Повторяю свой вопрос, заданный в предыдущем письме: рассмотрели ли Вы, Ясновельможный милостивый государь, возможность предоставления неофитам какого-либо имения.

Зная меня на протяжении всей моей жизни, Вы отлично понимаете, что я не склонна слишком предаваться сантиментам по поводу превратностей человеческой судьбы и по характеру довольно тверда. Знаю, что порядочного человека порой днем с огнем не сыщешь. Но в данном случае это представляется нашим долгом: они оказались в положении худшем из возможных; хуже, чем наши крестьяне, ибо подобны призракам – изгнаны своими, многие потеряли все имущество и лишены места на земле, к тому же плохо владеют языком и зачастую совершенно беспомощны. Поэтому они так упорно держатся друг за друга. Если бы удалось распределить их по нашим поместьям, они могли бы зажить по-христиански, занимаясь ремеслом или торговлей и никого не беспокоя, а то, что мы приручили их и приняли под крыло нашей святой Церкви, было бы поступком милосердным.

Пелагии Потоцкой,

каштелянше львовской,

17 декабря 1759 г.

Вы, милостивая госпожа, несомненно, уже слыхали об этом новом воззвании, не то чтобы модном, но милосердном: брать к себе девушек-неофиток, прежде иудеек, ныне христианок. Жена старосты Лабенцкого взяла к себе маленькую девочку. Не будь я постоянно в разъездах, также задумалась бы об этом. Подобные действия с нашей стороны дают им шанс на лучшую жизнь и надлежащее образование. Девчушка очень умная, ей уже наняли гувернера, и она изучает одновременно польский и французский. Пани Лабенцкая моментально ожила, так что польза взаимна…

О топтании монет и о том, как при помощи ножа был остановлен журавлиный клин