Читаем Хранители секретов (ЛП) полностью

Я остановилась и сделала несколько успокаивающих вдохов, прежде чем последовать за Леей в запахи рыбных палочек, смешанных с сосновым очистителем. Учащиеся бегали по натертым воском полам, пытаясь найти скамейку за одним из многочисленных столов из ДСП, их голоса отражались от выбеленных стен. И посреди всего этого хаоса, рядом с нашим обычным столом, стоял Арик. Сильный и уверенный в себе, спокойный и сдержанный.

Лея оседлала скамью, на которой стоял стол.

— Эй, утята, о чем мы говорим?

— Что вас задержало? — спросил Арик, оглядывая меня с головы до ног.

— Миссис Грин заставила Джию остаться после уроков. — Лея потрясла своей модной бутылкой сока.

Я плюхнулась на скамейку.

— Ты всегда всем все рассказываешь, Лея?

Она отвинтила крышку.

— О, прости, это был секрет?

— Неважно. Все эти поздние ночи настигают меня. Я должна лучше справляться с тестами. — Я взяла коричневый пакет, который передала мне Лея, и достала овсянку, печенье с изюмом и сок, чтобы добраться до бутерброда с мягким орехом.

— О, — пропела Эмили с другого конца стола. — Флаффернаттер. Я их обожаю.

Откуда она взялась? Что делаеть, когда кто-то бесцеремонно вмешивается? Игнорировать? Мне не терпелось съесть этот сэндвич. Целиком. Шинед даже разрезала его для меня по диагонали.

Я выдавила из себя улыбку и протянула ей кусочек.

— Хочешь половину?

— Неужели? Спасибо. — Она выхватила его у меня из рук и откусила большой кусок. Все это время наблюдая за Ариком.

Это было все равно что сидеть в банке из-под сардин, когда все столики стоят так близко друг к другу. Скамейки были переполнены студентами. Некоторые из них, которых я не знала, делили наши. Их глаза следили за нами, головы склонялись, прислушиваясь к нашим разговорам. Мы были новичками. А Стражи — иностранцами с жарким акцентом.

— Джиа? — Арик положил руку на стол и наклонился ко мне.

Я потерялась в его глубоких карих глазах, обрамленных густыми черными ресницами.

— Хм?

— Я хотел спросить, не хочешь ли ты сходить со мной в кино в пятницу вечером.

Несколько лиц повернулись в нашу сторону.

Темная прядь упала ему на глаза, и я подавила желание откинуть ее назад. Если бы мы были одни или просто с людьми, знающими, кто мы на самом деле, я бы так и сделала. Краем глаза я заметила, как Эмили уронила недоеденный кусок бутерброда.

— Правда? Я? Я бы с удовольствием, — сказала я, растягивая слово «удовольствие» и притворяясь удивленной.

Услышав мой ответ, Арик поднял бровь.

— Тогда ладно. Я заеду за тобой в семь?

— Звучит неплохо.

Он перекинул ногу через скамейку, повернувшись ко мне лицом, затем достал из сумки завернутый в бумагу бутерброд и положил его передо мной.

— Вот, я все еще сыт после завтрака.

Я развернула бутерброд и откусила примерно такой же кусок, как и Эмили.

— Вкуснятина, — сказала я с набитым ртом.

Арик одарил меня взглядом «прекрати». Я пожала плечами и откусила еще кусочек.

— Вы двое — самая симпатичная пара, — Лея начала говорить как настоящий американский подросток.

Вспышка боли промелькнула на лице Эмили, и мне стало плохо. Она не заслуживала того, чтобы мы так ее опускали. Эмили, вероятно, не пошла бы за ним, если бы знала, что мы уже вместе.

— Итак, Эмили, — сказала я, — слышала, что ты попала в список почетных гостей.

— Да. — Она даже не подняла глаз, а только ковыряла корку от оставшегося куска бутерброда.

— Поздравляю, — сказал Арик.

Она вскинула голову и мило улыбнулась ему.

— Спасибо.

Лея озадаченно посмотрела на меня.

— Что ты делаешь? — прошептала она одними губами.

Пока мы ели, над нами повисло неловкое молчание. Кто-то пытался завязать разговор, но он затихал, и все снова замолкали.

Прозвенел звонок, милостиво возвещая об окончании обеда.

Арик проводил меня до следующего класса, положив руку мне на плечо. Всю дорогу я думала только об Эмили. Я ненавидела причинять ей боль, но это было неизбежно. Темное облако окутывало мое счастье от того, что я наконец-то смогла показать свою привязанность к Арику на публике.

Глава 7

Я стояла в центре комнаты в монастырской библиотеке в Ульме, Германия, окруженная статуями, покоящимися на толстых основаниях. Их окружали розовые и зеленые мраморные колонны. Колонны были украшены искусной позолотой, которая поддерживала галерею с полированными перилами из коричневого и черного камня. Там было так много интересного, что мой мозг заработал на полную мощность. Книги казались одинокими за клетками в нескольких книжных шкафах, стоящих между чудесным хаосом мрамора и золота.

Мое внимание привлекла золотая корона на одной из статуй. Я мерила шагами кафельный пол, вытаскивая из кармана листок бумаги, который дал мне дядя Филип. Несмотря на то, что я тысячу раз перечитывала странный стишок, который был своего рода картой или картой сокровищ для поиска Чиаве, я перечитала его снова. Мой прадед Джан Бьянки записал в книгу заклинание, чтобы найти одного из своих наследников, что он и сделал. Меня.