Читаем Когти власти полностью

Интересно, что будет, если сестра и впрямь использует магию против матери? Нечестно как-то получается… хотя королева Коралл уже раз победила принцессу-дракоманта – правда, Орка свои способности скрывала. Как и он сам.

Анемона рассмеялась.

– Ну вот ещё! Сидеть в дурацком тронном зале и заниматься скучными делами? Я и повеселиться пока толком не успела. Сначала пусть Мракокрад обучит меня всем своим хитростям… Какой же он классный всё-таки! Надеюсь, ты уже покончил со своими идиотскими подозрениями?

– Ну, в общем, да. – Морской дракончик опасливо глянул вниз по течению. Мракокрад мог явиться в любой момент. – Так значит… раз уж ты теперь такая всесильная… можешь кое-что для меня сделать?

В глазах сестры мелькнуло раздражение, и Карапакс внутренне поморщился, хорошо её понимая. Всё равно что кто-то просит поносить твою чешую.

– Что именно? – буркнула Анемона.

– Я за себя не стал бы просить, – объяснил он. – Просто… тут Кинкажу… она сильно ранена и никак не придёт в себя. Боюсь, поможет только магия.

– Ах вот оно что! – Гримасу сестры тут же смыло накатившей волной веселья. – Хочешь, чтобы я спасла твою радужную пассию?

– Ничего она не пассия! – возмутился дракончик. – Кинкажу… она такая хорошая… её просто жалко!

– Да не вопрос! – хмыкнула принцесса, выскакивая на берег и шумно отряхиваясь. Карапакс незаметно задел её кораллом, усмиряя заклятие. – Но так и знай, дразниться буду всю жизнь! Она же такая лапочка, такая прелесть, твоя радужная зазноба!

– Анемона, прекрати! – Он замахнулся хвостом, и сестра отскочила в сторону, злорадно хихикая.

Дома, во дворце, они почти не общались. Анемона всюду следовала за матерью в детской сбруйке на поводке, гулять ей не разрешали, тем более возиться с хулиганистыми братцами. Маленькая принцесса буквально задыхалась в объятиях материнской любви, и Карапакс видел сестру как правило только на торжественных приёмах или публичных чтениях новых свитков королевы Коралл, где бело-розовая крошка сидела смирно и старательно слушала.

Когда вдруг нашлась старшая принцесса Цунами, которая изловила загадочного убийцу да ещё и спасла яйцо с новой принцессой, Анемону наконец освободили от сбруйки. Она стала навещать родственников, и Карапакс с любопытством вглядывался в сестру – уже всем известную, как многообещающий дракомант. Весёлая и смешливая, она озадачивала некоторой мрачностью своих шуток, а её непреложная уверенность в своих королевских привилегиях немало беспокоила, тем более что принцесса вызывала симпатию.

– Ладно, показывай свою спящую красавицу, – ухмыльнулась она.

– О луны! – зарычал дракончик, закатывая глаза к небу.

Украдкой сунув коралловый амулет в мешочек, он взмыл в воздух, направляясь назад к хижине целителей. Анемона жизнерадостно порхала следом, выводя нарочно противным голосом:

– Карапакс в лесу гулял, радужным наутро стал…

Он зажал на лету уши лапами и не отпускал до самой деревни.

Влетев в хижину, Анемона умолкла, с любопытством разглядывая больных: радужного с раной на морде и ночного с разорванным крылом. Оба лежали без сознания, очевидно, под действием усыпляющих стрелок. Вот и хорошо, подумал Карапакс, пускай вспомнит и морских драконов, искалеченных на войне, и тех, кто чудом остался жив после разрушения Летнего дворца. Может, употребит свою магию на их лечение вместо загребания жемчуга и раскрашивания дяди Акулы в малиновый цвет.

Впрочем, ему ли судить сестру? Многим ли он сам помог своей магией?

Он сразу направился к Кинкажу. Анемона вскоре подошла и села с другой стороны, рассматривая побелевшую радужную. Та была чуть старше морской, но размерами почти не отличалась.

Принцесса приподняла обвисшую лапу больной.

– Да, – вздохнула она, – выглядит неважно. Извини за дразнилки, братец.

– Ничего, – кивнул он.

– Нет, дразниться всё равно буду, – усмехнулась сестра, – но только потом, когда встанет… Так, дай подумать. – Она вдруг поморщилась. – Я же обещала Мракокраду каждый раз советоваться! Он не хочет, чтобы я одна придумывала заклятия.

– Да ну? – делано удивился Карапакс. – Ты же всю жизнь сама колдуешь!

– Так и есть, но… Хотя ты прав, что ему за дело, если я вылечу какую-то мелкую радужную?

– Вот именно! – Он затаил дыхание.

– Расскажу ему, когда вернёмся, – решительно махнула крылом Анемона, вспугнув стайку стрекоз под лиственной крышей.

– Что будешь зачаровывать? – Карапакс с облегчением выдохнул.

Она с пренебрежением оглядела плетёные стены хижины, увитые цветущими лианами, и деревянные чаши с травами на полках. Затем взгляд её упал на чёрный кожаный мешочек, привязанный к лодыжке Кинкажу.

– Ну-ка, посмотрим, что там, – прищурилась принцесса, открывая его.

– Погоди! – дёрнулся брат, но она уже вытряхнула на лапу библиотечную табличку с именем… и чёрный, словно обугленный, камушек с серебристыми металлическими искорками.

Анемона ещё не знала, что такие камни ограждают мысли от чтения извне, но взглянула на дыры в браслете у брата на плече и изумлённо округлила глаза.

– Ха, так ты даже камнями с неба с ней делишься? Вот это любовь!