Рамиль Хакимов

КНИГА О БАШКИРИИ

Рассказы

МЫ ВСЕ ЖИВЕМ В ОДНОМ ДОМЕ

Вся наша страна видна.

Как посмотришь с ее вершины, —

Вся наша земля видна.

Ах, Урал-гора, Урал-гора,

Ах, Урал-гора, Урал-гора!

Как назвать книгу?

Башкирия…

Далеко это или близко?

Казанский школьник ответит:

— Рукой подать!

Ленинградский пионер узнает в справочном бюро:

— Две тысячи километров…

А их владивостокский сверстник воскликнет!

— Ого, пять с половиной тысяч по прямой!

Выходит, далеко?

Но ведь жители этих городов могут собраться вместе всего за несколько часов. Уфимец не успеет приготовить разного угощенья, которым обычно встречают у нас дорогих гостей, а уж его гости разглядывают из иллюминаторов быстрокрылых самолетов улицы Уфы:

— Принимай гостей, башкирская столица!

Значит, близко?

Вот ведь какая ненадежная мера — километры!

Но есть другое мерило для определения близости и дальности. Все мы, советские люди, находимся на одинаковом расстоянии от заветной цели человечества. Нас всех объединяет дружба, для которой не страшны никакие расстояния.

И пусть вам никогда не придется побывать в городах и аулах Башкирии, пусть не придется пить воду из ее рек.

Пусть даже будет так.

Но разве это может помешать вам знать и любить, как собственные родные места, родину башкир — ваших товарищей по единой судьбе, знать и любить так же, как Забайкалье и Заполярье, Молдавию и Якутию, Прибалтику и Памир?

Мы — одна семья, мы — один дом, во все окна которого одинаково щедро светит одно солнце — солнце коммунизма.

Как назвать книгу о Башкирии?

В какую сторону ни посмотрю — разворачивается одно чудо чудеснее другого.

Так, может, назвать книгу «Страна чудес»?

А сколько их, чудес?

И прилетел восточный ветер:

«Вот тебе мое слово: назови книгу „Страна ста гор“. Погляди, как могуч и богат старый великан Урал, сколько у него сокровищ!»

И верно, стоит, подпирая небеса, седой Урал. Вон выстроились сто его сыновей — богатырь к богатырю. Один выставил голые кряжистые плечи, на другом лежит зеленый покров лугов и лесов…

Стоит Урал да с ладони на ладонь камни драгоценные, руду разную сыплет-пересыпает…

Всем богат Урал. О нем об одном можно сто книг написать.

Но прилетел западный ветер, дух перевести не может:

«Запыхался!.. Попробуй одолеть башкирскую степь из края в край!.. Погляди, какое раздолье!.. Вдохни запах моих крыльев».

А пахнут крылья западного ветра разнотравьем да хлебным полем, нефтью и газом.

Да здесь еще южный с северным ветром зашумели, крыльями замахали. И так тут запахло нефтью!.. Ну, словно подступили ко мне и Ишимбай, и Туймазы, и Шкапово, и Арлан…

«Вот оно, главное богатство республики — нефть! Так назови книгу „Второе Баку“!» — шумели ветры. — Или «Башкирия — край хлебный».

А уж донесся шум лесов:

«Половину башкирской земли покрыли мы своим зеленым шатром. Мы ли не ее богатство! Разве ты забыл наши сосновые боры и березовые рощи, густые ивняки и тенистые дубравы?!»

«Неужели ты обойдешь меня и сто пятьдесят моих дочерей и внучек, меня и моих прекрасных сестер? — глянула прямо в сердце синими очами красавица Агидель… — Мы поим своей водой поля и сады колхозов, двигаем колеса гидростанций, не устаем напевать свои песни цветам и птицам, детям и взрослым…»

«А меня и тысячу моих братьев?» — спросило чудо-озеро Кандры.

И я только поворачивался то в одну, то в другую сторону.

«Разве „Энергетическая Башкирия“! не будет достойным названием?» — пропела своими проводами-струнами Павловская ГЭС.

«А станкостроительная?» — раздался целый хор заводов.

«Металлургическая», — пробасил Белорецкий комбинат.

«Угольная», — прогрохотали карьеры Кумертау.

«И медная», — добавили карьеры Сибая.

«Хороша была бы книга с названием „Республика Большой нефти“», — снова напомнили о «черном золоте» уфимские нефтеперерабатывающие заводы.

«Точнее, „Республика Большой нефтехимии“», — поддержали их индустриальные гиганты Уфы, Стерлитамака, Салавата.

Не умолкали голоса, не переставали разворачиваться картины одна прекраснее другой.

«Назови книгу „Курортный край“».

«Медовым…»

«Песенной Башкирией».

Но здесь передо мной возник черный-черный День Вчерашний:

«Не слишком ли много радости на земле, которую в мои времена называли темной и дикой, нищей и умирающей?»

Но одетый в солнечные лучи стал рядом со Днем Вчерашним День Новый, отстранил его и сказал:

«Для того чтобы нарисовать портрет нынешней Башкирии, понадобится очень много красок: и красной, и зеленой, и голубой…»

«Но откуда я возьму столько красок?!»

«Перо в твоих руках… Только не старайся вместить в портрет все… Это не справочник, а книга первого знакомства».

И тогда я написал слова, которые вы, друзья, прочитали на обложке этой книги.

Там, где сходятся границы

Посмотрите на географическую карту.

Вот древний кряжистый Урал.