Читаем Клуб избранных полностью

Сон почти перенёс Мадуева во владения Морфея, когда чья-то прохладная ладонь осторожно коснулась его лица. Готовый к любой неожиданности, Магомет резко перехватил руку и открыл глаза. Перед ним сидела молодая русоволосая женщина, в не застёгнутом белом халате. В глазах женщины вспыхнул испуг.

– Я есть Каторжина! – торопливо произнесла она. – Мэдицинский сэстр.

– Медицинская сестра? – переспросил Магомет, отпуская руку женщины.

– Да, да! Я есть медицинский сестра, ваш друг!

– Друг – это хорошо! Мне сейчас нужен надёжный друг, – пробормотал Магомет.

– Прошу пана говорить медленно, я плохо понимаю по-русски! – извинилась полячка.

– Это ничего! – усмехнулся Магомет, – Это мы скоро исправим!

Рана была неопасной: пуля прошла по касательной, и Магомет быстро пошёл на поправку. Вскоре он без посторонней помощи разгуливал по больничным коридорам. Рослый и сильный, он притягивал к себе женские взгляды, и редкая медсестра или женщина-врач находили в себе силы отвести взгляд от его по-мужски красивой фигуры.

За время лечения Магомет отпустил бороду и в шутку называл себя абреком. Незнание польского языка не являлось для Магомета серьёзным препятствием. Многие поляки сносно объяснялись по-русски, а когда не хватало слов, Магомет с большим удовольствием использовал язык жестов, чем приводил медицинский персонал в смущение, которое скоро сменялось затаённой надеждой на развитие более близких отношений. Точнее всех выразилась Ядвига Заславская – близкая подруга Катаржины, прославившаяся тем, что в медицинском центре не осталось ни одного мужика, которого бы Ядвига не затащила к себе в постель: «Отличный самец! Я когда представляю его в койке, у меня челюсти сводит»!

Катаржина, понимая, что в этом любовном многоугольнике ей не разобраться, плюнула на все приличия и стала действовать более решительно. На следующее ночное дежурство она затащила Магомета в ординаторскую, закрыла дверь на ключ и скинула белый халат. Под халатом находилось красивое и ухоженное тело молодой женщины, которую жизнь почему-то обделила любовью. Магомет по достоинству оценил чёрное кружевное бельё, которое Катаржина торопливо сняла, и перешёл к активным действиям.

Провокация удалась на славу: длительное воздержание, а также безудержные фантазии Катаржины, заимствованные из немецких порнофильмов, сделали из Магомета ненасытного зверя. Свой сексуальный голод он утолил, когда за больничными окнами забрезжил рассвет.

– Теперь я понимаю, почему русские победили швабов в войне! – прошептала Катаржина и бессильно откинулась на подушки. Магомет, не зная, что ответить на такой необычный комплимент, поцеловал её в раскрасневшуюся щёку и ушёл в палату, где проспал сном праведника до обеда.

Однако вечер этого дня преподнёс Магомету неожиданный сюрприз. После ужина, когда заступившая на ночное дежурство Ядвига Заславская разносила таблетки, в палату вежливо но решительно, преодолев слабое сопротивление охранников, вошли четверо мужчин. Ядвига как раз передавала Магомету горсть разноцветных витаминов и задержала его руку в своей ладони чуть дольше, чем требовалось. Глядя в бесстыжие глаза Ядвиги, Магомет предвкушал повторение прошедшей ночи, когда прозвучал знакомый гортанный голос.

– Здравствуй, Магомет! Рад видеть тебя живым, – поздоровался старший из четверых.

– Здравствуй, Ахмет! – поздоровался в свою очередь Магомет, поражённый появлением дальнего родственника.

– Собирайся, Магомет! Дома ждут тебя очень важные дела!

– Я ещё не совсем здоров, – слабо запротестовал Мадуев.

– Дома вылечишься. Отец приказал мне привезти тебя домой, даже если ты будешь в беспамятстве лежать на больничной койке! – усмехнулся Ахмет, глядя на полногрудую Ядвигу, которая, услышав незнакомую гортанную речь, испуганно жалась к Магомету.

Случилось то, чего Магомет боялся: его втягивали в междоусобицу. В глубине души он знал, что родственники не позволят ему оставаться в стороне, когда родовой клан ввязался в кровавую драку за власть в республике.

Власть – дама капризная, и чтобы завоевать её расположение, принято угощать её, но не шампанским. Власть предпочитает очень дорогой напиток, Власть предпочитает кровь! Так было всегда и везде, и чем больше крови проливал очередной коронованный властью диктатор, тем прочнее держался его трон, тем больше любили его рабы и царедворцы, тем больше превозносили его заслуги летописцы. На Востоке, где чинопочитание и восхваление власть предержащих возведено в ранг приличия, во все века борьба за власть была особо кровавой.

То, что драка предстоит серьёзная, Магомет знал. Из рассказов земляков ему стало известно, что его отцу, Султану Рашитовичу Мадуеву, очень влиятельные люди предложили баллотироваться на пост президента республики, вернее, государства. На Мадуева делали ставку представители местной финансовой олигархии. Эти люди не привыкли быть на виду, они привыкли управлять, сидя в тиши и прохладе своих кабинетов, а кем управлять – секретарём местного райкома или президентом новообразованной республики, – большой разницы нет.