Читаем Хомотрофы полностью

Я находился в самом логове фантастических тварей, питающихся человеческим мясом. Что будет со мной, если я попробую убедить их, что я не тот, за кого они меня принимают? Может, лучше включиться в их игру? Но голова моя отказывалась работать. И кажется, пропали остатки той решительности, с которой я еще недавно бросался на менгов, делящих добычу.

Я сел. Морховицы тоже расселись.

Теперь, когда я мог рассмотреть их в спокойной обстановке, мне подумалось, что они мало походят на родичей. Илья по дороге знакомил меня со всеми, но я не запомнил ни одного имени. Только обратил внимание, что некоторые из имен были хоть и славянские, но не наши.

Между собой менги разговаривали мало, некоторые из них использовали странное наречие, коверкая слова до неузнаваемости. Одеты они были небогато, многие даже убого. Я вспомнил о черноволосой девушке в заношенной футболке и розовых сабо. Видимо, одежда не в числе их приоритетов. Они встречают друг друга не по ней. А как? По запаху?

– Войчишек, скажи, чтобы принесли вина и закуски, только… не мясной, – сказал Илья.

Самый младший из присутствующих неохотно встал и вышел. Илья, сидевший рядом, придвинулся вплотную.

– Отметим! Вы же первый живой человек в этом доме!

Вновь по моей спине пробежал холодок.

– Не волнуйтесь, – криво улыбнулся Илья. – Здесь с вами ничего дурного не случится.

Через несколько минут молодая женщина, одетая во все черное, принесла кувшин с вином, хлеб, рыбу и молча вышла.

Я проследил за ней взглядом, бегло оценив ее фигуру, и тут же уловил, как недобро сверкнули глаза Севы и двоих его соседей.

Вовчик и Матей, перенесли из угла круглый стол. Войчишек выставил из шкафа посуду. Илья налил вино, подал мне бокал.

– За приход Восставшего! – провозгласил он. – И за наше с вами общее дело!

Стараясь не замечать плотного звериного запаха, стоявшего вокруг, я пригубил вино. Оно было терпким, горьковатым.

Опустошив бокал, Илья прокашлялся и без всяких предисловий заявил:

– А теперь, уважаемый наш Сергей Петрович, поведайте о вашем плане.

Он смотрел на меня глазами умного зверя, с которым можно дружить до тех пор, пока инстинкт или голод не станут причиной его внезапной ярости.

Я не спеша допил вино.

– Каждый из нас хочет знать свои функции, – заметил менг, пользуясь тем, что я молчу. – Вы же не рассчитывали провернуть дело в одиночку. Вам нужны помощники.

Я почувствовал, как желудок мой наполнился теплом. Зная, что в подпитии бываю словоохотлив, а главное, склонен вдохновляться безумными идеями, я решил прибегнуть к этому проверенному средству. Одно было трудно предсказать: сколько придется выпить, чтобы представить себя во главе восстания людоедов.

– Доброе вино, – похвалил я и, помедлив, добавил: – Давайте еще по одной.

После третьего бокала, когда свора менгов приглушенно загудела, я сказал:

– Прежде всего, мне хотелось бы знать ваше видение проблемы. И еще… Мне непонятна ваша природа.

Илья закинул ногу на ногу, поднял бровь. В его фигуре и выражении лица появилось что-то профессорское.

– Природа наша темна для человеческого понимания… Игрою случая, Сергей Петрович, мы с вами оказались по одну сторону баррикады. Хозяева, как мы вынуждены их называть, навязали нам варварский принцип. Сами-то мы подходим к вопросу выбора жертвы максимально осторожно. Наша точка зрения в этом отношении крайне деликатна. Она шлифовалась веками и основана на наших моральных убеждениях. Из поколения в поколение мы несем традиции прошлого и не должны ничего менять.

Присутствующие закивали.

– В каждом большом городе живет семья менгов. Мир поделен между нами таким образом: один менг на каждые сто тысяч жителей. Города и районы передаются по наследству. В связи со спецификой пищевого рациона мы вынуждены контролировать свою рождаемость. Нас не так уж и много. Да и вообще… мы ведь эзотерический народ. Само слово «менг» не должен слышать ни один смертный. Это закон. И теперь он нарушен. Вы, люди, узнали о нас. Мы, сидящие тут, стали жертвой измены. Предатель ходит совсем близко, но мы не в силах его покарать.

– Предатель? Кто он?

– Вы познакомитесь с ним. Это менг, но он не среди нас…

Внезапно безобразное лицо Ильи исказила судорога; губы его вздрогнули, и два ряда зубов обнажились в плотоядном оскале.

С меня вмиг слетел хмель. Я с испугом глянул на остальных людоедов: их лица стали свирепы и вытянуты, глаза пожелтели, и я ощутил себя жертвой, попавшей в волчье логово, хоть и понимал, что гнев относится не ко мне.

– Хозяева заманили нас обманом, – продолжил Илья, когда ярость отхлынула. – Мы нужны заводу для поддержания страха среди масс. Хозяевам нужен страх, а нам нужна человечина.

Он резко схватил меня за руку – словно сковал стальным наручником. Я дернул изо всех сил, и он отпустил. К хищному огню в его взгляде примешалось странное растерянное чувство.