Читаем Клинок Сариолы полностью

— Не спешите так, дорогой принц. Для начала я должен выполнить кое-какие формальности.

— Выполняйте же их, господин Гольм.

— Это может занять какое-то время, быть может, даже, не один день.

— Не один день! — вскричал Эвальд.

— Да-да, господин принц, и незачем так волноваться.

— Но я еду по срочному делу, и от моего промедления может зависеть жизнь или смерть человека, причём очень важной особы!

— Император повелел мне тщательно проверять всех проезжающих, и я не могу не выполнить его приказ, иначе рискую навлечь на себя гнев повелителя.

— Что же, проверяйте, — сказал Эвальд и подал Гольму свои удостоверительные грамоты, — но не думаю, что это может занять более пяти минут.

— Ну, прежде всего, принц, я должен удостовериться, что вы — это действительно вы. Где, например, ваша многочисленная свита и конный отряд королевской гвардии Сариолы, сопровождающий вас в дороге? Это очень подозрительно, что вы совсем один. Вы, наверное, лучше меня должны знать, как путешествуют принцы. Никто здесь, увы, не знает вас в лицо и не может засвидетельствовать вашу личность, а я должен быть совершенно уверен, что вы действительно принц, чтобы дать вам разрешение ступить на землю Империи.

— Но господин Гольм, я путешествую неофициально, по личному делу, и в пышной свите мне нет надобности. К тому же, я достаточно разумею в воинском искусстве, и могу обходиться без охраны. И неужели грамот, которые я вам представил, недостаточно, чтобы засвидетельствовать мою личность?

— Мошенники легко подделывают все эти грамоты, — сказал Гольм, вертя пергаменты в руках.

— Так ты считаешь меня мошенником? — заорал Эвальд.

— Прошу вас не нервничать, господин принц. Я лишь выполняю приказ Императора тщательно проверять всех проезжающих и сам желаю рассеять возникшие у меня в вашем отношении сомнения. Для этого я должен буду отправить гонца в Сариолу, дабы там ему сообщили, что принц действительно выехал, а также дали ему возможность взглянуть на галерею семейных портретов Сариолского королевского двора, чтобы он узнал вас на вашем портрете и затем, вернувшись, сообщил мне, что вы — это действительно вы. Всё это может занять около двух недель.

— Две недели! — Эвальд замолчал, нахмурившись. В воздухе повисла тягостная тишина. Неужели даже короли и принцы бессильны перед этим проклятым бюрократом?

— Но я очень сочувствую вам, принц, и понимаю, что промедление очень некстати для вас, — добродушно проговорил Гольм, — более того, я из расположения к вам готов выдать вам разрешение сейчас же.

Эвальд, обрадовавшись, повернулся к Гольму.

— О, вас наградит за это Всевышний!

Гольм обернулся по сторонам, как бы опасаясь, не слышат ли стражники их разговора, и зашептал:

— Я должен буду пойти на риск навлечь на себя гнев императора. Чтобы помочь вам, я буду рисковать не только местом, а может, даже, и головой! Было бы справедливо, принц, если бы вы за это вознаградили меня некоторой суммой, достойной, конечно, вашего величия и моего положения, сверх обычной подорожной пошлины.

— Ах ты, гнусный взяточник! — вскричал возмущённый принц. — Об этом будет известно императору!

Услужливость Гольма тотчас сменилась раздражением и неприступностью.

— Никто не подтвердит ваших слов. А император, я думаю, ежедневно получает наветы на меня от моих завистников, и давно перестал обращать на них внимание. Я вижу, что вы не оценили моей готовности пойти вам навстречу, так что можете отправляться назад или ждать две, три недели, или месяц, или столько, сколько я вам прикажу. Можете забрать свои фальшивые грамоты. — Гольм бросил на стол пергаментные свитки.

— Нет, ты мне дашь разрешение сейчас же, или лишишься жизни немедля! — крикнул Эвальд. Он схватил со стола грамоты и несколько раз наотмашь хлестнул ими Гольма по лицу.

— Теперь я вижу, что вы не принц, а обычный разбойник! — закричал Гольм. — Стража! Схватите его! Этот человек выдаёт себя за принца Сариолы! Он напал на меня!

В зал вбежали несколько стражников с алебардами.

— Стойте! — крикнул Эвальд, вытаскивая меч из ножен. — Означает ли это, Гольм, что вы от имени императора объявляете войну Сариоле?

Стражники в нерешительности остановились.

— Господин Гольм, а вдруг это настоящий принц? — спросил офицер имперской стражи, — Тогда нам не избежать дипломатического скандала!

— Что значит какая-то мелкая Сариола перед величием Империи!

— На стороне Сариолы вступят в войну все государства к северо-западу от границ Империи, — сказал Эвальд. — Война может продлиться не один десяток лет, и приведёт к ослаблению Империи, а может, и её развалу. Вряд ли такая перспектива обрадует его величество, и за самовольство в таких важных вопросах войны и мира ты, Гольм, вполне можешь лишиться головы.

— Хорошо, не будем примешивать сюда политику, — пробурчал Гольм. — Но вы, принц, если, конечно, вы тот, за кого себя выдаёте, нанесли мне личное оскорбление, настолько тяжёлое, что только кровь может смыть его. Пусть хольмганг, — поединок решит спор между нами!