Читаем Хроники Элении полностью

— Я был на смотровой площадке на верхушке купола Базилики. Оттуда прекрасно виден весь город. Горожане бегут из Чиреллоса — они целыми потоками идут сквозь ворота внешней стены.

— Мартэл не хочет, чтобы они мешались под ногами, — сказал Келтэн.

— Он еще хочет убрать из города женщин, — мрачно добавил Спархок.

— Я что-то не совсем понял тебя, Спархок, — сказал Бевьер.

— Я объясню тебе. Позже, — ответил пандионец, поглядывая на Сефрению.

В дверь постучали. В кабинет вошел пандионский рыцарь. Он держал за руку упирающегося Телэна. На лице мальчика было искреннее негодование, в руке болтался внушительных размеров мешок.

— Вы, кажется, хотели видеть этого молодого человека, сэр Спархок, — сказал рыцарь.

— Да, — ответил Спархок. — Спасибо, сэр рыцарь, — он сурово посмотрел на Телэна. — Ну, и где же ты был?

— А… гмм, да где только не успеешь побывать за день, милорд, — уклончиво ответил мальчик, — и там, и сям…

— Ты же знаешь, этот номер у тебя не пройдет, Телэн, — оборвал его Спархок. — Я добьюсь от тебя ответа в любом случае, так что лучше сразу прекрати изворачиваться и выкладывай, где тебя носило?

— Ты, пожалуй, мне и руки начнешь выкручивать, правда, Спархок?

— Надеюсь, что до этого не дойдет.

— Ну, хорошо, — вздохнул Телэн. — На улицах внешнего города немало нашего брата, воров. Я сумел пробраться туда. Там происходят очень даже интересные события, а я продаю им сведения о ней.

— Ну и как идут дела? — с блеском в глазах спросил Эмбан.

— Не так уж плохо, — деловым тоном заявил Телэн. — Большинство воров сидит здесь, в Древнем городе, а сидя без дела на наворованном добре, особо не разбогатеешь. Я кое в чем им помогаю, и они делятся со мной тем, что наворуют за стенами.

— Ну-ка, открой свой мешок, Телэн, — приказал Спархок.

— Ты меня просто поражаешь, Спархок, — сказал мальчик. — В этой комнате собрались столь благородные и благочестивые люди, и ты считаешь подобающим выставлять перед ними на показ, то что… ну да ты сам знаешь.

— Открывай мешок, Телэн, и не морочь мне голову.

Мальчик вздохнул, положил мешок на рабочий стол Нэшана и развязал стягивающую его горловину веревку. Из мешка посыпалось множество предметов — кубки, маленькие драгоценные статуэтки, толстые тяжелые цепи, столовые приборы, искусно гравированное эмалевое блюдо, все из золота и серебра.

— И все это ты получил, продавая какие-то там сведения? — спросил Тиниен.

— А сведения — это самая ценная вещь на свете, — величественно ответил Телэн. — Я не совершал ничего предосудительного или незаконного. Моя совесть чиста. И, более того, я вношу вклад в защиту города.

— Что-то я не совсем понял последнее, — сказал сэр Нэшан.

— Солдаты Мартэла по доброй воле конечно не отдадут награбленное, — хмыкнул мальчик. — А ворам это прекрасно известно, сэр рыцарь, и они не спрашивают у них разрешения. Так что Мартэл потерял уже немало людей, и потеряет еще.

— Весьма распущенный отрок, — укоряюще произнес Ортзел.

— Мои руки совершенно чисты, ваша светлость, — удивленно расширил, глаза Телэн. — Я сам лично не втыкал никому ножа в спину, а уж кто там чего вытворяет на улицах внешнего города, так за это я отвечать не могу.

— Оставь это, Ортзел, — хихикнул Эмбан, — никого из нас не хватит, чтобы переспорить этого мальчишку, — он сделал паузу. — У нас еще взимается церковная десятина?

— Конечно, — ответил патриарх Демосский.

— Я так и думал. Учитывая необычные обстоятельства дела, я полагаю, что молодой человек должен внести в пользу церкви четверть всего добытого.

— Это решение представляется вполне правомерным, — согласился Долмант.

— Четверть?! — воскликнул Телэн. — Это грабеж среди бела дня! Грабеж среди бела дня!

— Ты же не на большой дороге, мой мальчик, — улыбнулся Эмбан. — Ты будешь улаживать с нами эти дела после каждой своей вылазки или предпочтешь рассчитаться за все, когда скопишь побольше?

— Ну а теперь, Телэн, когда ты уладил свои дела с его светлостью патриархом Эмбаном, удовлетвори, будь любезен мое любопытство, — сказал Вэнион. — Я очень хотел бы узнать, что это за секретный путь, которым можно пробраться во внешний город, а потом вернуться обратно?

— Да не такой уж это секрет, лорд Вэнион, — протестующе сказал Телэн. — Надо просто знать имена солдат, которые дежурят в одной из башен. У них есть чудесная длинная веревка с узлом на конце. Кое-кто желает взять на прокат эту веревку, а я желаю взять на прокат сведения о месторасположении башни и их имена. И все мы извлекаем из этого неплохую прибыль.

— В том числе и церковь, — напомнил патриарх Эмбан.

— А я-то надеялся, что вы уж забыли об этом, ваша светлость.

— Надежда — это одна из основных добродетелей, сын мой, — благочестиво воздевая руки проговорил Эмбан. — Даже когда она неуместна.

В кабинет вошел Кьюрик с лэморкандским арбалетом в руках.

— Кажется, нам улыбнулась удача, милорды, — сказал он. — Я смотрел оружейную комнату в Базилике, принадлежащую личной охране Архипрелата. Там целые горы этого добра и бочонки стрел.

— Да, славное оружие, — одобрил Ортзел, который был лэморкандцем.