Читаем Клуб 28 полностью

24 июня 1990 года на Большой спортивной арене Центрального стадиона имени Ленина в Москве (наиболее известен как стадион «Лужники») состоялся последний концерт группы «Кино». Это был не просто аншлаг, это было нечто большее. Во-первых, концерт был отмечен зажжением Олимпийского огня, который до этого зажигался только 4 раза. Во-вторых, группе удалось собрать самый большой стадион страны, до Виктора Цоя никому не удавалось этого сделать. Рок-шоу было настолько масштабным, что велась видеосъемка (по меркам своего времени практически непозволительная роскошь). В этом историческом видео можно услышать последние публичные слова Виктора Цоя после концерта: «Я думаю, что летом мы запишем новый альбом, осенью появимся, в смысле, начнём снимать новый фильм. А зимой, я думаю, вы всё это увидите. Спасибо большое, что вы все сюда пришли, до свидания»[14]. Альбом, о котором упомянул артист в обращении к зрителям, действительно вышел, но после его смерти. Такая же надежда на дальнейшую плодотворную работу была дана поклонникам Avicii в конце его документального фильма. Но увы…

Печальную дату 15 августа 1990 года знают все фанаты группы «Кино». В полдень на 35-м километре дороги Слока — Талси в Латвии Виктор Цой на своём автомобиле столкнулся с автобусом и от полученных травм скончался на месте. Следствие установило, что музыкант предположительно заснул за рулём и не справился с управлением автомобиля, на момент гибели он был трезв. Проститься с кумиром и проводить его в последний путь пришло несколько десятков тысяч человек — люди восприняли гибель молодой звезды как личную утрату. Советского рок-музыканта Виктора Цоя похоронили 19 августа 1990 года на Богословском кладбище в родном Ленинграде.

В январе 1991 года вышел посмертный альбом, который получил неофициальное траурное название «Чёрный альбом». После выпуска сборника группа «Кино» объявила о своём роспуске. Последний альбом полон трагизма и мотивов смерти. Уже в первой песне сборника «Кончится лето» слышатся отчаянные строчки: «Больше надежд нету, скоро кончится лето». То самое лето, которого так жаждал лирический герой из всех альбомов, заканчивается. Это лето промелькнуло непростительно быстро, но очень ярко. Солнце Виктора Цоя обожгло своим исключительным талантом всех мирян. Песни из посмертного альбома полны предощущения конца, в них сквозит холод безысходности. Однако при этом герой не хочет, чтобы кто-то печалился: «Горе ты моё от ума, не печалься, гляди веселей». Горько осознавать, но, кажется, лирический герой разочаровался в жизни:

«А мне приснилось: миром правит Любовь.А мне приснилось: миром правит Мечта.И над этим прекрасно горит Звезда.Я проснулся и понял — беда».

Он не понимает, «кому, и зачем здесь петь», ему «не нравится то, что здесь есть», герой окончательно запутался: «Я не люблю, когда мне врут, но от правды я тоже устал». Последняя песня в альбоме «Следи за собой», ставшая прощальным посланием, посвящена раздумьям о различных причинах смерти. Музыкант будто сам задумывается над тем, что если финал известен, то каким будет вид этого самого финала? Если всё предрешено заранее и каждый человек смертен, то какой именно будет эта смерть? «Следи за собой» является одной из песен к фильму Сергея Бодрова «Сёстры». Сергей Бодров тоже погиб в молодом возрасте, ему было всего 30 лет.

Очевидно, что все люди на Земле осознают, что смертны. Участь смерти никому не удалось избежать, как никому ещё не удалось изобрести воскрешающую таблетку или создать элексир бессмертия. Любой человек, который ищет смысл жизни, своё предназначение, рано или поздно задумывается о смерти. Так если трагичный финал всем изначально известен и нельзя обрести физическое бессмертие, то как увековечить своё имя? Можно ли остаться живым в сознании массы людей? Виктор Цой доказал, что можно. Жизнь продолжается в детях и творчестве. Искусство обеспечивает своему творцу бессмертие. Преемственность поколений обеспечивает бессмертие.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Покер лжецов
Покер лжецов

«Покер лжецов» – документальный вариант истории об инвестиционных банках, раскрывающий подоплеку повести Тома Вулфа «Bonfire of the Vanities» («Костер тщеславия»). Льюис описывает головокружительный путь своего героя по торговым площадкам фирмы Salomon Brothers в Лондоне и Нью-Йорке в середине бурных 1980-х годов, когда фирма являлась самым мощным и прибыльным инвестиционным банком мира. История этого пути – от простого стажера к подмастерью-геку и к победному званию «большой хобот» – оказалась забавной и пугающей. Это откровенный, безжалостный и захватывающий дух рассказ об истерической алчности и честолюбии в замкнутом, маниакально одержимом мире рынка облигаций. Эксцессы Уолл-стрит, бывшие центральной темой 80-х годов XX века, нашли точное отражение в «Покере лжецов».

Майкл Льюис

Биографии и Мемуары / Документальная литература
Политические мифы о советских биологах. О.Б. Лепешинская, Г.М. Бошьян, конформисты, ламаркисты и другие.
Политические мифы о советских биологах. О.Б. Лепешинская, Г.М. Бошьян, конформисты, ламаркисты и другие.

В книге рассматриваются научные, идеологические и политические аспекты послевоенного противостояния советских ученых в биологии и последующее отражение связанных с этим трагических событий в общественном сознании и в средствах массовой информации. В контексте последних утверждалось, что в истории отечественной биологии были позорные страницы, когда советская власть поддержала лжеученых – из наиболее осуждаемых говорят о Лысенко, Лепешинской и Бошьяне (1), продвигавших свои псевдонаучные проекты-мичуринскую биологию, учение о происхождении клеток из живого вещества, учение о связи «вирусов» и бактерий и т.  д. (2), которые они старались навязать взамен истинной науки (3); советская власть обвинялась в том, что она заставляла настоящих ученых отказываться от своих научных убеждений (4), т.  е. действовала как средневековая инквизиция (5); для этой цели она устраивала специальные собрания, суды чести, сессии и т.  д., на которых одни ученые, выступавшие ранее против лженаучных теорий, должны были публично покаяться, открыто признать последние и тем самым отречься от подлинного знания (6), тогда как другим ученым (конформистам) предлагалось в обязательном порядке одобрить эти инквизиторские действия властей в отношении настоящих ученых (7). Показано, что все эти негативные утверждения в адрес советской биологии, советских биологов и советской власти, как не имеющие научных оснований, следует считать политическими мифами, поддерживаемыми ныне из пропагандистских соображений. В основе научных разногласий между учеными лежали споры по натурфилософским вопросам, которые на тот момент не могли быть разрешены в рамках научного подхода. Анализ политической составляющей противостояния привел автора к мысли, что все конфликты так или иначе были связаны с борьбой советских идеологов против Т. Д. Лысенко, а если смотреть шире, с их борьбой против учения Ламарка. Борьба с ламаркизмом была международным трендом в XX столетии. В СССР она оправдывалась необходимостью консенсуса с западной наукой и под этим лозунгом велась партийными идеологами, начиная с середины 1920-х гг., продолжалась предвоенное и послевоенное время, завершившись «победой» над псевдонаучным наваждением в биологии к середине 1960-х гг. Причины столь длительной и упорной борьбы с советским ламаркизмом были связаны с личностью Сталина. По своим убеждениям он был ламаркистом и поэтому защищал мичуринскую биологию, видя в ней дальнейшее развития учения Ламарка. Не исключено, что эта борьба против советского ламаркизма со стороны идеологов на самом деле имела своим адресатом Сталина.

Анатолий Иванович Шаталкин

Документальная литература / Альтернативные науки и научные теории / Биология, биофизика, биохимия / История