Читаем Князь Ядыгар полностью

Я аж окаменел от брошенных мне в лицо обвинений. В такой момент слова о предательстве могли с легкостью закончиться сабельным ударом в живот.

– Ты, паскудник! Ты желаешь царской поги..., – договорить ему помешал мой кулак, врезавшийся в зубы Курбскому; смачно, с хрустом и чавканьем, приложился я, сбрасывая его с лошади словно куль с мукой. – … Сам ты урод!

И глядя на ошалевшего царя и подошедших к нему нескольких ближних дворян, я криво улыбнулся.

– Чтобы языком своим поганым не мел того, чего не знает... А сейчас, смотри государь, какой я изменник!

Я спрыгнул со своего коняги и, с лаской потрепав его по холке, резким ударом кинжала вскрыл ему горло. Дернувшийся жеребец, с шеи которого хлынула кровь, едва не снес меня с места.

– Чего встали? Укладывай своих жеребцов рядом! – размазывая горячую кровь по лицу, закричал я на оторопевших людей рядом. – Все равно уйти не успеем, а так хоть за укрытие сойдут.

Пока царь и его сопровождение решали, что делать, пришедшие со мной уже тянулись ко мне. Повелительно рявкнувший на шедших рядом с ним стрелков, мой верный Иса первым зарезал своего коня. Жалобно захрипевший жеребец свалился рядом с моим, положив начало самодельному редуту. Через несколько минут от приближавшихся всадников нас уже отделила линия укреплений из еще теплых лошадиных туш, растянувшихся почти на тридцать шагов.

– Ты! – я выцепил из общей кучи людей худого татарчонка, с испугом глядевшего на исходящие паром лужи крови возле наших ног. – Держи заморское огниво и бегом снопы с сеном поджигай! – я показал ему вытащенную из кармана здоровенную зажигался с простейшим кремневым замком и несколько раз ею щелкнул, высекая яркие огонек пламени. – Бегом! Бегом!

Тот, дрожа всем телом, схватил брошенную ему зажигалку и побежал в сторону возвышающихся по всему полю снопов сена. «Хоть бы парочку успел зажечь, пока не зарубят... Глядишь дым от сырого сена нам и поможет».

– А вы, черти полосатые! – заорал я уже на переминающихся с ноги на ногу бывших дружинников, которых и днем и ночью муштровал последние несколько недель. – Что в штаны наложили?

Мои мушкетеры явно боялись, хотя внешне это особо и не было заметно. Видимо последние изнурительные тренировки с новым оружием не прошли для них даром. «Б...ь, красавцы! Стоят! Обосрались, а стоят! А сейчас ни капли сомнения в голосе!».

– Мушкет к ноге! – заревел я первую команду из десятка команд, которые уже две недели вдалбливал им в головы. – Бегом! Курок взвести! Патрон куси!

Исполняя доведенные до автоматизма движения, мушкетеры со стороны напоминали человекоподобные механизмы, синхронно выполнявшие одни и те же действия. Раз! Десять мушкетов прикладами ударяются о мерзлую землю. Два! С хрустом отводятся назад массивные металлические курки. Три! Из наплечного подсумка достаются крупные бумажные кулечки и кусаются за заднюю часть!

– Не спать! Не спать! Сыпь на полку! Сыпь в ствол! Пулю в ствол! – с металлическим звоном свинцовый кругляш валиться внутрь мушкетного ствола. – Пыж в ствол! Забить шомпол! – одиннадцать правых рук одновременно вдалбливают внутрь ствола скомканную бумажку, оставшуюся от надкусанного кулька и выступавшую в роли пыжа. – Шомпол в сапог!

Я уже ни на что не обращал внимания! Ни на раскрывшего рот царя, ни на отхаркивающего изо рта кровь Курбского, ни на какого-то рванувшего в овраг дворянчика. Все мое внимание сейчас занимала лишь надвигавшаяся сквозь пелену густого желтоватого дыма людская туча.

– Приготовиться!

Десять здоровенных мушкетов, висевших по пять шесть килограмм, встали на вертикальные палки-упоры и уставились в сторону всадников.

– Ждать!

Примерно полусотня всадников в богатых доспехах вырвалась вперед. Вот я уже ясно различал смуглые лица, искривленные в крике рты, хрипящие морды лошадей.

– Огонь!

Десять выстрелов тут же слились в один единый громовой хлопок. Поднявшееся над нами густое белое облако дыма ветром тут же снесло в сторону.

– Мушкет к ноге! – вновь кричал я, с напряжением всматриваясь вперед. – Курок взвести! Патрон куси!

Поле перед нами медленно затягивалось дымом от разгорающихся снопов сена. Плотная желтая и удушающая пелена дыма протянулась за сотню-полторы шагов от нас. Поднимающийся ветер рвал клубы дыма на части, открывая вид израненных бьющихся лошадей, неподвижно валявшихся тел.

– Б...ь, попали. Мы попали, – еле слышно зашептал я, не веря своим глазам. – Почти за сотню шагов...

Однако, из желтой пелены уже показались новые десятки всадников с вытащенными вперед пиками. Кое-кто на скаку натягивал луки, готовясь пустить стрелу.

– Сыпь на полку! Сыпь в ствол! Пулю в ствол! – мотнув головой, опять я начал кричать. – Бегом, волчьи дети! Бегом! Пыж в ствол! Забить шомпол! Шомпол в сапог!

И вот снова десять стволов легли на подставки, а приклады оказались крепко зажаты руками.

– Приготовиться!

Я молил Бога или Богов, чтобы они дали нам возможность выстрелить еще пару раз. Лишь тогда у нас мог появиться шанс отбиться от них...

– Ждать. Ждать.