Читаем Когти власти полностью

Поймав ключи, королева разглядывала их на вытянутой лапе с таким видом, будто перед ней клубок слизней.

– В этой… там нет окон! – покосилась она на тюрьму. – Даже преступников жестоко держать совсем без солнца. И потом, целого десятка у нас никогда не наберётся.

Ночной пожал крыльями.

– Как можно знать наверняка? Не понадобится, так и хорошо. По крайней мере, можешь теперь избавить Гения от зыбучего песка… А то лучше отдай его мне, и я заберу его в дальние края. Тебе решать.

Ореола упрямо выпятила подбородок.

– Гений должен ответить за свои преступления против радужных!

– У вашего племени такая долгая и неповоротливая система правосудия? – поднял брови Мракокрад.

– М-м… расследование продолжается, – уклончиво ответила королева.

– Давай для начала проинспектируем вашу новую тюрьму, – предложил он, гостеприимно махнув крылом, – готова ли она принять компанию убийц. А заодно я расскажу, как вершилось правосудие у нас в старом Ночном королевстве. Очень интересные были судебные процессы – хотя, конечно, слово королевы всегда было решающим… – Он спикировал с дерева к земле, и Ореола с Потрошителем и Анемоной устремились следом.

Морской дракончик попятился, возвращаясь в хижину. Сердце колотилось от волнения. Что, если защитное заклятие всё-таки не сработало, и Кинкажу попала под действие чар Мракокрада, как и все остальные? А может, никаких чар и нет, всё ошибка – просто вот такой вот он обаятельный старичок и его любят искренне?

Кинкажу нырнула под цветочный занавес следом, цепляя пышным воротником лавандовые лепестки орхидей.

– Вот же хитрый мерзавец этот ваш ночной, – устало отдуваясь, проговорила она.

– Ты думаешь? – радостно вскинулся Карапакс, ощущая невероятное облегчение. Тянуло плюхнуться на пол и отоспаться денька три. Нет никакой ошибки, и вдобавок против Мракокрада он теперь не один!

– А что тут ещё думать? – возмутилась Кинкажу, гневно вспыхивая алыми пятнами. – Помыкает Анемоной, строит какую-то ненужную нам гадость и всё навязывается, себя любимого превозносит, мол, только он остановит убийц, меня сам хотел вылечить… Ну ничего, Ореола с Потрошителем разберутся и придумают, как выставить его из нашего леса!

– М-м… – покачал головой дракончик. – К сожалению, не всё так просто. Он им нравится – во всяком случае, они так думают. Я уверен, что тут действует магия. Какое именно заклятие, не знаю, но, похоже, каждый, кто встретится и поговорит с Мракокрадом, начинает считать его добрым, честным и безобидным.

– В каком смысле, каждый? – вытаращила глаза маленькая радужная.

– В прямом, – кивнул Карапакс. – Даже Холод, причём он хуже всех.

– Лягушки и слизни! – Кинкажу почесала нос, мерцая задумчивыми тёмно-синими оттенками. – Ну и дела! Я-то думала, он просто так уверен в себе… что своими льстивыми подходцами добьётся чего угодно без всякого волшебства.

– Может, и так, – пожал крыльями дракончик, – но тогда, в прошлом, у него не получилось, вот и решил подстраховаться магией… – Он стал рассказывать об истории Мракокрада и волшебном свитке, а заодно о Беде, королеве Пурпур и спасении Града – во всяком случае, то, что знал сам. Когда закончил, уже опускались сумерки.

– Ну и ну! – сердито проворчала радужная, мерцая оранжевыми всполохами. – Я и в самом деле пропустила всё на свете. Так нечестно!

– Зато сейчас поспела как раз вовремя, – успокоил её Карапакс. – Мы с тобой единственные драконы в Пиррии, кто не боится чар Мракокрада… А значит, ты одна можешь остановить его.

– Почему это я одна, а не мы?

Он смущённо переступил лапами.

– Ну… мне кажется, тебе это как-то больше подходит. Я…

– Послушай, Карапакс! – перебила Кинкажу, шлёпая его хвостом, так что дракончик едва не свалился. – Конечно, подходит, но я хочу с тобой! Спасать мир вместе с друзьями и веселее, и безопаснее. – Она оскалилась в улыбке, и он внутренне поёжился, вспомнив о любовном заклятии Анемоны.

– Дело в том, что я вовсе не героический дракон, – развёл он крыльями. – Ленивый, планы строить не умею… И всегда прячусь, когда случается что-то плохое.

– Но ты же придумал, как меня разбудить! – горячо возразила она. – И разве ты сейчас прячешься? Сам кинулся туда, где всё плохо! А когда полетел искать нас с Луной и остальными – разве это лень или трусость?

– Ну так то я с Бедой… Вообще я, наверное, умею выступать только в роли какого-нибудь незадачливого соратника.

– Так это же здорово! – просияла радужная, весело подпрыгивая на месте. – Соратник, который никогда не задаётся – самый лучший на свете! Вперёд, на Мракокрада! – крикнула она, устремляясь к выходу.

– Эй, погоди! – опешил дракончик. – Что прямо сейчас? Надо план придумать хотя бы! Кстати, «незадачливый» значит не совсем то… В историях его обычно потом убивают.

– Только не в нашей! – фыркнула она, ныряя в занавес из орхидей.

– Кинкажу, ты куда? – Карапакс бросился вдогонку.