Читаем Хранить вечно полностью

— Вот именно! И тебе придется самому стать дипломатом. Не думай, что это легко. Одна ошибка, одно неосторожное словечко, одно движение мускулов на лице могут выдать сокровенные мысли, а ты не должен, не имеешь права выдавать. Иначе провалишь все дело. Больше того! Получишь пулю в затылок от Савинкова или его людей. Савинков, после того как мы ликвидировали его «Союз защиты родины и свободы», скрылся от ареста. Он и его уцелевшие сообщники продолжают действовать в подполье и несомненно связаны с иностранными миссиями, которые их финансируют. По нашим данным, где-то возле них крутится и Рейли, «король шпионов». Он всякий раз появляется в разном обличье, с подложными документами, и нам до сих пор не удалось напасть на его след. Это самый предприимчивый, умный и решительный враг…

Петерс критически оглядел обмундирование Берзина и неодобрительно покачал головой.

— Я передам Петерсону, чтобы тебе выдали с дивизионного склада все с иголочки. Перед тем как принять участие в операции, — продолжал Петерс, — загляни-ка в журнал «Столица и усадьба». Скажу Петерсону, чтобы подобрал комплект. Особое внимание обрати на придворные приемы, обеды, посещение особами императорских фамилий и вообще людьми высшего круга парадов, спектаклей, балов, карнавалов, скачек, благотворительных вечеров. Там, брат, все подробно расписано: кто в чем был одет, как ходил, какие слова произносил. Тебе этот этикет, светская болтовня и разные там церемонии даже не снились. А все это надо знать! При случае вставишь: «Был, мол, я как-то на параде по случаю тезоименитства его императорского величества». И Георгиевские кресты твои произведут впечатление.

— Надо их найти, эти кресты и медаль. — Берзин улыбнулся. — В прошлом году засунул куда-то…

— И не только кресты. Надо еще подыскать подходящую квартиру. К тебе захотят прийти, посмотреть, как ты живешь. Квартира должна быть не менее трех комнат, ближе к центру. Не пугайся — расходы за счет ЧК…

Петерс прищурился, весело взглянув на Берзина, и добавил:

— А в квартире для приемов чтоб стояло трюмо. И все такое прочее.

Берзин с усмешкой поглядел на свои красные натруженные руки, не раз таскавшие снаряды, собиравшие и разбиравшие орудийные замки.

Яков Христофорович словно прочитал его мысли.

— Это ничего, Эдуард! Пожалуешься им. Большевики, мол, заставили заниматься черной работой. У них лозунг: «Кто не работает, тот не ест». Вообще, и в мелочах и в главном показывай, что разочаровался в большевиках. Думал, мол, они помогут освободить нашу Латвию и превратят ее из царской губернии в суверенное государство, согласно их лозунгу о самоопределении народов. А они оставили Латвию на съедение немцам. Сейчас, может, и хотели бы, да уже не смогут ничем ей помочь. Сами на ладан дышат. Положение их — хуже некуда!

С северо-запада, запада, юго-запада и юга жмут немцы. С юго-востока — казачья Донская армия. Ростов и Новочеркасск превращены в тылы офицерской Добровольческой армии. Поволжье и Сибирь до Владивостока захватили чехословаки, армия Колчака, отряды сибирских и уральских белоказачьих атаманов. Вся Восточная Сибирь и Дальний Восток — под контролем семидесятидвухтысячной японской армии и английского экспедиционного корпуса. К ним присоединились французы, итальянцы и даже греки. И с севера — из Мурманска и Архангельска — движутся англичане. Они уже перерезали железную дорогу Архангельск — Вологда. Куда ни кинь — везде клин!

В такой ситуации вполне естественно для боевого латышского командира, чуть ли не монархиста, временно примкнувшего к большевикам, подумать о судьбе родной Латвии, помочь которой могут только доблестные союзники. Если будут предлагать деньги, бери не сразу. У офицера должна быть гордость! Он просто патриот несчастной, растерзанной родины и готов бескорыстно служить делу ее освобождения. Уж если потребуются деньги, то, мол, только для общих нужд. Вот в основном твоя новая линия. Отныне живи, думай, работай только по ней. Вопросы есть?

Вопросов у Берзина не оказалось.

— Вопросов нет, говоришь? А две детали еще не учтены. Во-первых, как ты представишься — ведь не командиром же дивизиона? Их интересуют командиры полков, бригад и дивизий. Полковник Локкарт возглавляет британскую военную миссию и будет разговаривать только с высокопоставленным лицом. А, во-вторых, кто тебя представит? Если попросишься на прием к Локкарту сам, без каких-либо рекомендаций, он не удостоит тебя даже приема. Я предлагаю такой ход: ты принимаешь предложение Шмидхена. А уж Шмидхен будет представлять и рекомендовать тебя Локкарту.

— Но как же в присутствии Шмидхена я буду представляться? Шмидхен прекрасно знает, кто я.