Читаем Ключ полностью

ОН (в сторону). Ну что мне было с ней делать? Отказывать в таком пустяке, как поход в магазин? Мы пошли в Карфур. На карте это выглядело – рукой подать. На карте – все рядом. А оказалось, километра три или четыре. Или все пять. Стемнело. Незнакомый город. И главное, вся дорога – в гору. В гору – градусов тридцать уклона. Если бы я знал, я бы взял такси, но она всё твердила, что это – рядом, скоро, вот-вот. Мы шли туда битый час, в гору, и я был весь в мыле. Поднялся ветер, я думал: только не хватало мне еще заболеть в Испании. А ей – хоть бы что: как будто бы какая-то силища тянула её вверх…

ОНА (в сторону). Когда мы туда пришли, я поняла, что все – не зря… Это был целый магазинный квартал на краю города, на горе. Тут тебе – Икея, тут тебе – Леруа Мерлен, а здесь – Лидл и Волмарт. Красота! Ну, и Карфур – огромнейший магазин, я таких еще не видела. Я обежала его весь, а он сидел на лавке и дулся. А какой там был рыбный отдел, рыба и крабы лежали навалом целыми горами… Господи, я получила настоящее эстетическое наслаждение! Разве мужчина это может понять?

ОН (в сторону). Она вернулась с ворохом пакетов, вся сияющая… Удивительные существа эти женщины… Мы пошли на автобус, а там, с площади, открывался потрясающий вид. Город весь сиял огнями, береговая линия моря уходила за горизонт. Это было так здорово, что я забыл обо всех своих переживаниях….

ОНА (в сторону). Мы стояли, обнявшись, и смотрели на эту красоту, и я шептала ему: милый мой, как же я тебя люблю…

ОН (в сторону). А уж как я её любил в ту минуту…(Пауза.) Наутро мы, конечно, пошли на набережную, обошли её всю – от средневекового замка до гигантской электростанции. Казалось, её труба упирается прямо в облака. За оставшиеся дни мы осмотрели все местные достопримечательности…

ОНА (в сторону). И все местные магазины… Это был настоящий европейский шопинг.

ОН (в сторону). Но самое любимое было – взять кофе с круассанами, пойти на пляж, сесть там на песок и – слушать море…

ОНА (в сторону). Иногда он снимал ботинки и бродил босиком по песку и по воде, а потом прибегал ко мне, пил кофе, а я ему надевала теплые носки… Как это было прекрасно! (Целует его).

3. ТЫ УМНЫЙ ДАЖЕ ВО СНЕ.

Она лежит с книгой на диване. Он сидит за компьютером.


ОНА (поднимая голову от книги). А сколько ты знаешь языков?

ОН. Что? Я?

ОНА. Да. Сколько?

ОН (пожимая плечами). Родной и английский. Бэ два. Выше среднего.

ОНА. Ты же говорил, что пять?..

ОН. Я говорил? Я не мог такого сказать

ОНА. Я слышала… Своими ушами. Ты говорил по телефону… Пару дней назад.


Пауза.


ОН. А, понял. Я имел в виду языки программирования.

ОНА. Ты знаешь пять языков программирования?

ОН. Да, знаю. В разной степени, конечно.

ОНА. Ничего себе. Я немецкий не могу всю жизнь выучить… А ты – пять.

ОН. Это не одно и то же.

ОНА. Почему не одно и то же?

ОН (вздыхая). Во-первых, они все используют конструкции английского языка. И это упрощает дело… Во-вторых, они сильно пересекаются.

ОНА. Пересекаются? Ты имеешь в виду лексику?

ОН. Не только лексику.


Пауза.


ОНА. Смотри… Французский, немецкий, испанский, английский – они ведь тоже пересекаются… Верно?

ОН. Верно.

ОНА. Но это не помогает мне выучить немецкий. Ну, и английский.

ОН. Это не одно и то же. Так что тебе не стоит испытывать комплекс неполноценности.

ОНА. Ишь ты, заговорил как моя Катька.

ОН. Вот уж нет. Я не хочу – как твоя Катька.

ОНА. А что ты имеешь против неё?

ОН. Ничего. Разве что… Не хотелось бы, чтобы она вбивала в твою голову все эти женские штучки.

ОНА. Какие еще женские штучки?

ОН. Ну, я не знаю… Эмапсипе и так далее…

ОНА. Эмапсипе? Катька?.. Ну, вообще-то да… Она может. (Встает с дивана, подходит к нему, становится за спиной.) О, я это видела!

ОН. Что ты видела?

ОНА (показывая пальцем на экран). Вот эту абракадабру. У меня однажды на компьютере это выскочило.

ОН. Эта абракадабра – программа. Написанная на одном из этих языков.

ОНА. Здорово… (Рассматривает.) Это даже я знаю… Ту гоу… Бегин…

ОН. Это операторы языка.

ОНА. Ух ты! Операторы… А эти скобочки вам зачем?

ОН. Долго объяснять.

ОНА. Ты хочешь сказать, что я глупая, не пойму?

ОН. Зачем тебе?

ОНА. Просто интересно… Ты сидишь над этим целыми днями. Даже по выходным.

ОН. Что делать? Я начальник.

ОНА. Наверное, ты хороший начальник?

ОН. Не знаю. Не мне судить.

ОНА. Наверное, все женщины в твоей фирме влюблены в тебя.

ОН. Не говори чепухи…

ОНА. Это не чепуха. Уж я-то знаю, как это происходит с женщинами, когда в коллективе – настоящий мужчина…

ОН. Ты была в такого влюблена?

ОНА. Раз десять.

ОН. Ого.

ОНА. Ты сказал, что это программа? А зачем нужна программа?

ОН. Как зачем? Всё, что ты делаешь за компом – управляется программами.

ОНА. Всё, всё, всё?

ОН. Всё, всё, всё.

ОНА. Наверное, этих программ очень много?

Перейти на страницу:

Похожие книги

Пандемониум
Пандемониум

«Пандемониум» — продолжение трилогии об апокалипсисе нашего времени, начатой романом «Делириум», который стал подлинной литературной сенсацией за рубежом и обрел целую армию поклонниц и поклонников в Р оссии!Героиня книги, Лина, потерявшая свою любовь в постапокалиптическом мире, где простые человеческие чувства находятся под запретом, наконец-то выбирается на СЃРІРѕР±оду. С прошлым порвано, будущее неясно. Р' Дикой местности, куда она попадает, нет запрета на чувства, но там царят СЃРІРѕРё жестокие законы. Чтобы выжить, надо найти друзей, готовых ради нее на большее, чем забота о пропитании. Р

Лорен Оливер , Lars Gert , Дон Нигро

Хобби и ремесла / Драматургия / Искусствоведение / Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Фантастика / Социально-философская фантастика / Любовно-фантастические романы / Зарубежная драматургия / Романы
Драмы
Драмы

Пьесы, включенные в эту книгу известного драматурга Александра Штейна, прочно вошли в репертуар советских театров. Три из них посвящены историческим событиям («Флаг адмирала», «Пролог», «Между ливнями») и три построены на материале нашей советской жизни («Персональное дело», «Гостиница «Астория», «Океан»). Читатель сборника познакомится с прославившим русское оружие выдающимся флотоводцем Ф. Ф. Ушаковым («Флаг адмирала»), с событиями времен революции 1905 года («Пролог»), а также с обстоятельствами кронштадтского мятежа 1921 года («Между ливнями»). В драме «Персональное дело» ставятся сложные политические вопросы, связанные с преодолением последствий культа личности. Драматическая повесть «Океан» — одно из немногих произведений, посвященных сегодняшнему дню нашего Военно-Морского Флота, его людям, острым морально-психологическим конфликтам. Действие драмы «Гостиница «Астория» происходит в дни ленинградской блокады. Ее героическим защитникам — воинам и мирным жителям — посвящена эта пьеса.

Александр Петрович Штейн , Гуго фон Гофмансталь , Исидор Владимирович Шток , Педро Кальдерон де ла Барка , Дмитрий Игоревич Соловьев

Драматургия / Драма / Поэзия / Античная литература / Зарубежная драматургия