Читаем Хусаин Мавлютов полностью

— Вас тут обманывают, товарищи, будто красные войска перебиты. Это неправда. Мы громим белые банды. Врагов изгоняют из пределов Советской России. Никто не отрицает наших побед, только вот эти, которые шипят, как змеи. Им не нравятся наши законы. Еще бы, ведь мы у них власть отбираем!

Выступление красного командира-фронтовика взволновало рабочих станции. Они обратились к нему с просьбой помочь им организовать отпор мятежникам.

Почти целую неделю Мавлютов пробыл в Камбарке, и только когда прибыла помощь из Сарапула, уехал в Пермь.

В начале декабря 1919 года Хусаин Мавлютов прибыл в Пермь. Много раз выступал он здесь перед рабочими и крестьянами — своими земляками и рассказывал о делах на фронтах, призывал людей записываться в ряды Красной Армии.

В конце года Мавлютов снова отправляется в свою часть, на Туркестанский фронт.

В далеком Туркестане положение Советов после восстановления связей с РСФСР намного улучшилось. Но не все враги Советской власти сложили оружие. В Бухаре еще сохранялась власть эмира бухарского Сеид-Али.

Иностранные империалисты поддерживали врагов Советской власти. Они стремились захватить Туркестан с его богатствами и закабалить народы Средней Азии.

«…Далеко не так благоприятно положение в Бухаре, которая, по-видимому, заключила соглашение с Афганистаном и усиленно готовится к борьбе, проводя мобилизацию и запасаясь оружием и снаряжением через Афганистан, — писал в своем докладе председателю Совнаркома В. И. Ленину командующий фронтом М. В. Фрунзе. — Также рискованно положение в Фергане, где в лице сдавшихся басмаческих вождей и войск мы имеем силу, могущую восстать против нас в любой момент»[16].

Владимир Ильич Ленин неослабно следил за положением дел в отдаленном Туркестанском крае. Еще в октябре 1919 года он обратился с письмом к «Товарищам коммунистам Туркестана»:

«Установление правильных отношений с народами Туркестана имеет теперь для Российской Социалистической Федеративной Советской Республики значение, без преувеличения можно сказать, гигантское, всемирно-историческое.

Для всей Азии и для всех колоний мира, для тысяч миллионов людей будет иметь практическое значение отношение Советской рабоче-крестьянской республики к слабым, доныне угнетавшимся народам»[17].

Партия большевиков посылала своих лучших сынов на работу в Туркестан. В апреле 1920 года в Ташкент прибыл Валериан Владимирович Куйбышев. Он возглавил здесь работу по укреплению власти Советов.

Народы Средней Азии, разбуженные Великим Октябрем, твердо становились на путь новой жизни. Героический пример трудящихся России, сбросивших с себя вековое иго самодержавия, вдохновлял их.

В середине августа 1920 года коммунистическая партия Бухары с трибуны своего съезда призвала к свержению власти эмира. Народ Бухары восстал.

Но восставшие были плохо вооружены и неопытны в военном деле. В первом же бою войска эмира нанесли им тяжелое поражение.

Тогда руководители восстания послали в штаб советских войск Туркестанского фронта своих делегатов с просьбой поддержать народную революцию в Бухаре и оказать ей помощь.

Туркестанский реввоенсовет, возглавляемый М. В. Фрунзе и В. В. Куйбышевым, удовлетворил просьбу бухарских повстанцев и пришел им на помощь. Стало известно, что эмир Сеид-Музафар Али-хан, подстрекаемый империалистической Англией, готовится к нападению на Советскую Россию. Нужно было опередить его и немедленно нанести удар.

Вооруженные силы, которые советское командование могло послать в Бухару, были по численности в четыре раза меньше, чем войска эмира. Труден был поход по пескам раскаленной, безводной пустыни, по которой шныряли шайки басмачей.

Но красные части гнали армию бухарского эмира. Вскоре во всех крупнейших бухарских городах и провинциях власть перешла в руки трудящихся. Эмир со своими войсками укрылся за толстыми стенами крепости своей столицы — старой Бухары. Надо было брать крепость штурмом.

У эмира имелось около 9 тысяч штыков пехоты, 7500 сабель, он располагал отрядами беков, в которых было до 27 тысяч штыков и сабель.

Проведение бухарской операции было очень ответственным делом. Татарская бригада принимает активное участие в этой операции.

Красные войска (среди них и части Татарской бригады) были разделены на две крупные группы — Каганскую и Катта-Курганскую и сосредоточены на путях к Старой Бухаре. Части были расположены так, чтобы зажать крепость в клещи. Отдельным отрядам пехоты и кавалерии приказали быть у путей отступления врага, чтобы не дать ему возможность уйти за границу.

Командиром двенадцатого бывшего Третьего татарского полка был Хусаин Мавлютов. Его полк в составе Каганской группы войск был назначен на самый ответственный участок фронта и возглавлял ударную группу красных частей.

В своем боевом донесении о ходе наступления на Старую Бухару 29 августа 1920 года Мавлютов писал:

«Подхожу к Каршинским воротам Старой Бухары. Противник оказывает упорное сопротивление, обстреливая из орудий»[18].