Читаем Клич Айсмарка полностью

Тараман несколько минут молча разглядывал басилису: его янтарные глаза впились в ее лицо, словно пытались заглянуть ей в душу. Наконец, ко всеобщему облегчению, над равниной разнесся его гулкий и красивый голос:

— Приветствую тебя, Элемнестра Гиполитанская, и с благодарностью принимаю твое гостеприимство.

Те из зевак, кто стоял достаточно близко, чтобы разобрать слова, восхищенно зашептались. Слухи подтвердились: королева Фиррина заключила союз с говорящими снежными барсами!

Басилиса на мгновение опешила, но быстро опомнилась и улыбнулась в ответ. Тогда Фиррина поприветствовала своего дядю Олемемнона. Быстро забыв о церемониях, они крепко обнялись и принялись было оживленно обсуждать путешествие королевы и военные приготовления в Гиполитании, но их прервал невысокий коротышка, скромно стоявший поодаль. Он вежливо кашлянул, привлекая к себе внимание. Фиррина обернулась к нему, и ее царственные манеры улетучились окончательно, когда она узнала своего бывшего наставника.

— Магги! — восхищенно завопила девочка и повисла на шее у советника. — Мне столько нужно тебе рассказать! Мы всегда думали, что земли на севере мертвы и бесплодны. Но они полны жизни и чудес! Ах, если бы ты только смог поехать со мной, ты бы онемел от удивления!

Маггиор Тот ласково улыбнулся бывшей ученице.

— Не сомневаюсь. Но, как я вижу, ты привезла часть этих чудес с собой. Не могла бы ты представить меня повелителю снежных барсов?

Фиррина сжала его руку и обернулась к тару, который молча наблюдал за встречей друзей после долго разлуки.

— Владыка Тараман, рада представить вам Маггиора Тота, великого ученого с Южного континента и бесценного королевского советника.

Снежный барс медленно закрыл и открыл свои огромные глаза, по-кошачьи приветствуя нового знакомого. Маггиор в ответ поклонился так низко, насколько ему позволяли его закоченевшие суставы.

— Приветствую Тарамана, сотого тара снежных барсов, владыку Ледового царства и грозу ледяных троллей, — торжественно произнес престарелый ученый, доказав тем самым, что он не пропустил мимо ушей ни единого слова королевы. — Позвольте от имени всех жителей Айсмарка выразить благодарность за вашу помощь в это нелегкое время.

— Я запомню это, Маггиор Тот, и должен сказать, что благородство айсмаркского народа всегда найдет друзей и союзников.

Ну вот, огорчилась Фиррина, теперь они так и будут расшаркиваться…

Но тут Магги сказал:

— Вы знаете, на юге моей родины, высоко в горах тоже живут снежные барсы, но вряд ли они могли бы тягаться с вашей армией.

— Правда? — заинтересовался тар. — И почему же?

— Ну, во-первых, они гораздо меньше вас. Где-то мне по пояс, не выше. Но главное, они не умеют говорить.

— Значит, они похожи на нас в чем-то другом.

— Конечно, у них такие же пятнистые шкуры, и если не считать размеров, то сложены они точно так же, как и вы. Но есть и другие отличия. Например, они склонны жить поодиночке, в то время как ваш народ, очевидно, живет большими группами.

Из груди Тарамана послышалось довольное урчание: ему явно нравилось беседовать с ученым.

— И еще, — добавил Магги, — они не умеют мурлыкать и урчать.

— Тогда с чего вы взяли, что это снежные барсы? — усмехнулся тар.

— Кто же еще? Впрочем, возможно, это всего лишь ваши подобия. Есть такие существа — обезьяны, так они тоже очень похожи на людей.

— А этих обезьян считают людьми?

— Ну… нет, — признал Маггиор. — Но некоторые ученые Южного континента выдвигают теории, будто обезьяны каким-то образом родственны человеку, просто не так далеко продвинулись в развитии.

— Тогда, если обезьяны — это не люди, то и ваши горные кошки вовсе не снежные барсы. Возможно, это всего лишь плоды первых, неудачных попыток создателя сотворить наши с вами народы.

— Именно, именно! — охотно согласился Маггиор. — Позвольте добавить, что…

Тут вернулся солдат, которого Элемнестра отправила в город за хлебом и яблоками. Басилиса вручила Фиррине два больших каравая и мешок яблок, девочка обернулась и подозвала Оскана, который наблюдал за всем происходящим из саней.

Юноша торопливо подбежал к ней, едва не поскользнувшись на утоптанном снегу, столь же торопливо поклонился всем придворным, схватил одну буханку и принялся рвать ее прямо зубами. Все изумленно уставились на советника, и только Элемнестра собралась что-то сказать, как Фиррина тоже кинулась уплетать хлеб без всяких церемоний. Умяв по полбуханки, они столь же жадно сгрызли по яблоку, а затем прикончили хлеб.

Фиррина заметила изумленные лица вокруг и объяснила:

— Мы несколько недель не ели ничего, кроме мяса!

— А кажется, что несколько месяцев, — поддакнул Оскан. — Я теперь до конца жизни на котлеты не смогу смотреть!

Фиррина согласно закивала, и Элемнестра украдкой дала знак Олемемнону, который прекрасно понял ее без слов и ускакал во дворец с приказом приготовить к вечернему пиру новые блюда.

Встречающие вежливо подождали, пока королева и ее советник съедят еще по яблоку, а потом басилиса дала знать продолжать церемонию.