Читаем Хищные птицы полностью

Поначалу ее ошеломила ярость его страсти, но потом она испустила радостный крик и ответила с таким же пылом…

Перед рассветом, собираясь уйти от него, Иньоси прошептала:

— Ты спас мою никчемную жизнь. В ответ я должна попытаться спасти твою, великолепную.

Она поцеловала его в последний раз, а потом, касаясь губами его губ, чуть слышно проговорила:

— Я слышала, как Мономатапа говорил с Замой, когда сидел на моей спине. Он уверен, что Эболи вернулся для того, чтобы отобрать божественный трон. Завтра во время приема, на который он вызвал тебя и Эболи, он прикажет своим телохранителям схватить вас и бросить с вершины утеса на камни внизу, где ждут гиены и стервятники, чтобы они сожрали ваши тела. — Иньоси прижалась к груди Хэла. — Я не хочу, чтобы ты умер, мой господин. Ты так прекрасен!

Потом она поднялась с постели и бесшумно выскользнула в темноту.

Хэл подошел к очагу и бросил в него вязанку дров. Дым поднялся к отверстию в центре куполообразной крыши, и пламя осветило хижину мерцающим желтым светом.

— Эболи? Ты один? Нужно немедленно поговорить, — окликнул он друга.

Эболи появился из-за занавески.

— Девушка спит, но говори по-английски.

— Твой братец собирается убить нас обоих во время приема.

— Это тебе твоя девушка сказала? — спросил Эболи, и Хэл виновато кивнул при упоминании об его измене.

Эболи сочувственно улыбнулся:

— Значит, маленькая Пчелка спасает твою жизнь? Сакиина порадовалась бы этому. Тебе не стоит чувствовать себя виноватым.

— Если мы попытаемся сбежать, твой брат наверняка отправит в погоню целую армию. Нам ни за что не добраться снова до реки.

— Итак, у тебя есть какой-то план, Гандвана?

Зама явился за ними, чтобы проводить на прием к повелителю. Они вышли из полутьмы хижины под лучи сияющего африканского солнца, и Хэл остановился, чтобы оглядеться и оценить окружение Мономатапы.

Он мог лишь приблизительно прикинуть их количество, но на открытом пространстве выстроился, пожалуй, целый полк королевской охраны, около тысячи высоких воинов с уборами из перьев на головах, отчего они казались и вовсе гигантами. Легкий утренний ветерок заставлял перья колыхаться, солнце играло на широких наконечниках копий.

За спинами воинов племенная знать заполнила оставшееся пространство, выстроившись даже по верху стены из гранитных блоков, что окружала цитадель. Сотня королевских жен сгрудилась у входа в жилище короля. Некоторые были такими толстыми и так увешаны тяжелыми украшениями, что не могли передвигаться без посторонней помощи и тяжело опирались на своих служанок. Когда они шагали, их толстые ягодицы колыхались, как мягкие мешки, наполненные салом.

Зама вывел Хэла и Эболи в центр двора и оставил их там. Тяжелое молчание повисло над толпой, никто не двигался, пока вдруг командующий стражей не загудел в спиралевидный рог куду, и в дверях своей хижины появился Мономатапа.

Толпа разом судорожно вздохнула, и все как один растянулись во весь рост на земле, закрыв лица. Только Хэл и Эболи остались стоять.

Мономатапа быстро подошел к своему живому трону и уселся на обнаженную спину Иньоси.

— Заговори первым! — выдохнул Хэл краем рта. — Не дай ему отдать приказ о казни.

— Вижу тебя, брат мой! — приветствовал короля Эболи, и вся свита застонала от ужаса, наблюдая такое нарушение правил приличий. — Вижу тебя, Великий Повелитель Небес!

Мономатапа ничем не дал понять, что слышит.

— Я принес тебе привет от духа нашего отца, Холомимы, бывшего Мономатапой до тебя.

Брат Эболи заметно отпрянул, как будто прямо перед ним поднялась кобра.

— Ты говоришь с духами? — Его голос слегка дрогнул.

— Наш отец приходил ко мне этой ночью. Он был таким же высоким, как большое дерево баобаба, а его лицо было ужасно, глаза горели. Его голос был подобен небесному грому. Он пришел ко мне, чтобы произнести страшное предупреждение.

Вокруг застонали от суеверного ужаса.

— Что это за предупреждение? — прохрипел Мономатапа, в благоговейном трепете уставившись на брата.

— Наш отец боится за наши жизни, твою и мою. Великая опасность грозит нам обоим!

Несколько толстых королевских жен завизжали, а одна рухнула на землю в припадке с пеной на губах.

— Что это за опасность, Эболи?

Король испуганно огляделся вокруг, как будто ища среди приближенных убийцу.

— Наш отец предупредил меня, что наши жизни слились в момент нашего рождения. Если один из нас процветает, то и другой тоже.

Мономатапа кивнул:

— Да… и что еще сказал наш отец?

— Он сказал, что как мы соединены в жизни, так соединимся и в смерти. Он предсказал, что мы оба умрем в один день, но что этот день изберем мы сами.

Лицо короля приобрело странный серый оттенок и заблестело от пота. Старейшины вскрикнули, а те, кто стоял ближе всего к королю, выхватили маленькие железные ножи и резанули себя по груди и рукам, чтобы обрызгать землю кровью для защиты короля от колдовства.