Читаем Хронография полностью

71. В то же время в десятый индикт[1865] по вине злых демонов возник предлог для мятежа в Византии. Эпарх города Евдемон, взяв под стражу нарушителей порядка, принадлежавших к обеим партиям, и допросив различных лиц, узнал от них имена семи человек, виновных в убийствах. Четырех из них он присудил к отсечению головы, а троих приказал повесить. [Осужденных] провезли по всему городу и переправили [на другой берег Золотого Рога]. [Во время казни] сломалась виселица[1866], и двое из повешенных упали, причем один был [Р. 487] венет, а другой прасин. Стоявший вокруг народ, увидя случившееся, стал прославлять императора[1867]. Монахи, находившиеся вблизи [храма] св. Конона, услышав [это], вышли и увидели, что двое из повешенных лежат живые на земле. Отведя их к морю и посадив на судно, они переправили их в храм св. Лаврентия, где было безопасно[1868]. Эпарх города, узнав об этом, послал отряд солдат сторожить их там.

Через три дня проводились конные ристания, которые назывались идами. Идами же они называются потому, что всех, кто преуспел по службе, римский император угощал на пиру в своем дворце, жалуя каждому сан примикерия. Во время ристаний 13 января[1869] обе партии призвали императора быть милостивым. Они кричали до 22-го заезда, но не удостоились ответа. Когда же дьявол внушил им злую мысль, они стали кричать друг другу: «Человеколюбивым венетам и прасинам многая лета!», и, прекратив ристания, толпа вышла в дружном единодушии, взяв себе в качестве пароля слово «Ника» (побеждай) для того, чтобы не примешались к ним солдаты или экскувиты. И так она бушевала. Когда же наступил вечер, они пришли в преторий эпарха города, прося ответа относительно беглецов, находившихся в храме св. Лаврентия[1870]. Не получив ответа, они подожгли этот преторий. И сгорел преторий, дворец Халке вплоть до схол, Великая Церковь и общественный портик с колоннадой[1871]. А народ продолжал беспорядочно бушевать. Наступило утро, и император приказал проводить ристания. Когда же, по обыкновению, была растянута занавесь[1872], те же димоты снова совершили поджог на лестнице ипподрома. И сгорела также часть общественного портика до Зевксиппа[1873]. По приказу императора вышли с вооруженным отрядом Мунд[1874], Константиол и Василид, чтобы заставить восставшую толпу замолчать: ведь кричала она против Иоанна, по прозвищу Каппадокийский[1875], квестора Трибониана[1876] и эпарха города Евдемона. Посланные синклитики сообщили императору о том, что услышали, и тотчас Иоанн, Трибониан и Евдемон были отстранены[1877]. Когда же вышел Велизарий с множеством готов, и произошло столкновение, многие из димотов были убиты[1878]. Раздраженная толпа бросала огонь и в другие места без разбора[1879], и кого-то в беспорядке убивала.

18 числа[1880] того же самого месяца император пришел в ипподром[1881], держа святое Евангелие. Узнав об этом, пришла и чернь[1882], и император обратился к ним со словами клятвы[1883]. Многие из народа провозглашали его императором[1884], другие же бунтовали, выкрикивая Ипатия[1885]. Взяв [этого самого] Ипатия[1886], димы отвели его на так называемый форум Константина и поставили высоко на ступеньках[1887]. Взяв из дворца[1888] знаки царского достоинства и золотое ожерелье, они возложили [его] ему на голову[1889]. [А потом] отвели на ипподром, желая ввести его в царскую кафисму[1890]. Ибо толпа спешила вытащить ему из дворца царское одеяние[1891]. Ипатий же, зная, что император удалился[1892], и, усевшись в кафизме, ничего не боясь, смело погрузился в тираническое правление[1893].