Читаем Хроники Вандербурга полностью

— И к голове лучше пореже прикладывай. А то глупее белки будешь. Эх, Густав, да не нужны мне ваши дебильные жертвы. И своим там передай, если они до сих пор звериной кровью мажутся или на стенах рисуют, как добывают желанную добычу… что не катит это. И никогда не катило. Впрочем, ты уже не сможешь.

— Это почему еще? — рассердился я и даже голос повысил.

— А потому, что долг надо отдавать, Густав Ван Фаррен. Я тебя с твоим домиком пощадил? Пощадил. Жизнь тебе, безумцу храброму, защитнику слабых, спас? Спас. А теперь будь готов и условия мои выслушать.

— Я слушаю.

— Ты думаешь, откуда я такой взялся? Наверное, думаешь, я всегда был? Что я вечен и неизменен?

— Типа того.

— Зря. Такого в природе не бывает, — сердито проскрипел Лесной Хозяин, — даже солнце когда-то зажглось и когда-нибудь погаснет. Тысячу лет назад я тоже был охотником вроде тебя. Покуда не попался моему предшественнику. И не возникла ситуация типа «пан или пропал». У меня был выбор — или удобрить собой лес, или сменить Хозяина. Выбор чисто формальный, скажу я тебе. Потому что для меня вариантов не было. Природу я и тогда любил, а перспектива еще тыщу лет прожить — кто устоит?

— То есть, вы хотите, чтобы я стал Лесным Хозяином? — уточнил я.

— Ай, какой ты догадливый, Густав Ван Фаррен! — собеседник мой рассмеялся и захлопал в ладоши.

— А вы… куда?

— А куда захочу, кроме леса. Мне к моменту той встречи полтинник подходил. Хотя бы несколько лет еще и так проживу. Для себя. Тем более, я слышал, щас люди подольше живут.

— Ну-ну. От кого это вы слышали?

— От коровы. Думаешь ты один такой замечательный? Знаешь, сколько вас тут шастает? Кто с ружжем, кто просто грибочки-ягодки собирает.

— Но все равно. Не год же прошел — тысяча лет. В нынешнем Вандербурге вам не выжить.

— Ой-ой-ой! А ты не слишком ли много на себя берешь — меня пугать?

Я промолчал, а Лесной Хозяин продолжил.

— Я ж говорю — не ты у меня первый. Я уже который год провожу этот… как у вас называется?

— Кастинг? — предположил я.

— Ага. Именно, кастиньх. Отброс. Я не просто так, я серьезно к этому делу подошел. Кто просто покомандовать любит — тех в первую очередь отбрасывал. Пусть самкой своей да детенышами командует. Главное для Лесного Хозяина — любовь к природе. А это редкость, даже среди тех, кто ко мне в гости наведывается. Так вот, ты, Густав Ван Фаррен — самая, пока что, подходящая кандидатура.

— Подходящая, значит. Мне знаете что непонятно? Почему вы так хотите свои… полномочия сложить? Наверное, вы могли бы еще тысячу лет продержаться.

— Мог. Мог и две, и три тыщи. Дело ведь не в том. Слабею я. Не физически — душевно. И лес слабеет, и будет слабеть, покуда свежие силы в него не вольешь. А в природе нельзя быть слабым. Иначе сильный сожрет. Покуда лес сильный — он стоит. И никакие поля или заводы его не вытеснят. Но он недолго останется сильным.

— Скажите, а неужели у меня нет никакой альтернативы?

— А это уже не твое дело. Долг, он, знаете ли, платежом красен.

— А если я откажусь?

— Дело твое. Но знаешь, в жизни всякое бывает. Если передумаешь — только позови.

Картинка с лесом и Лесным Хозяином на пеньке померкла в моих глазах. Я уже до этого понял, что вижу сон. А все равно, болезненный то был переход. Да еще кто-то тыкал меня в бок. Уж не Леон ли в морду получить захотел?

* * *

Надпись в Вандербуржском Центральном Парке: «Тушите сигареты. Помните о великих пожарах прошлого». А рядом кто-то написал: «Не плюйте на землю. Помните о весенних разливах Андуя.

Анекдот, популярный у охотников и ненавидимый экологами

* * *

Открывая глаза и приподнимаясь с травы, я понял, что именно меня столь болезненно разбудило. Зверолюди, Тьма их побери! Десятка два приземистых, мохнатых существ, отдаленно похожих на людей, окружили место нашего привала и будили тыканьем заостренными палками. Леона уже разбудили. И я понимал — это не делегация для встречи и приема высоких гостей. Цели этих выкидышей эволюции куда прозаичнее. И физиологичнее.

— Гады, не возьмете! — рявкнул уже проснувшийся Леон, окруженный зверолюдьми и отмахивающийся от них ружьем как дубиной, — живым не дамся!

А им живым и не надо, подумал я. А мне-то что делать? Такую позицию как напарник мне не занять. Да и смысла немного. Эти скоты улучать момент и палками своими утыкают. Не все же Леону ружьем махать? И все-таки, что мне делать?

«…в жизни всякое бывает. Если передумаешь — только позови».

Вот гадство! Неужели я по-настоящему с Лесным Хозяином общался? А он оказался мстительным и мелочным старикашкой, иначе не скажешь. Только позови, значит?

«Впрочем, ты уже не сможешь»

«У меня был выбор — или удобрить собой лес, или сменить Хозяина».

Гадство, гадство, гадство! Хорош выбор, когда к тебе с ножом к горлу пристают. Или пойти на корм этим волосатым тварям, или порвать с человечеством, типа, пропасть для него без вести. Радость-то. Впрочем, выбери я последний вариант — что лично для меня изменится? Для меня, ненавидящего асфальтово-бетонный образ жизни и бездушную технику, и сторонящегося человеческого общества? Так ли уж сторонящегося?