Бедняга Джек не может вымолвить ни слова. Ботинок ли давит ему на грудь, не давая вздохнуть, или он теряет сознание, потому что девушка его мечты стоит рядом? Но что бы он ни пытался сказать, звуки потонут в приступах хохота, прервавшего зловещую тишину. Взрывы хохота настолько заразительны, что мгновенно подхватываются всем собранием. Скосив глаза, Джек видит профиль женщины в черном с золотом кафтане, хохочущей от души, просто-таки задыхающейся от смеха. Конечно, Джек сразу узнает ее. Не ее ли портреты украшают каждый офис в городе? Не ей ли воздвигнут памятник всадницы на коне в центре фонтана на главной площади? Не ее ли профиль виден на каждой монетке? Хотя Понтифика и не отличается чувством юмора, сейчас ей явно смешно.

Гости смеются, Понтификесса дробно хохочет, сверкая зеленым блеском изумрудов в изящных зубках. Не веселится только рыжеволосая женщина в красной шали, ее зеленые глаза блестят, как тлеющие уголья. Капитанша скорпионов раздробила «Руку славы». Она брезгливо роняет измочаленную «Руку», манит кого-то пальцем, за спиной раздается топот ботинок, пол содрогается, и стража окружает Джека.

Джек жмурится, соленые слезы проедают сахарную корку у него на лице. Его любовь, такая близкая и такая далекая! Поздно, слишком поздно! Но вот приближается рука, и это не грубые злые стражи, а нежный пальчик, касающийся его покрытого глазурью лица. Он раскрывает глаза, улыбается во весь рот, белые зубы блестят сквозь сладкую маску торта.

– Мама, он такой милый, – говорит Понтификесса, слизывая глазурь с пальца. – Ах, что за вкуснотища! Как я люблю ваниль! Можно я оставлю его себе?

Понтифика утирает лицо шелковым платком, который подала ей сладко улыбающаяся милая дама с роскошным небесно-голубым попугаем на плече.

– Ну позволь, мама? Пожалуйста! – умоляет Понтификесса.

– Конечно, моя сладкая, можешь оставить его себе, – нежно воркует госпожа Хадраада.

Капитанша Алакранов в ярости взмахивает шалью и исчезает. Синий норвежец клюет Святую блудницу в щеку. Понтификесса визжит от восторга и хлопает в ладоши.

Вот так, мои птенчики, Джек и попался.

Рэйчел Поллак[11]