— О, итак я остаюсь здесь, — сказала Лили, когда Сара подтолкнула её идти по садовой дорожке вперёд. Я лично всё же не была в восторге от этого, но Сара вообще отказалась помогать, если Лили будет в опасности. — Великолепно. Ханти, я буду следить за тобой — если я увижу, что-то измениться, я буду знать, что безопасно прийти тебе на помощь. — Она вошла в дом, затем высунулась от туда и добавила, — Но эта плёнка становится невыносимо скучной. Не будете против поторопиться насколько это возможно, дорогие?

Я подождала пока Сара вернётся, прежде чем постучать в стену. — Ван!

Он появился сзади фургона. — Я готов. — Он держал бутылку с худшим в мире коктейлем — из водки, апельсинового сока, и измельчённых остатков от ночнушки Сары. Ван настаивал на водке. — Сейчас?

— Сделай это.

Ван опрокинул в себя напиток. На один неприятный момент я подумала, что он выйдет обратно, но со слегка больным выражением Ван храбро проглотил его. Его зелёные глаза стали рассеянными.

— Нашёл его. — Он указал в сторону; Сара быстро отметила направление с помощью ленты. Ван поднял голову, лоб нахмурился в напряжении. — Эбенизер стоит рядом с твоей семьёй где-то, что похоже на… склад, думаю. Два других вампира тоже там, разговаривают с ним. Они… они из Кровной линии Хэйкона, Джейн; они говорят на Шведском. Не могу разобрать. Эбенизер, кажется, расстроен чем-то, но они спокойны. За ними большой фургон. Голубой, с жёлтой полосой. Не могу разобрать номера. — Он поднял руку, чтобы предотвратить вмешательство, когда и Сара, и я открыли рты, чтобы задать вопросы. — Подождите, сейчас они открывают двери фургона. Эбенизер помогает твоей семье забраться внутрь — они в наручниках, но они в порядке. Он… нет, он не садится в машину. Он закрывает двери. Скандинавские вампиры обходят фургон — думаю, они садятся в машину, не могу больше ничего увидеть. Включились фары.

Я нахмурилась. — Они действительно отвезут мою семью в то место, в которое они сказали? Я думала, они обманут.

— Они будут, — сказала Сара. — В некотором роде будут.

— И они обманули, — вмешался Ван. — Фургон не сдвинулся с места. Эбенизер открыл снова двери. Твоя семья выходит. Я не знаю, какое выражение лица у Эбенизера — нет других глаз, через которые я могу посмотреть — но твои родители выглядят… расстроенными. Фургон уезжает без них.

Сара посмотрела на меня, показывая мне очень интересную картину моего выражения лица, расцветающего от просветления. — Что это всё значит?

— Они не сдержат слово, — сказала я, кусочки сложились в моей голове. — На всякий случай, Ван посмотрел по Скандинавской кровной линии, они разыграли это, чтобы всё выглядело так, будто они увозят моих родителей. Но они не берут их с собой вообще. Они оставляют их с Эбеном — но они не знают, что мы можем смотреть через него.

— Думаю, Эбенизер увёл их в глубь склада, — сказал Ван. — Они в комнате, депо, стеллажи с полками. Коробки. Разных размеров. Буквы на них. Они… — он потряс головой. — Я теряю картинку. Кровь почти закончилась. Думаю, они проходят через дверь — Служебное помещение — всё пропало. — Его глаза вновь обрели фокус. — Это всё, что я могу сделать.

Сара выдохнула. — Что ж, у нас есть направление, — сказала она, подавленно. — Но это может быть где угодно, судя по описанию.

— Что было написано на коробках? спросила я требовательно. — Подумай, Ван!

— Я не могу прочитать имена собственные; это тарабарщина! — Он старался изо всех сил, нахмурив брови, когда пытался соединить кусочки воедино. — Я видел… это было похоже… Хопен? И… Комплемент. Билли, это единственное настоящее имя. Извини, Джейн, Сара, я пытался… — Он замолчал, переводя взгляд с Сары на меня. — Что?

— Есть только одно место, где есть такие названия, — прошептала Сара. Она повернулась ко мне лицом. — И единственное в Кройдоне.

Через глаза Сары я увидела, как моя челюсть отвисла. — И оно даже скандинавское, — сказала я. — Они в IKEA.

Глава 23

Несмотря на все наши планы о том, как попасть в IKEA-я просто предложила попробовать единственный вход в штаб, Ван хотел, подняться по стене здания, чтобы найти вентиляционную шахту, а Сара была в пользу съемки охранников, в конце концов, мы пошли к парадной двери.

— Открыто до полуночи? — Сара пробормотала, когда мы поехали на лифте вниз к складской площади. Ее руки нервно играли с пистолетом Лили, скрытым под одеялом на ногах. — Нет, Хэйкон использует это в качестве своего укрытия. Кто отчаянно нуждается купить стеллаж в середине ночи?

— Те из нас, которые просыпаются ночью, — сказала я, подталкивая ее инвалидное кресло, когда дверь открылась. Проходящий ночной покупатель пару раз взглянул на нас, и я нырнула головой, чувствуя себя ужасно бросающейся в глаза. Несмотря на тревожное бурчание в животе, я не могла не замедляться, когда мы проходили мимо аппетитных дисплеев инновационных решений для хранения данных. — И вы должны признать, полки удивительные.