Читаем Китай полностью

Трейдер подошел к окну и выглянул наружу. Это был небольшой отряд индийцев. Пара взводов и оркестр. Одеты с иголочки, отлично играют, вызывая гордость за то, что они британцы. За ними следом терпеливо ехали несколько экипажей. Сегодня никто не торопился.

Чарли взял бутылку и наполнил бокалы. Трейдер наблюдал за оркестром.

И тут он увидел ее.


Агнес с матерью ехали в открытом экипаже, третьем в веренице позади марширующего оркестра. Они были вдвоем, без полковника, в сопровождении кучера и грума. Дамы раскрыли зонтики, но Трейдер четко видел их лица. Они о чем-то переговаривались и улыбались. Взгляд Трейдера остановился на Агнес, и его сердце замерло.

Внезапно он понял. Это было похоже на ослепительную вспышку света. Трейдер просил знамения. Наверно, это оно и есть. Через час после молитвы перед ним неожиданно возникла Агнес. Значит, она и есть его судьба и им суждено пожениться.

Он просил знак. Но решил попросить еще одно крошечное подтверждение. Большое подъемное окно было лишь слегка приоткрыто. Трейдер попытался поднять раму выше, чтобы высунуться наружу и окликнуть обеих дам, когда они будут проезжать мимо. Несмотря на музыку, они должны его услышать.

Он помашет ей. Агнес должна помахать в ответ. Это все, чего он просил. Если она помашет, Трейдер женится на ней. Он не сомневался, что она помашет.

Джон схватился за нижнюю часть рамы и дернул. За спиной Чарли спросил, не нужна ли помощь. Рама оказалась чертовски тяжелой. Но Трейдер хотел открыть окно сам. Ему казалось, это часть сделки. Нужно поднять раму. Но она застряла. Трейдер подергал нижнюю часть в стороны. Рама поддалась. Он потянул сильнее. Рама сдвинулась с места. Их экипаж почти поравнялся с ним. Наконец тяжелое окно взмыло вверх с ужасным треском, на который Трейдер не обратил внимания.

Затем во второй раз что-то треснуло, и рама полетела вниз. Огромная восьмифутовая застекленная рама вырвалась на свободу, как решетка крепостных ворот, веревки которой перерезали, и ударила его по рукам, прежде чем Трейдер понял, что происходит. Рама припечатала кисти к подоконнику с таким грохотом, что он даже не услышал, как ломаются кости.

Сила тяжести заставила его дернуться вперед и удариться лбом о разбившееся стекло, в итоге осколки и щепки впились в его красивое лицо.

У Чарли, двоих его компаньонов и нескольких слуг ушло пять минут, чтобы поднять раму на достаточную высоту и высвободить сломанные руки и окровавленную голову. Джон Трейдер потерял сознание задолго до этого.

А на улице оркестр давно уже прошел мимо, и экипаж с матерью и дочерью Ломонд тоже проехал. Агнес услышала грохот, но ничего не увидела, кроме того, что подъемное окно в здании позади них упало.


Тетя Харриет очень ждала отъезда в горы, но не могла же она оставить Трейдера в коттедже. Чарльз перевез его туда, конечно, совершенно правильно. Для этого и нужны друзья. Да Джон Трейдер все еще был очень плох.

Хирург отлично потрудился, но результат можно будет оценить после снятия повязок.

– Конечно, будет больно, – предупредил доктор. – Если боль станет нестерпимой, дайте ему немного лауданума. Прежде всего ему нужен отдых.

– Он поправится? – допытывалась тетя Харриет.

– Если повезет, он сможет пользоваться руками. Лицо пострадало не так сильно, как мы боялись, останется лишь пара небольших шрамов. Но он потерял один глаз… – Доктор покачал головой.

– Он ослепнет?

– Только на один глаз. Сможет носить повязку, как адмирал Нельсон.

– Интересно, понравится ли ему это? – сказала Харриет.

– Ему лучше, – отрезал доктор. – Хирург сделал все, что мог, но, боюсь, зрелище не из приятных. И никогда уже не будет. – Сильнее всего врача тревожило общее состояние Трейдера. – Больше всего в таких случаях я боюсь инфекций. В обычной ситуации я бы рекомендовал вам вывести его во время сезона дождей в горы как можно быстрее. Но пока я хочу приглядеть за ним, да и он не готов к переезду. Я знаю, что могу положиться на вас.

Когда тетя Харриет извинилась перед мужем за задержку с отъездом, тот в ответ лишь отмахнулся.

– Трейдер спас Чарли жизнь, – весело сказал он. – Считай, родственник!

Джона только-только перевезли в коттедж, как на пороге появился Бенджамин Одсток. Торговец был очень благодарен, умолял сообщить ему, если что-нибудь понадобится, а на следующий день вернулся с подарками для них обоих и каждый день приходил навестить пациента.

Но что еще удивительнее, на следующее утро после приезда Трейдера к коттеджу подъехал экипаж с миссис Ломонд и ее дочерью.

– Чарли рассказал нам о несчастном случае, – объяснила миссис Ломонд, – поэтому мы решили проведать Трейдера, прежде чем уехать в горы.

Когда они вошли в комнату, пациент спал.

– Лица почти не видно, – заметила миссис Ломонд.

– Руки тоже перевязаны, – добавила Агнес.

– Он поправится? – спросила миссис Ломонд.

Тетя Харриет пересказала слова доктора, однако слегка приукрасила подробности относительно глаза Трейдера.

Перейти на страницу:

Все книги серии The Big Book

Лед Бомбея
Лед Бомбея

Своим романом «Лед Бомбея» Лесли Форбс прогремела на весь мир. Разошедшаяся тиражом более 2 миллионов экземпляров и переведенная на многие языки, эта книга, которую сравнивали с «Маятником Фуко» Умберто Эко и «Смиллой и ее чувством снега» Питера Хега, задала новый эталон жанра «интеллектуальный триллер». Тележурналистка Би-би-си, в жилах которой течет индийско-шотландская кровь, приезжает на историческую родину. В путь ее позвало письмо сводной сестры, вышедшей когда-то замуж за известного индийского режиссера; та подозревает, что он причастен к смерти своей первой жены. И вот Розалинда Бенгали оказывается в Бомбее - средоточии кинематографической жизни, городе, где даже таксисты сыплют киноцитатами и могут с легкостью перечислить десять классических сцен погони. Где преступления, инцест и проституция соседствуют с древними сектами. Где с ужасом ждут надвигающегося тропического муссона - и с не меньшим ужасом наблюдают за потрясающей мегаполис чередой таинственных убийств. В Болливуде, среди блеска и нищеты, снимают шекспировскую «Бурю», а на Бомбей надвигается буря настоящая. И не укрыться от нее никому!

Лесли Форбс

Детективы / Триллер / Триллеры
19-я жена
19-я жена

Двадцатилетний Джордан Скотт, шесть лет назад изгнанный из дома в Месадейле, штат Юта, и живущий своей жизнью в Калифорнии, вдруг натыкается в Сети на газетное сообщение: его отец убит, застрелен в своем кабинете, когда сидел в интернет-чате, а по подозрению в убийстве арестована мать Джордана — девятнадцатая жена убитого. Ведь тот принадлежал к секте Первых — отколовшейся от мормонов в конце XIX века, когда «святые последних дней» отказались от практики многоженства. Джордан бросает свою калифорнийскую работу, едет в Месадейл и, навестив мать в тюрьме, понимает: она невиновна, ее подставили — вероятно, кто-то из других жен. Теперь он твердо намерен вычислить настоящего убийцу — что не так-то просто в городке, контролирующемся Первыми сверху донизу. Его приключения и злоключения чередуются с главами воспоминаний другой девятнадцатой жены — Энн Элизы Янг, беглой супруги Бригама Янга, второго президента Церкви Иисуса Христа Святых последних дней; Энн Элиза посвятила жизнь разоблачению многоженства, добралась до сената США и самого генерала Гранта…Впервые на русском.

Дэвид Эберсхоф

Детективы / Проза / Историческая проза / Прочие Детективы
Запретное видео доктора Сеймура
Запретное видео доктора Сеймура

Эта книга — про страсть. Про, возможно, самую сладкую и самую запретную страсть. Страсть тайно подглядывать за жизнью РґСЂСѓРіРёС… людей. К известному писателю РїСЂРёС…РѕРґРёС' вдова доктора Алекса Сеймура. Недавняя гибель ее мужа вызвала сенсацию, она и ее дети страдают РѕС' преследования репортеров, РѕС' бесцеремонного вторжения в РёС… жизнь. Автору поручается написать книгу, в которой он рассказал Р±С‹ правду и восстановил доброе имя РїРѕРєРѕР№ного; он получает доступ к материалам полицейского расследования, вдобавок Саманта соглашается дать ему серию интервью и предоставляет в его пользование все видеозаписи, сделанные Алексом Сеймуром. Ведь тот втайне РѕС' близких установил дома следящую аппаратуру (и втайне РѕС' коллег — в клинике). Зачем ему это понадобилось? Не было ли в скандальных домыслах газетчиков крупицы правды? Р

Тим Лотт

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза

Похожие книги

Дети мои
Дети мои

"Дети мои" – новый роман Гузель Яхиной, самой яркой дебютантки в истории российской литературы новейшего времени, лауреата премий "Большая книга" и "Ясная Поляна" за бестселлер "Зулейха открывает глаза".Поволжье, 1920–1930-е годы. Якоб Бах – российский немец, учитель в колонии Гнаденталь. Он давно отвернулся от мира, растит единственную дочь Анче на уединенном хуторе и пишет волшебные сказки, которые чудесным и трагическим образом воплощаются в реальность."В первом романе, стремительно прославившемся и через год после дебюта жившем уже в тридцати переводах и на верху мировых литературных премий, Гузель Яхина швырнула нас в Сибирь и при этом показала татарщину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. А теперь она погружает читателя в холодную волжскую воду, в волглый мох и торф, в зыбь и слизь, в Этель−Булгу−Су, и ее «мысль народная», как Волга, глубока, и она прощупывает неметчину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. В сюжете вообще-то на первом плане любовь, смерть, и история, и политика, и война, и творчество…" Елена Костюкович

Гузель Шамилевна Яхина

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее
Книга Балтиморов
Книга Балтиморов

После «Правды о деле Гарри Квеберта», выдержавшей тираж в несколько миллионов и принесшей автору Гран-при Французской академии и Гонкуровскую премию лицеистов, новый роман тридцатилетнего швейцарца Жоэля Диккера сразу занял верхние строчки в рейтингах продаж. В «Книге Балтиморов» Диккер вновь выводит на сцену героя своего нашумевшего бестселлера — молодого писателя Маркуса Гольдмана. В этой семейной саге с почти детективным сюжетом Маркус расследует тайны близких ему людей. С детства его восхищала богатая и успешная ветвь семейства Гольдманов из Балтимора. Сам он принадлежал к более скромным Гольдманам из Монклера, но подростком каждый год проводил каникулы в доме своего дяди, знаменитого балтиморского адвоката, вместе с двумя кузенами и девушкой, в которую все три мальчика были без памяти влюблены. Будущее виделось им в розовом свете, однако завязка страшной драмы была заложена в их историю с самого начала.

Жоэль Диккер

Детективы / Триллер / Современная русская и зарубежная проза / Прочие Детективы
Точка опоры
Точка опоры

В книгу включены четвертая часть известной тетралогия М. С. Шагинян «Семья Ульяновых» — «Четыре урока у Ленина» и роман в двух книгах А. Л. Коптелова «Точка опоры» — выдающиеся произведения советской литературы, посвященные жизни и деятельности В. И. Ленина.Два наших современника, два советских писателя - Мариэтта Шагинян и Афанасий Коптелов,- выходцы из разных слоев общества, люди с различным трудовым и житейским опытом, пройдя большой и сложный путь идейно-эстетических исканий, обратились, каждый по-своему, к ленинской теме, посвятив ей свои основные книги. Эта тема, говорила М.Шагинян, "для того, кто однажды прикоснулся к ней, уже не уходит из нашей творческой работы, она становится как бы темой жизни". Замысел создания произведений о Ленине был продиктован для обоих художников самой действительностью. Вокруг шли уже невиданно новые, невиданно сложные социальные процессы. И на решающих рубежах истории открывалась современникам сила, ясность революционной мысли В.И.Ленина, энергия его созидательной деятельности.Афанасий Коптелов - автор нескольких романов, посвященных жизни и деятельности В.И.Ленина. Пафос романа "Точка опоры" - в изображении страстной, непримиримой борьбы Владимира Ильича Ленина за создание марксистской партии в России. Писатель с подлинно исследовательской глубиной изучил события, факты, письма, документы, связанные с биографией В.И.Ленина, его революционной деятельностью, и создал яркий образ великого вождя революции, продолжателя учения К.Маркса в новых исторических условиях. В романе убедительно и ярко показаны не только организующая роль В.И.Ленина в подготовке издания "Искры", не только его неустанные заботы о связи редакции с русским рабочим движением, но и работа Владимира Ильича над статьями для "Искры", над проектом Программы партии, над книгой "Что делать?".

Афанасий Лазаревич Коптелов , Виль Владимирович Липатов , Рустам Карапетьян , Кэти Тайерс , Иван Чебан , Дмитрий Громов

Проза / Советская классическая проза / Современная русская и зарубежная проза / Фантастика / Современная проза / Cтихи, поэзия