. В фургончике, ехавшем перед ними, сидели дети, направляющиеся в начальную школу, которая была через дорогу от Бафордской средней школы на юге города. Несколько старших детей шагали в том же направлении по обочине.

Генри, раскинувшись на заднем сидении, указал рукой в окно.

— Это случайно не Джессика?

Лейн разглядела идущую впереди девушку. Это и вправду была Джессика. Даже со спины ее нельзя было с кем — либо спутать, у нее были жесткие волосы цвета спелого апельсина, которые всегда выдавали девушку.

Левая рука Джессики была приподнята.

— Смотрите — ка, что творится, — пробормотала Лейн. — Никто не возражает, если мы ее подбросим?

— Нет, нисколько, — ответил Генри.

— Кошмар, — проворчала Бетти.

Лейн свернула на обочину и, не доезжая до вышагивающей девушки, открыла дверцу у пассажирского сиденья.

— Тебя подвезти? — окликнула она Джессику.

Та обернулась.

Лейн вздрогнула, посмотрев на нее.

— Боже, — пробормотал Генри.

Все считали Джессику самой рыжей девочкой в старших классах, а, возможно, и во всей школе.

«Теперь она даже не кажется такой рыжей», — подумала Лейн.

Теперь, глядя на нее, можно было подумать, что за уик — энд она провела десять раундов с чемпионом по боксу в тяжелом весе.

Левая часть лица распухла и была фиолетовой. Разбитые губы вздулись, как сосиски, подбородок был залеплен пластырем, другой пластырь украшал левую бровь. Лейн догадалась, что солнечные очки в розовой оправе скрывали фонари под глазами. В ушах девушка обычно носила огромные серьги — кольца, теперь же мочки ушей украшал пластырь. Глубокий вырез футболки не мог скрыть кровоподтек на подбородке. Другие синяки виднелись на плечах. Даже икры ног, мелькавшие сквозь бахрому обрезанных джинсов, были в синяках.

— Где это ты так? — спросила ее Лейн.

В ответ Джессика пожала плечами, и Лейн услышала, как охнул Генри — скорее всего от того, как дернулась ее грудь, обтянутая тонкой тканью. Она смогла пожать лишь одним плечом. Другое же было прикрыто матерчатой перевязью, на которой покоилась рука в гипсе. Девушка покачивала другой рукой, подходя к машине.

«Может, ее дружно отлупили. Это странно, Лейн. Просто странно. Может, она сама во всем виновата. Не смей так думать!»

Лейн открыла дверцу и распахнула ее настежь.

— Спасибо, — сказала Джессика.