Читаем Клэй Эдисон 1-5 полностью

Несмотря на отсутствие изоляции, в помещении сохранялся нечистый запах человеческого присутствия. Я прокрался вперед, цепляясь за паутину, высоко перешагивая через балки, светя фонариком в щели. Я не знал, насколько далеко тянулось это пространство. Если там жил один бездомный, почему не двое?

Или пять? Или десять?

За поворотом я наткнулся на кучу вещей, невидимых снаружи. На проволочной вешалке висела мужская рубашка, свисавшая с обмотанной трубы. Там была небольшая стопка книг в мягкой обложке. Там были пищевые обертки и обрывки туалетной бумаги.

Он любил есть хлопья Funyuns.

Ему нравилось читать боевики.

Он был, как оказалось, мастером по ремонту. Там было несколько радиоприемников в разной степени разобранности, запасные части были рассортированы по типу на сплющенной картонной коробке. У меня сложилось впечатление, что он в спешке смылся.

Матрас был грязным и тонким, как те, что используются на раскладных диванах.

На одном краю, в шве, лежал шприц.

Игла отсутствует. Остаток в камере.

—

Чтобы быть в безопасности, команда по сбору улик также забрала рубашку, обертки от еды, книги, электронные детали и носок. Они оставили матрас, но не без того, чтобы сначала его подсветить и взять мазок на органические материалы. Огородив подвальное пространство, они предупредили Рианнон Кук не входить и не выносить какие-либо предметы, которые могли остаться.

«Как будто я бы так сделала», — сказала она.

Оказалось, что это не имеет значения. Шприц дал результат. Нводо, должно быть, сильно надавил на лабораторию, потому что неделю спустя я смотрел на

фотография на моем компьютере.

Лоуренс Ли Винсон. Он же Ларри, он же Дикфиш.

Белый мужчина, пятидесяти девяти лет, хотя его лицо говорило об обратном.

Щеки бассет-хаунда, длинные мочки ушей — он, казалось, таял, пустые голубые глаза изо всех сил пытались удержаться на плаву в нисходящем каскаде тканей. Татуировка обвивала левую сторону его шеи. Думаю, он хотел изобразить акулу. Художник испортил работу, сделав тело слишком широким, а морду слишком округлой. В результате получилась уморительно неестественная дворняга, которая больше всего напоминала разъяренный пенис с зубами.

Отсюда и прозвище.

Или, может быть, прозвище предшествовало рисунку, и татуировка получилась именно такой, как и надеялся Ларри.

Извечный вопрос: что появилось раньше, Дикфиш или Дик-рыба?

Уроженец Висконсина, Винсон появился в Калифорнии шесть или семь лет назад. Наша система в основном сажала его за мелкие правонарушения.

Публичное опьянение. Сопротивление аресту. Правонарушение, связанное с хранением.

Нападение, являющееся правонарушением.

До тех пор, пока пятнадцать месяцев назад не был вынесен обвинительный приговор по статье 647.6 УК.

Раздражение или приставание к ребенку.

Учительница третьего класса в начальной школе Малкольма Икса в Беркли позвонила по номеру 911, чтобы сообщить о подозрительном мужчине, шатающемся по тротуару во время перемены. Он был там несколько дней подряд. Когда она подошла к нему, он ушел.

Вскоре после этого тот же мужчина был замечен разговаривающим с девушкой через забор. Были отправлены офицеры, но он ушел до их прибытия.

Следующий звонок от директора. Мужчина вернулся. Однако на этот раз он не разговаривал с девочкой. Он спустил штаны до колен и мастурбировал перед ней.

Прямо там, средь бела дня.

В течение часа они подобрали его около станции BART Эшби, в трехстах ярдах.

Ларри Винсон занимался подобным поведением в конце восьмидесятых и начале девяностых, еще в Милуоки. Его МО был хорошо

Установлено. Всегда несовершеннолетние девочки, всегда акты публичного сексуального удовлетворения, которые не останавливались на физическом контакте. Тем не менее, судья рассматривал обвинительный приговор в Калифорнии как первое правонарушение. Я предполагаю, что обоснование было примерно таким: Винсон не заходил на территорию школы, не трогал девочку. В районе Беркли, где полно чудаков, Дикфиш был просто одним из примеров — и, честно говоря, не крайним. Он получил минимальный тюремный срок и не получил штрафа.

Будучи временным лицом, он был обязан регистрироваться в органах власти каждые тридцать дней после освобождения.

Ему это не удалось.

Никто не проверил. Он растворился на улицах.

Ордер на его арест с тех пор томился в ожидании.

Я позвонил Нводо. «Поздравляю».

«Не сглазь меня», — сказала она.

«Насколько сложно найти парня с огромным плавающим членом на шее?»

Она позволила себе жалостливо рассмеяться. Ларри Винсону удалось так долго избегать ареста. Ничто не мешало ему покинуть город, регион, штат. Нводо оставалось надеяться, что теперь власть имущие посчитали его достаточно опасным, чтобы сделать его оперативным приоритетом.

Я собирался пожелать ей удачи, но она заговорила снова: «Одно: он не полностью совпадает. Это его ДНК в шприце, но кожа под ногтями Винни принадлежит кому-то другому».

Я почувствовал, как воздух с шипением выходит из меня.

Она сказала: «Это не значит, что он не наш парень».

«Конечно», — сказал я.