Читаем Книга магии полностью

– Ой, ну ладно! Перейдем сразу к креолу с бешеными глазами. Дикарь, размахивая мечом, вышибает дверь будуара…

– Ты мне ответишь, Уитстроу! – заорал Алкид, рассекая для пущей театральности порнографический гобелен. – Я вырву Мадлен из твоих грязных когтей или умру!

– Попридержи коней, Ал, – вальяжно развалившись в кресле и задрав на стол ноги в итальянских мокасинах, заметил Пити. – Если бы ты заглянул сюда минут десять назад… да и после полудня, и в восемь или половине девятого утра, то наверняка заметил бы, что дама, в конце концов, отнюдь не против моих когтей.

– Оставь нас, Алкид, – вскричала Мадлен, заворачиваясь в шелковую портьеру, чтобы подчеркнуть свою наготу. – Ты не представляешь, на что он способен! Он убьет нас обоих!

Алкид пропустил ее слова мимо ушей и двинулся к Пити. В руке его сверкал меч.

– В последний раз предупреждаю тебя, дьявольское отродье, защищайся!

В ответ Пити поднял руку и презрительно изобразил губами неприличный звук.

Алкид взревел и проткнул мечом спинку стула, где только что сидел Пити. Осталось лишь облачко дыма и запах серы. Алкид вытащил меч из обивки вместе с клочком ваты.

– Кабы не перебрал с выпивкой да сексом, я был бы еще проворнее, – сказал Пити над ухом Алкида. Тот взвился и рубанул сплеча мечом, рассекая пустоту.

– От легендарного героя я ожидал большего, – заметил Пити, распластавшись по потолку. Алкид подпрыгнул и вонзил меч в то место, где только что был Пити. С потолка Алкиду на плечи осыпались пласты штукатурки. Он бешено вращал глазами.

– Ну что, не наигрался еще? – спросил Пити, восседая по-турецки на серванте. Спустя двадцать минут вся мебель в комнате разлетелась в щепки, Алкид тяжело дышал, запах серы в воздухе стал невыносимым, и Мадлен, успевшая приодеться и накраситься, распахнула окна, чтобы проветрить комнату.

– Взглянем правде в глаза, Ал, – сказал Пити, жуя банан. – Твоя дама заключила более выгодную сделку.

– Impossible, – с французским прононсом выдохнул Алкид.

Мадлен отвернулась от окна и отряхнула пыль с ладоней.

– Allez-vous, Алкид, – сказала она. – Да пошел ты!

Она взмахнула рукой, словно прогоняя птицу.

– Отвали!

– Ты уже и говоришь, как он. – Алкид презрительно скривил губы. – Он сожрал твою душу, этот грязный демон из ада.

Мадлен пожала плечами.

– Мне он вообще-то симпатичен.

Собравшись с силами, Алкид сделал еще один выпад и нанес Мадлен удар в самое сердце. Она еще не успела соскользнуть на пол, как Алкид упал замертво, Пити оторвал ему голову.

– Ну, это уже слишком! – закричал Пити.

Он в ужасе разглядывал свои окровавленные руки.

– А как я оказался на этой крыше?

Он всегда боялся высоты. Пити ухватился за дымоход и повис, держась изо всех сил. Он сучил ногами в итальянских туфлях, тщетно пытаясь за что‐нибудь зацепиться на крутом скате.

Далеко внизу, на тротуаре перед домом Пити в Парковом квартале, стояла молодая женщина в черных колготках, да и вся она была в черном, как современные готы. Ее окружала группа туристов в шортах и футболках. Они пили воду из бутылочек с фильтром, позировали для селфи. Пити никогда не слышал о палках для селфи, но даже сквозь пелену страха он почему‐то догадался об их предназначении.

– Эй! – завопил он. – Я здесь, наверху! Помогите!

Никто не обращал на него внимания.

– Отель расположен на месте великолепнейшего частного особняка девятнадцатого века. По легенде, дом был так прекрасен, что понравился дьяволу, который привел сюда любовницу из местных дам. Но у дьявола был соперник, тоже из Нового Орлеана, и закончилось все кровавой бойней. Дьявол убил соперника и неверную любовницу, оттащил их тела на крышу и там, при полной луне, сожрал их.

– Фу, – сморщил нос Пити.

– С тех пор, – продолжала гид, – дьявол оказался в ловушке на крыше, а дом опустел, стал не… не-о-битаемым.

Она слегка споткнулась об это длинное слово, справившись с ним только со второй попытки.

– Каждую ночь призраки устраивали представление, вновь и вновь повторяя события ужасной драмы. В конце концов так называемый «особняк дьявола» сровняли с землей. В наши дни на его месте находится один из лучших отелей города. Номер люкс стоит от ста девяти долларов за ночь плюс налоги и чаевые, хотя есть некоторые ограничения. А теперь пройдем до следующей достопримечательности в нашем кровавом новоорлеанском туре ужасов.

Толпа рассеялась. Девушка-гид подняла глаза и встретилась с Пити взглядом. Это была Мадлен – мушка на щеке и все такое. Она подмигнула Пити. Труба девятнадцатого века растаяла в воздухе, и он с криком соскользнул с крыши века двадцать первого и полетел в пустоту.

И снова Пити очутился в спальне у окна, а напудренная Мадлен в нижней юбке тянула его за рукав.

– O, mon amour, – сказала она. – Как можно быть таким невозмутимым?..

– И правда, как? – невольно вырвалось у Пити, скорее в ответ собственным мыслям, а не на вопрос.

Он полюбовался чистыми руками, ровным, надежным полом, живой, полной энергии девушкой.