Читаем Клуб 28 полностью

Осенью 1986 года приятель Виктора Цоя предложил ему поработать кочегаром в котельной «Камчатка», откуда впоследствии вышли знаменитые рок-музыканты (например, один из наиболее известных представителей советского андеграунда и, к сожалению, музыкант, включенный в список «Клуба 27», Александр Башлачёв, основатель группы «Алиса» Святослав Задерий, лидер группы «Машнинбэнд» Андрей Машнин). Виктор Цой согласился на предложение приятеля и проработал кочегаром 2 года. Знаменитая угольная котельная существует по сей день, являясь одновременно музеем и музыкальным клубом. Котельная «Камчатка» стала местом неофициальных рок-концертов и даже послужила местом съёмок некоторых фильмов. Так, режиссёр Рашид Нугманов в 1986 году организовал съёмки короткометражного фильма «Йя-Хха». Фильм известен тем, что в нём снялись основоположники русского рока Майк Науменко, Константин Кинчев, Виктор Цой и др. Для Виктора Цоя это первое появление на экране, группа «Кино» в «Йя-Хха» исполнила песню «Дальше действовать будем мы».

Короткометражный фильм открыл новые грани личности Виктора Цоя, который вскоре снялся в драме режиссёра Сергея Соловьёва «Асса». Вторая кинокартина в фильмографии Цоя знаменательна тем, что она считается одним из основных свидетельств пика русского рока, достигнутого во второй половине 1980-х годов. Эмоциональное и запоминающееся исполнение композиции «Мы ждём перемен» в эпилоге фильма перед огромной толпой людей с огоньками в поднятых руках в очередной раз доказывает: Виктор Цой — уникальное явление в русской музыкальной культуре. К этому моменту популярность музыканта достигла всесоюзного масштаба. Его знали, его слушали, его боготворили. «Кино» переросла из разряда полуподпольной группы ленинградского рок-клуба в лучшую советскую рок-группу страны.

В 1987 году в знаменитой угольной котельной прошли съёмки документального фильма режиссёра Алексея Учителя о советском роке 1980-х годов «Рок». В одном из эпизодов Виктор Цой подкидывает уголь в топку и говорит: «Я просто чувствую себя свободным, в конечном счёте свободным, то есть я не завишу вообще ни от чего». Вероятно, это вводит современного слушателя и зрителя в некоторый культурный шок — известный музыкант, у которого без преувеличений толпы поклонников, работает в котельной. Однако эпоха диктует свои правила.

Следующий 1988 год ознаменован для Виктора Цоя сразу двумя значимыми событиями. Во-первых, состоялась премьера художественного фильма Рашида Нугманова «Игла», в котором музыкант сыграл главную роль. Во-вторых, вышел шестой студийный альбом «Группа крови».

«Игла» — пример постмодернистского, панк-неоромантического кино эпохи перестройки, в котором наблюдается некий отказ от традиционных повествовательных структур. В фильме советский музыкант исполнил роль загадочного молодого человека по имени Моро, о котором говорится: «Никто не знал, куда он идёт… И сам он тоже». Моро начинает помогать своей знакомой Дине побороть зависимость, хотя изначально это не входило в его планы, ведь он, в общем-то, приехал в город совсем не за этим. Чтобы спасти девушку, Моро увозит её в дом в вымирающей деревне у пересыхающего Аральского моря. В ветхой хижине Дина проходит этап тяжёлой «ломки». После прекращения девушкой приёма запрещённых препаратов, молодые люди отправляются к берегу моря, но вместо этого они оказываются в пустыне, где одиноко и разрозненно доживают свой век заброшенные, ржавеющие корабли. Так в советском кинематографе впервые поднимается экологическая тема обмеления Аральского моря.

На пути к исцелению Дины главный герой сталкивается с рядом проблем. В частности, в «Игле» показаны сцены противостояния Моро шайке бандитов. По всей видимости, сцены боёв вдохновлены актёрской игрой Брюса Ли. Также во время драки на лице Моро появляется характерный шрам, который напоминает раны на лице персонажа Брюса Ли в фильме «Выход дракона». Самоотверженность Моро не спасает Дину: когда молодые люди возвращаются в город, у девушки случается рецидив.

В картине чувствуется интуитивный кинематографический язык, который полон неожиданностей и заставляет зрителя самостоятельно додумывать некоторые эпизоды и моменты. Поэтому открытый финал вызывает у некоторых зрителей вопросы. Поздним зимним вечером в пустом парке некий прохожий просит закурить у Моро и внезапно наносит ему удар ножом. После нападения Моро с трудом поднимается, закуривает и пошатываясь, уходит в другую сторону. Зрителю предлагается самостоятельно додумать концовку фильма и ответить на вопрос о том, что произошло с главным героем (хотя, конечно, ответ для большинства зрителей очевиден: «Цой жив!»).